Арону и остальным ребятам эта вещь была хорошо знакома. Даже слишком хорошо. Следы от предыдущего наказания Дарста у него не зажили до сих пор. А особо сильные удары после прошлых «уроков» наставника зарубцевались и превратились в тонкие ниточки шрамов на спине.

В комнате повисла напряжённая тишина.

Марк медленно встал с кровати и с явной робостью подошёл к учителю, еле перебирая ногами. И без того невысокий, он скрючился так, что тёмные волосы закрыли лицо — казалось, он добровольно идёт на эшафот под сочувственными взглядами одногруппников.

Лицо Арона побелело.

— Уважаемый Дарст! А может, не надо? — выкрикнул он звенящим голосом.

— Как это, не надо? — удивился наставник. — Ещё как надо! Чтобы на всю свою оставшуюся жизнь запомнил, каково это — умничать и пререкаться!

— Он же меня защищал! — не унимался Арон и даже сделал пару шагов навстречу учителю. — Лишь подтвердил мои слова. Значит, вина за пререкания не на нём лежит, а на мне! Сам-то он ни при чём!

— Ты маг. Пускай и будущий, а Марк-то нет! Ему рот открывать без разрешения не положено, а уж тем более спорить с наставником! И, что гораздо существеннее, — так вольнодумно рассуждать о деяниях империи!

— Но он правду говорил! Шла война, и действительно непокорных и заговорщиков не щадили! Всё это ему родители рассказывали. Он-то не с самого детства в нашем приюте, а приехал совсем недавно. Многое повидал и слышал гораздо больше нашего.

— Ах, слышал больше? Ну так я из него все эти слухи глупые и повыбиваю сейчас! — всё больше распалялся Дарст, уже с шумом рассекая прутом воздух, точно пытался разрезать его мечом.

— Если до приюта его учили ереси и бредням, так тем более нужно перевоспитывать этого умника! Иди, иди сюда.

Он обернулся к Марку. Разъярённый Дарст напоминал общипанного грифона, готового острым загнутым клювом пригвоздить мальчишку к деревянным доскам.

— Чего застыл?

— Стойте! — прокричал Арон. — Или я… — Он запнулся.

— Что — «или ты»? — сквозь зубы процедил Дарст, медленно поворачиваясь в сторону заступника, всем своим видом показывая, что терпеть наглость мальчишки, пускай даже и с Даром, он не намерен.

Арон начал закипать. Он заметил, как вокруг стали виться небольшие воздушные потоки. Удивительно, но в этот раз будущий маг смог почувствовать каждую их струйку. На пару мгновений он ощутил, что способен своей волей задать направление движения всем частицам воздуха в комнате. Превратить разрозненную стихию во что-то крайне опасное, но уже подконтрольное начинающему повелителю.

Осознание того, что магический Дар начинает подчиняться его воле, придало Арону уверенности. Он смог быстро взять себя в руки и, погасив яростный порыв, спокойным голосом произнёс:

— Прошу прощения, господин наставник. — Арон даже склонил голову в учтивом поклоне. — Мы можем поговорить наедине? Я хочу с вами попрощаться перед отъездом с Ищущим в Семинарию.

Не дожидаясь ответа, парень поспешно направился к двери.

Удивлённый разительной переменой в манере поведения своего уже бывшего ученика, Дарст через несколько мгновений последовал за ним. Вежливый тон и учтивость вечного смутьяна ввели его в замешательство. Да и «волшебное» слово «Семинария» — место обучения будущих магов, специально произнесённое Ароном, — явно возымело успех.

Выйдя в коридор и прикрыв за собой дверь, наставник посмотрел на бывшего воспитанника и удивлённо замер, чуть не обронив свой прут.

Перед ним стоял уже не ученик, всем своим видом старающийся выказать почтение и благодарность учителю за познавательные уроки, а набычившийся, сжавший кулаки, готовый к бою воин.

— Значит, так, Дарст. А теперь слушай меня ты! — проговорил Арон сквозь стиснутые зубы. — Внимательно слушай…

Ошеломлённый неслыханной дерзостью, учитель не успел отреагировать на внезапный рывок в его сторону.

Подскочив, парень присел и резкой подсечкой сбил застывшего Дарста с ног. Тот рухнул и застыл в сидячем положении. Лишь стена, на которую он опёрся спиной, не дала ему распластаться по полу.

Арон пружинисто вскочил и, перешагнув через длинные ноги, подошёл вплотную к Дарсту, не позволяя тому подняться и что-либо предпринять.

— Так-то лучше!

Теперь уже он смотрел на своего бывшего учителя и истязателя сверху вниз, подмечая каждую черту его надоевшего за долгие годы скуластого лица и вспоминая все унижения, через которые этот человек заставил пройти молодого парнишку.

— Слушай меня очень внимательно и запоминай, — тихим, вкрадчивым и крайне серьёзным голосом проговорил Арон, смотря собеседнику прямо в глаза. — Больше ты детей бить не будешь. Никогда. Это понятно?

Не давая возможности ответить, он уверенно продолжил:

— У меня есть Дар. Могущественной воздушной стихии. Возможно, сейчас я и неполноправный маг, но в будущем, лет через пять, может, и раньше, я выучусь. Всенепременно!

Парнишка крепче сжал кулаки.

— Вот тогда-то я и вернусь сюда. В этот славный, богоугодный приют. Разыщу тебя и Марка. И если Марк мне скажет, что ты хотя бы раз бил кого-то из учеников, — тебе несдобровать! Ты меня понял?!

Произнося свою речь, заранее продуманную во время недавней уборки, Арон намеренно распалялся, стараясь добиться задуманного им эффекта.

И добился: внезапный воздушный поток несильно толкнул Дарста в лицо, растрепав его вечно зализанные угольно-чёрные волосы.

Это произвело впечатление. Охнув, учитель прикрыл глаза рукой и непроизвольно отшатнулся, ударившись затылком о стену. Разом побледневший Дарст взглянул на Арона уже совсем другими глазами. В них отчётливо были видны испуг и… «Ого, неужели уважение?» — про себя удивился парень.

Возникла пауза. Арон не моргая смотрел на бывшего учителя, сверля его тяжёлым взглядом. А тот, судя по нервно бегающим глазам, судорожно пытался найти выход из сложившейся ситуации, но, не придумав ничего подходящего, медленно кивнул. Капелька пота стекла по его виску.

— Я понял, — наконец выговорил он вмиг севшим голосом. Его выпирающий кадык дёрнулся, и учитель громко сглотнул подступивший к горлу ком.

— Вот и хорошо.

Арон мысленно расслабился и отошёл в сторону.

Выждав несколько секунд, наставник неуверенно встал на ноги и поднял обронённый во время падения, так и не пригодившийся сегодня прут. Наспех отряхнул одежду и, не говоря ни слова, стремительно зашагал к лестнице. На Арона он даже не обернулся.

Проводя взглядом своего бывшего наставника, парень облегчённо выдохнул. Смущённый собственной наглостью, Арон почувствовал, как неистово колотится в груди сердце.

Вести себя столь дерзко со старшими, да ещё и с приютским учителем, мальчик считал просто немыслимым. Хоть Дарст и несомненно заслуживал подобной взбучки за нередкие побои и мерзкое отношение к сиротам, Арон всё равно чувствовал себя виноватым.

И если бы не друг, которого просто необходимо было защитить от незаслуженной порки, Арон бы никогда не посмел напасть на учителя. И неважно, есть ли у него Дар или нет.

Наконец, немного успокоившись и убедившись, что скрип старых деревянных ступеней под удаляющимися шагами наставника затих, Арон вошёл в спальню.

Ребята, находящиеся в просторной комнате, обернулись на звук открывающейся двери.

— А где Дарст? — спросил кто-то из них.

— Ушёл, — коротко ответил Арон, но, глядя на недоверчивые лица, пояснил: — Его срочно вызвали к начальнику приюта. Зачем — не знаю.

Удовлетворившись услышанным, мальчишки расслабились и вернулись к своим делам. Кто-то заново раскладывал свои вещи, наспех собранные Ароном во время уборки, кто-то уже расправлял постель. А Морис с Сезаром, чьи кровати стояли рядом, спорили о том, где чья подушка, желая заполучить именно себе самую мягкую и большую.

До отбоя ещё оставалось немного времени.

Арон подошёл к другу и сел на его кровать. Она стояла по правой стороне от прохода, ближе всех к двери, так как Марк заселился позже всех.