— Что предпочитаете? — вклинился в мои раздумья голос бармена.

— Виски, — ответил я и пообещал себе сделать лишь глоток. Хотя от одной мысли, что сегодня придется снова спать с Окси в одной постели, мурашки будоражили кожу и сердце начинало биться быстрее.

«Как подросток веду себя!» — проворчал я про себя в ответ на реакцию организма.

Совсем у меня крышу сносит! Ведь выяснил уже, что Оксана — отъявленная лгунья, шпионка, которую мне кто-то заслал в дом. И все равно не могу не думать о возможности к ней прикоснуться, услышать будоражащий стон.

«Хватит!» — едва не рявнул я на себя в голос.

Так и не отпив виски, я соскользнул с барного стула и направился в номер. Там как раз есть некое подобие кабинета, и мне не помешает в сотый раз просмотреть все ранние договоренности с австрийцами. Заодно чтение документов настроит меня на рабочее настроение и я хоть до вечера забуду про Оксану.

Я и в самом деле погрузился в работу и не заметил, как за окном стемнело.

Пора выходить и заказывать ужин.

От одной этой простой мысли вдруг в груди заныло. Стало неуютно. Словно вот-вот произойдет нечто непоправимое.

Я включил свет и посидел над бумагами еще немного.

Когда все грани приличия были нарушены, я, наконец, нашел в себе силы выйти в общую гостиную. Увидел Окси, забравшуюся в кресло с ногами и не сводящую глаз с экрана на стене.

Телевизор показывал триллер в черно-белых тонах, и девица не сразу заметила мое присутствие. Я вдоволь насмотрелся на ее округлое плечо, словно выточенные из мрамора шею и лицо.

— Что тебе заказать на ужин? — услышал я, как прохрипел мой голос.

— На твой выбор, — дернула плечом Окси и уставилась в экран. А я набрал номер обслуживания номера и сделал заказ.

— Стандартный ужин в 700. На двоих, пожалуйста, — решил я не заморачиваться с выбором блюд.

Через десять минут в номер постучали и, когда я открыл, горничная вкатила сервировочную тележку.

— Как в кино, — от неожиданной реплики Оксаны я чуть не вздрогнул.

— Кино повторяет за жизнью, а не наоборот.

Я кивнул горничной, и та скрылась за дверью.

— Идем, а то остынет, — и подкатил тележку к креслу, в котором она сидела.

Окси опустила ноги на пол и принялась рассматривать еду. А я не удержался и подвинул к ней тарелку с мясом и овощами, налил в стакан сок. Принес себе стул и устроился напротив.

И принялся мимоходом наблюдать за девицей. Неспокойная, чуть бледная. Словно специально, она смотрела в сторону и старательно избегала моих взглядов. Ее пальцы, которыми она вцепилась в вилку, выглядели напряженными и подтверждали замеченную мной тревогу.

Что с ней такое?

Задумала что-нибудь против меня? И завтра на встрече нарушит договор? Или есть что-то, о чем я не знаю?

Я торопливо закинул в рот весьма скромный ужин. Отложил приборы и остановил взгляд на Оксане. Теперь я смотрел не украдкой. А в упор. Хотел, чтобы она увидела, что я заметил ее нервозность и что я шутить не намерен. Все угрозы приведу в исполнение.

Девица взмахнула ресницами. На миг поймала мой взгляд и принялась рассматривать содержимое своей тарелки.

— Оксана, что происходит? — не выдержал я напряжения.

— Ничего, — бесцветным голосом ответила она и принялась ковыряться вилкой в овощах.

— А если подумать? — решил не отставать я. Тем более и в самом деле выглядела она неважно. Лучше сразу узнать, чем мне это грозит.

Здравый смысл едва слышно шептал мне, что я параноик и зазря девицу кошмарю. В конце концов, не виновата она, что плутовка Катя оказалась ее сестрой. Может, все не так, как я думаю. И надо с Оксаной просто поговорить по душам.

«Ну ты и дурак, Стамир! Второй раз на те же грабли» — раздался в голове голос внутреннего критика.

И я торопливо выпил сок. Жаль, что нельзя сегодня мне виски. Без них него заглушить тот стыд, который на меня накатывает всякий раз, когда я вспоминаю фиаско с Катей.

— Ну так отчего нервничаешь? — продолжил я доставать «невесту», наливая себе еще один стакан.

— Я буду спать на диване, — вдруг выдала она, и я от неожиданности чуть не подавился соком.

— Если настаиваешь, — я почувствовал, как мои брови поднимаются вверх. Из-за того, кто из нас где будет спать, она так трясется? — Не думал, что я до такой степени тебе неприятен.

В ответ она лишь дернула плечом, снова забралась в кресло с ногами и уставилась в экран. Герои фильма уже успели уйти от погони, совершить несколько важных дел, и действие приближалось к финалу. Который режиссер решил закончить на романтической ноте.

Оксана

Ночью я почти не сомкнула глаз.

А все потому, что Стамир вдруг передумал уступать мне диван. Едва мы закончили ужин, он разлегся на холодной кожаной поверхности и вальяжно махнул мне рукой в сторону кровати.

Что с ним происходит? Неужели семь пятниц на неделе — это его стиль управления своей строительной империей?

— Кровать твоя, я так хочу! — рыкнул он, когда я в десятый раз потребовала освободить мое место для сна.

— Я первая его выбрала, — сообщила я и почувствовала себя первоклашкой.

Вот что мне оставалось с ним делать? Я вынуждена была согласиться. И всю ночь утопала в мягкой перине, которая провоцировала успевшую утихнуть тошноту. Заодно пришлось слышать легкие поскрипывания с противоположной стороны комнаты, где стоял злополучный диван.

«Тоже не спится», — со злорадством прошипела я про себя и в сотый раз перевернулась с бока на бок. А потом принялась считать очередную отару овец.

Но концентрация на парнокопытных, вопреки ожиданию, лишь разогнала остатки сна.

Ладно, можно попробовать иначе!

Я плотно закрыла веки, натянула на себя одеяло до ушей и свернулась клубком. Но обмануть организм не удалось. Сквозь тонкую ткань летнего одеяла до ушей продолжал долетать скрип дивана, а перед глазами продолжали мелькать злополучные овцы.

Едва за окном рассвело, диван скрипнул особенно сильно. И вскоре раздались слишком бодрые шаги Стамира. Щелкнула дверь в ванную и зашумел душ.

«И это называется номер люкс? Слышимость почти как общежитии!» — я перестала изображать спящую принцессу и тоже встала. Надела свежую одежду, открыла дверь во вторую ванную и неторопливо привела в порядок лицо и волосы.

Параллельно с наведением марафета продолжила вертеть в голове вопросы к Стамиру, которые так и не успела задать. Потом вышла в спальню, прислонилась спиной к стене между двумя окнами и принялась ждать.

Едва мой «жених» с одним полотенцем на бедрах вывалился из ванной, я поспешила восполнить пробелы информации.

— Катя знала, как звали твоих австрийских партнеров? — я старалась не смотреть на его чуть влажный торс. Но взгляд, как нарочно, прилипал к отточенной мускулатуре груди. Смещался на талию и цеплялся за целых восемь кубиков на животе.

Такого тела я не видела даже на обложках журналов. Щеки обожгло жаром, и я уткнулась глазами в пол.

— Окси, — игривый тон Стамира царапнул, и я заставила себя посмотреть на стену за спиной мужчины.

От досады я прикусила губу: «Опять веду себя как дурочка! Я что, мужиков красивых не видела?»

И сама себе ответила, что в жизни, в одной комнате с собой рядом, и в самом деле не видела. Я чертыхнулась и напустила на лицо ледяное выражение. Почувствовав, как немеют губы от усилий, с которыми я их сжала, заставила себя расслабиться.

— Неужели тебе Катя ничего не рассказала? А, Окси? — теперь голос Стамира изменился. В нем мне почудился металл. Надо же, как быстро меняется его настроение. Или он просто играет со мной?

— Ты не поверишь мне, я знаю… — вздохнула я, все еще протирая дырку в стене за его спиной. — Нет, она мне ничего не рассказывала!

— И в самом деле не поверю, — Стамир прошел к шкафу, вытащил из него белье и уронил полотенце на пол.

Отвела взгляд я недостаточно быстро и успела отметить упругую задницу и манящие ямочки над ней.