Портал…

Внутри него исказилась картинка, размылась, разрывая реальность. За ним виднелись башни Аравэна, озаренные двойным закатом.

— Ты уходишь домой? — прошептала я, но Эдер покачал головой:

— Нет. Мы уходим домой, душа моя. Нужно закончить спасение миров.

Демьян ворвался в хранилище, волоча за шиворот оглушенного охранника.

— Еле прорвался, — рыкнул он раздраженно, а затем увидел Аравэн и замер.

— Быстрее, Демьян, — протянула я руку. Демьян ухватился за нее и шагнул за мной в портал.

За нами вошел Эдер, втягивая за собой Ночной Глаз.

Полотно реальности Аравэна вздрогнуло, приветствуя своего единственного короля, а монстры…

Все расщепило от силы Эдерхарда фон Нахта.

Я всмотрелась вдаль. Там, за холмом виднелся небольшой форпост с башенками, на которых яркими лоскутами колыхались праздничные знамена Эдерхарда — черные с золотом змееподобные драконы с перепончатыми крыльями, что являли собой прошлое, и личные знамена Нахта — черные огромные волки, с исходящими из их спин тремя пиками, как шипы, грозно скалили пасть.

— Регина справилась, — сказал Эдер и обнял меня.

— Мы все справились, — поправила моего мужа. — Мы — молодцы. Но свадьбу придется отмечать два раза.

Эдер поцеловал меня в висок и улыбнулся.

— Праздновать будем не меньше десяти раз, столько, сколько было петель, хотя я уже сбился со счета.

Теперь я улыбнулась и обняла Эдера крепче.

— Все как захотите, мой король. Десять так десять. Пора принести в этот мир радость.

Да, радость и мирную жизнь.

И любовь.

Клиника пахла приятной цитрусовой отдушкой и озоном. Я крепче сжала руку Андреша — его пальцы дрожали, он боялся, как и я, но врач подтвердил, что восстановление после операции идет быстро.

— Мирослава, — радушно поприветствовал нас седой профессор. — Быстрее заходите. Хочу увидеть, как у нас дела, — нетерпеливо поторопил нас доктор — Лев Осипович. Я помогла Андрешу подняться со скамейки и повела его в процедурный кабинет. Там его быстро усадили в кресло, и пожилая медсестра принялась снимать повязку. Глаза у Андреша были ярко-голубыми и испуганными.

— Ну-ну, молодой человек, не бойтесь. Все позади. Теперь вас ждет только осмотр, так, давайте-ка расслабьте вашу голову, особенно веки. Так-так, хорошо. Просто отлично, — приговаривал Лев Осипович, пока направлял пучки света прямо на зрачки Андреша. — Все великолепно. Поздравляю, вы теперь все видите, — улыбнулся он удовлетворенный своей работой, а медсестра сразу протянула мне салфетку, потому что из моих глаз полились слезы.

— Мирослава, ну что ты расплакалась. Тебе уже нельзя. Вон, какой большой животик. Пол-то смотрели? Нет, ну и правильно. Нечего себе сюрприз портить, — рассмеялся доктор и пожал руку ошалевшему Андрешу, который открыл рот от удивления и смотрел на окружающий его мир.

Я хоть его и готовила, рассказывая о своем мире все, что могло бы его напугать или привести в восторг, но видеть это своими глазами…

— Сколько пальцев? — спросил шутливо Лев Осипович.

И Андреш, запинаясь, ответил:

— П-пять.

— Вот! И ты дальше учись на пять и будь молодцом. Договорились?

— Да, — закивал радостный Андреш, а потом посмотрел на меня, и его улыбка стала такой широкой. — Ты такая красивая, Мира! Самая красивая королева.

Все охнули на такой комплимент, но только я знала, про что говорил Андреш.

Да, королева Аравэна.

Наконец-то!

И нам пора было возвращаться домой, где нас ждала большая семья.

Мои родные, что сейчас гостевали в замке.

Демьян с беременной Региной.

И целый мир, который мы спасли вместе с Эдерхардом лишь силой своей любви.