— Да! Представляешь? — улыбаясь до ушей, выкрикнул парнишка и задорно рассмеялся.

Теперь уже Марк не скрывал своих эмоций.

— Это так здорово — обладать Даром! Покинуть этот приют, в котором после твоего отъезда житья совсем не стало, прилететь в столицу и оказаться в самой Семинарии! И снова тебя встретить! Вдвоём нам с тобой всяко легче будет преодолеть трудности обучения! Будем помогать и поддерживать друг друга! Как раньше, в приюте!

— Да, конечно! Мы же с тобой друзья!

Арона переполняла радость от неожиданной встречи, отчего в гостиной загудел ветер. Воздушный поток, неосознанно сотворённый Ароном, растрепал мальчишкам волосы.

Арон испугался, что сейчас опять случайно что-нибудь сломает из казённой мебели, и, повинуясь инстинкту, резко указал рукой на камин. Поток ветра ринулся в огонь, почти мгновенно затушил его и устремился дальше — в дымоход, унося с собой жар и небольшие угли.

— А ты, я гляжу, усовершенствовал контроль! — произнёс Марк спустя несколько мгновений молчания.

— Да какой контроль? — парнишка досадливо развёл руками. — Я этого фейерверка не планировал. Не хватало ещё и тут что-нибудь разнести!

— Но зато ты смог овладеть сотворённой стихией и направить её прочь из гостиной, избежав тем самым разрушений, — весело произнёс Марк, радуясь за друга. — Молодец! Вскоре и вовсе научишься контролировать свою силу!

— Я над этим как раз работаю, — с насмешкой ответил мальчуган, поправляя растрёпанные волосы. — Только вот жалко, что огонь потух. С ним уютно было. Мне нравится, когда камин разожжён. Ну да ладно. Ничего уже не поделаешь.

Арон перевёл взгляд на друга.

— Ну да сург с ним! Расскажи лучше, как у тебя Дар-то нашёлся? И какая у тебя, кстати, стихия? Небось, земля, да? Ты у нас всегда такой спокойный, рассудительный. Или же вода! Ты же, насколько я помню, океаноходцем стать хотел?

— Ну почти, — насмешливо произнёс Марк с заговорщицкой улыбкой. — Кстати, очень вовремя спросил.

Новоявленный аколит Семинарии развернулся к камину.

— Говоришь, «ничего уже не поделаешь»?

С этими словами Марк размахнулся и резко вытянул руку в сторону камина, раскрыв ладонь.

С его пальцев сорвался огненный столб. Огонь обдал затушенные Ароном поленья и угли, и те принялись разгораться. В гостиной стало жарче.

Через пару секунд огненный поток иссяк, но этого вполне хватило: в камине снова уютно потрескивали поленья.

— Ничего себе! — заворожённо произнёс Арон, глядя во все глаза на огонь. — Так ты, получается, огневик! Кто бы мог подумать!

— Так гораздо лучше, да? — с важностью и гордостью спросил Марк. — Я тоже люблю огонь в камине, — продолжил он, не дождавшись ответа на свой вопрос. — А океаноходцем я хотел стать не из-за воды, а чтобы чудовищ всяких уничтожать. За родителей отомстить!

В его голосе послышалась сталь.

Арон впервые увидел своего друга таким решительным и грозным, как огонь, но в то же время собранным и спокойным, как лёд.

Марк вновь поднял согнутую в локте руку, и на его ладони появился небольшой язычок пламени.

Арон улыбнулся, радуясь за друга, подошёл чуть ближе и вытянул к огоньку правую руку. Воззвав к своему Дару, он создал лёгкий воздушный поток, который аккуратно подхватил пламя снизу, и огонёк перелетел к Арону.

— Значит, тебя можно поздравить! — произнёс воздушник, заворожённо глядя на огонь. — Ты как никогда близок к своей цели!

— Не обожгись! — улыбнулся Марк. — Ты ведь всё-таки воздушник, а не огневик.

И действительно, хоть Арон и удерживал магическое пламя воздухом на расстоянии трети локтя от своей ладони, жар от огня явственно ощущался.

Налюбовавшись язычком пламени, парнишка вернул его хозяину, перенеся по воздуху обратно на ладонь Марка.

— Вот окончим Семинарию, станем настоящими магами и покажем океанским тварям, где сурги ночуют! — пообещал Арон.

— Обязательно покажем! — ответил Марк уже серьёзным, решительным голосом и резко швырнул огонёк в камин.

Пламя ярко вспыхнуло среди поленьев, на мгновение осветив его непривычно суровое лицо.

Друзья сидели на широком диване у зажжённого камина и восторженно рассказывали друг другу о том, что приключилось с ними за последние седмицы.

— Да ладно?! Что, прям взял и подпалил ему задницу?! — восторженно воскликнул Арон, не скрывая своего одобрения.

— Получается, да. Но я, разумеется, такого не планировал! Всё случайно получилось. Это и было моим самым первым использованием Дара.

Марк виновато опустил голову.

— Да не расстраивайся! Дарст это наверняка заслужил! — подбодрил друга Арон. — Как вспомню, как он меня своим прутом порол, так и самому что-нибудь ему подпалить хочется!

— Ну тут да. Действительно заслужил! Когда ты уехал, он на следующий же день до меня и докопался. Нет, бить он меня больше не смел. Видимо, доходчиво ты с ним тогда пообщался, за что тебе ещё раз спасибо, кстати. Но вот на занятиях постоянно меня высмеивал и оскорблял при всём классе. А когда я отвечал на его вопросы по учёбе, он цеплялся к каждой мелочи и постоянно занижал оценки.

— Да. Это он любит, — пробормотал Арон, взъерошивая свои светлые непослушные волосы. — Если уж невзлюбил тебя Дарст, то ты хоть идеально на вопрос ответь, всё равно к чему-нибудь прицепится! Даже если ответишь ему слово в слово, как в учебнике написано! Я, кстати, один раз так попробовал. Он придрался, а когда я после этого раскрыл учебник, подошёл к его столу и показал ту самую строчку в книге, так он меня ещё и выпорол!

— Во-во! Так ладно, если бы только это! — воскликнул Марк. В его голосе впервые отчётливо слышались злые нотки. — Как мы начали в город ходить, в подмастерья пробоваться, меня взял к себе один торговец, чтоб я ему с записями помогал. Ну и в лавке тоже. Думал: всё, закончатся нападки Дарста вместе со школьным обучением. Так нет же! Он мне приказал ещё дополнительно, по вечерам, после ужина в класс ходить и заниматься с ним лично. Якобы я в приюте недавно и недостаточно освоил школьную программу.

— И не лень ему самому было с тобой ещё и дополнительно по вечерам заниматься?

— Так вот не лень! — выкрикнул Марк, сжимая кулаки.

В его серых глазах играли отблески язычков огня, которые плясали в камине.

— Ему это, по-моему, даже удовольствие доставляло! Потому что это не занятия были, а сплошные унижения и оскорбления в мой адрес! Задаст он мне вопрос какой-нибудь, я отвечу, а он: «Неправильно!» — и давай мой же ответ своими словами переиначивать. А потом всё оставшееся занятие расхаживал по классу и рассуждал, какой же я глупый и недалёкий олух! Что место мне на кухне судомойкой или лучше в хлеву — навоз вилами разгребать до конца жизни. Что, мол, ничего важнее этого мне поручать нельзя. Дескать, не справлюсь!

От досады Марк хлопнул себя ладонью по коленке. В нём даже сейчас назревал бунт, готовый перерасти в огненную бурю.

— И вот на очередном таком вечернем «уроке» учитель перешёл уже все мыслимые границы своего словоблудия! Сказал, дескать, что я такой глупый и неблагодарный, что мои родители на самом-то деле не умерли, а просто-напросто сбежали от меня в Новый Тантир! «Не пожелав возвращаться к столь бездарному отпрыску!»

— Вот гад! — вскрикнул Арон, вскакивая с места и сжимая кулаки. — Да за такие слова ему и в рожу дать можно было!

— Ну вот и я в тот момент не сдержался и мысленно пожелал ему под землю провалиться! Или сгореть, ко всем сургам! И так я детально это представил в своём воображении, как задница его полыхать огнём будет, что когда это действительно произошло, я даже не сразу понял, что это не в моей голове, а у него взаправду штаны загорелись!

Арон хохотнул.

— И что же было дальше?

— А дальше — вообще представление началось! — продолжил Марк, по-детски улыбаясь.

Арону эта улыбка показалась немного виноватой, но очень искренней.

— Дарст в надежде погасить пламя принялся хлопать себя по заду. Когда понял, что это бесполезно, выбежал из класса и ринулся по коридору. При этом он так сильно орал, что всполошил весь приют! Дети и воспитатели стали выходить из кабинетов и спален. Увидев Дарста с горящими штанами, несущегося по коридору, все подумали, что случился пожар! Начался переполох. Все выбежали из здания. Посмотрели на приют, а там ни огня, ни дыма. Всё спокойно. Ничего не горит.