Щеки тоже выглядели терпимо: чуть припухшие, рыхлые, но не сравнить, как было пять дней назад. А скулы и вовсе вернулись к прежнему виду. Только глаза все еще были опухшие. И мешки под ними меня не на шутку пугали.

«Все равно можно попробовать повторить!» — улыбнулась я собственному отражению. И принялась строчить список покупок для Жени.

Когда солнце укатилось за горизонт и о нем напоминали лишь красные блики на фасадах небоскребов, видневшихся даже отсюда, я принялась воплощать свой план.

Красиво расставила в столовой приборы. Достала бутыль вина. Красного. На кухне в кастрюльке томилось собственноручно приготовленное блюдо национальной болгарской кухни. И пахло оно отменно. Я осторожно втянула воздух и, стараясь не дразнить аппетит, замерла в ожидании Стамира.

Вжикнул мотор за окном. Пара минут, и гулко прогрохотали шаги в коридоре.

«Устал», — сразу догадалась я по медленному их ритму и тяжелым ударам обуви о пол.

— Оксана! — услышала я и пошла на голос.

— Я сюрприз приготовила, — застыла в дверном проеме и едва уловимо улыбнулась.

Лицо Стамира на миг напряглось, и он бросил на меня озадаченный взгляд. Я отошла в сторону, приглашая его зайти в столовую.

— То есть в прошлый раз ты мало напилась и решила повторить? — холодный тон заморозил воздух, и я на миг растерялась.

Но потом бодро мотнула головой.

— Вино для тебя! Я приготовила традиционный болгарский холодник, — брови жениха сошлись на переносице, и я почувствовала, что с энтузиазмом в голосе перестаралась.

Да и вообще, глупость я затеяла. Но теперь придется доигрывать сцену до конца.

— Чтобы лучше войти в образ твоей невесты. Мало ли что у меня твои австрийцы спросят.

Стамир вдруг расслабился, и напряженная гримаса на его лице растворилась. Словно ее и не было.

— Извини, Оксана, я очень устал, — он отодвинул стул и шумно хлопнулся на него.

Потянулся к вину. Налил себе полный бокал, сделал большой глоток и пробормотал:

— Давай, попробую твою стряпню.

Я метнулась на кухню и наполнила тарелки до краев злосчастным холодником. И понадеялась, что поскольку жира в нем почти нет, то вино как следует ударит моему жениху в голову. И спать он снова будет без задних ног.

Оксана

Стамир бросил на меня косой взгляд, от которого мне захотелось съежиться. Затем он сжал губы в тонкую нить и потянулся к вину.

«Романтического вечера не получится, — вздохнула я. — Впрочем, оно и к лучшему. Нельзя мне увлекаться своей ролью».

И я принялась следить за уменьшением спиртного в бутылке, от одного взгляда на которую меня снова начинало мутить. Как мутило все эти пять дней, которые я планировала потратить на поиск хоть какой-нибудь информации про Катю. Но вместо этого провела время, курсируя между ванной, туалетом и постелью.

Когда бутылка опустела на треть, Стамир принялся за холодник. Я присмотрелась к выражению лица, чтобы определить его оценку своей «стряпни». Но поняла лишь, что напортачила и рецепт выбрала неправильный.

Иначе как объяснить брови Стамира, сошедшиеся на переносице, и напряженно застывшую челюсть после того, как тарелка опустела?

— Окси, не готовь больше, не твое это, — подтвердил он и отодвинул пустую тарелку. А затем снова потянулся к бутылке.

В груди запекло, слезы подкатили к глазам. Я и не думала, что несколько слов могут оказаться такими обидными. Я ведь от всей души старалась его порадовать!

Звон стекла прервал размышления.

Я покосилась в сторону и заметила, как мой жених держит в нетвердой руке бутылку и выливает из нее в бокал последние капли вина.

Горечь смешалась с радостью. Я отошла ко входу в столовую и покосилась на ноутбук, который он принес с собой.

«Сегодня или никогда!» — сказала я себе и принялась строить план, как мне добраться до этой железяки. На фоне этих мыслей обида окончательно отошла на второй план.

И в самом деле, что я как кисейная барышня! Подумаешь, не понравился ему мой холодник… Тоже мне нашелся ресторанный критик!

Стекло снова звякнуло. Скрипнул стул. По комнате прогромыхали тяжелые нетвердые шаги.

Я отодвинулась в сторону, пропуская Стамира к выходу из столовой. В нос ударили тяжелые пары алкоголя.

«Неужели это от одной бутылки вина от него так разит?» — я проследила взглядом за вдруг ставшей сутулой спиной моего босса, который направился к ноутбуку. Взял его в руки и, пошатываясь, принялся подниматься наверх по лестнице.

Я выждала несколько минут и тоже поднялась в свою комнату, которую выделили мне на ближайшую неделю. И заставила себя сесть на постель. И ждать.

Секунды складывались в минуты. А я все сидела и смотрела на стену перед собой. Наконец, не выдержала. Разлепила сцепленные в замок руки, облизнула пересохшие губы и встала. Сделала шаг, другой, третий по направлению к выходу.

Вышла в коридор. И приблизилась к той самой двери, ведущей в комнату Стамира. В ту самую комнату, в которой между нами произошло то, чего нельзя было допускать. И в которой я не согласилась жить эти дни.

Толкнула дверь. И в ушах бабахнуло от сорвавшегося ритма сердца. В глазах потемнело.

Дверь бесшумно открылась, и я проскользнула внутрь. Лунный свет сочился сквозь незанавешенное окно. И я заставила себя порадоваться, что сегодня даже погода на моей стороне.

А затем пробежалась взглядом по поверхностям.

На небольшом столике увидела искомый прямоугольник.

На секунду отвела от него взгляд, снова прислушиваясь к шумам и замерла на месте. Стамир дышал тяжело. Его хрипение разлеталось по комнате и заставляло сердце сжиматься то ли от страха, то ли от странного чувства тревоги. Вдруг он нездоров? Иначе почему он так тяжело дышит? Откуда эти хрипы?

Но здравый смысл победил. Я заставила себя поверить в то, что хрипы и тяжелое дыхание от чрезмерного употребления вина. И что это не моя проблема.

И я на цыпочках повернулась в сторону ноутбука. Вот он точно моя проблема! Недаром босс тягает его с собой! Наверняка в нем можно найти самую разную информацию. И о Кате в том числе.

Сначала у меня был соблазн изучить его содержимое прямо здесь, в спальне. Но страх победил. Мало ли какие оповещения звякнут при загрузке операционной системы и разбудят жениха.

«Лучше не рисковать», — решила я, взяла ноут в руки и попятилась к двери.

В своей комнате плюхнулась на постель. Положила ноут на колени. Открыла его и нажала на включение. И только сейчас заметила, что мои ладони вспотели и заходятся в мелкой дрожи, а все тело не по-детски потряхивает.

Замерла на секунду и услышала знакомый ритмичный звук. Не сразу поняла, что это стучат мои зубы.

Закрыла глаза и попыталась успокоиться.

Ну в самом деле, что мне сделает Стамир, если узнает, что я рылась его ноуте? Особенно если я притворюсь дурочкой и скажу, что просто захотела поиграть в игру. Для успокоения нервов.

Кстати, а почему бы и нет? Мои пальцы пробежались по кнопкам, активируя стандартное меню. И выводя на экран навязшие в зубах карточные игры.

Я почувствовала, как дрожь уходит, и открыла новую вкладку. Теперь, когда алиби наготове, можно заняться тем, зачем я и утащила ноут.

И я принялась листать каталог за каталогом. Пока на экран не вывалилось огромное количество фотографий.

На первом плане которых был мой жених. В клубе, в кафе, в ресторане. На мощеной улочке где-то в Европе. В красивом дорогущем интерьере, на берегу на фоне прибоя и на фоне заката.

А рядом светилась от счастья с улыбкой одна и та же девушка. Мое сердце снова сжалось и остановилось. Слюна стала густая, и я едва смогла сглотнуть, глядя на чуть волнистые волосы. Уже не привычного мне черного цвета, а ровно такого русого оттенка, какой я видела несколько дней назад у девушки на автостоянке. И которую приняла за Катю.

Ноут дрогнул на моих коленях, и я принялась торопливо пролистывать фотографии.