Так я и знала! В сок добавили алкоголь! Надо было совсем четко сказать, что больше сегодня я не пью. Но теперь уже поздно трепыхаться. И я делаю глоток. Потом другой.

За столом постепенно оживляется беседа. Только Стамир в ней почти не участвует. Он то и дело смотрит на меня. И когда я перехватываю его взгляд, то не вижу в нем ничего, кроме леденящего холода.

Или это мне чудится? Выпила я немало. А у меня непереносимость алкоголя, между прочим.

— Чем вы занимаетесь? — пытается наладить непринужденную беседу один из мужчин, сидящий как раз напротив меня.

— Да так, ничем особо, — кокетливо пожимаю я оголенным плечом. — По клубам хожу, отдыхаю.

И бросаю улыбку Стамиру. Но словно налетаю на стену, и моя улыбка сползает с лица.

Кажется, я поторопилась и рыбка еще не поймалась. Тогда зачем он меня позвал?

— Это я вижу, — хмуро роняет мой объект. — Никаких серьезных дел. Сказка, а не жизнь.

Мне хочется сказать в ответ грубость, но я лишь сжимаю губы и улыбаюсь.

Громкая музыка вдруг стихает и ей на смену приходит медленная, успокаивающая. Под такую можно и потанцевать.

Стамир словно угадывает мое желание. Встает и протягивает руку.

— Потанцуем?

— С удовольствием! — улыбаюсь я и кладу свою ладонь в его руку.

Танцпол совсем небольшой. Но, кроме нас, никто на него не идет, и мы оказываемся единственной танцующей парой. Под прицелом десятков зрителей.

Стамир сжимает мою руку в своей руке. Я чувствую одновременно и мягкость, и жесткость. Потом он неторопливо кладет ее мне на талию. А я роняю свою руку ему на плечо. И нащупываю под ладонью почти каменные мышцы.

Оу, магнатик спортом увлекается?

Мы начинаем двигаться в ритме музыки. Медленно. Словно привыкнуть к партнеру нужно не только мне, но и Стамиру.

Впрочем, Стамир привыкает слишком быстро и резким движением прижимает меня к себе. Меня опять накрывает магией его феромонов. Иначе это состояние я назвать не могу. И мое не совсем трезвое тело реагирует на их слишком бурно. В груди разливается сладкое предвкушение. А в животе появляются бабочки.

«Когда последний раз со мной такое было?» — пытаюсь я вспомнить. И понимаю, что никогда. Даже моя любовь к Даниилу кажется жалким подобием настоящей страсти.

Щетина Стамира касается моей шеи, и разряд электричества проходит по коже. Я подаюсь ему навстречу и тону в опасных, запретных ощущениях.

Я знаю, что еще пожалею много раз. Но сейчас я просто не в силах сопротивляться и ломать себе кайф.

— Раньше я тебя здесь не видел, — шепчет мужчина.

— Тебя я тоже раньше здесь не видела, — парирую в ответ. И утыкаюсь взглядом в гладкую кожу шеи. Глаза выцепляют небольшую родинку.

«Даже родинки у него красивые!» — вихрем проносится в голове пьяная мысль.

Но едва я успеваю разглядеть ее, свет окончательно приглушается и мы оказываемся почти в полной темноте.

— Неужели? — шепчет он на грани слышимости.

— А что, должна была? — делаю вид, что не понимаю, к чему он клонит. Светильники под потолком снова оживают и вырывают нас из темноты.

В полумраке я вижу, как он дергает плечом и еще сильнее обхватывает меня за талию.

Понимаю, что выглядим мы двусмысленно и у меня есть шанс попасть на страницы желтой прессы.

«Ну и ладно», — отмахиваюсь я от ни разу не заманчивой перспективы. И не отстраняюсь.

Стамир намек понимает, но воспользоваться не спешит. Лишь изгибает губы в улыбке и поблескивает глазами в полумраке. А после и вовсе чуть отстраняется.

«Переборщила!» — восклицаю я про себя. Знала же, что в заигрывании нужна мера. И слишком быстрая игра в поддавки снизит желанность цели.

Немного отстраняюсь и высокомерно смотрю в сторону. Сейчас бы разговор поддержать, но я растерялась. И этот круглый танцпол… И музыка… На ее фоне в голове вдруг появляется серое марево. И меня начинает мутить.

Только не это! Только не сейчас!

— Так всё-таки, ты как здесь оказалась? — слова долетают до меня как сквозь пелену.

В ответ я лишь улыбаюсь. Надеюсь, выглядит этот жест кокетством. И Стамир не подозревает, как мне сейчас скрутило живот от выпитого. И насколько затуманились мозги.

Непереносимость алкоголя! Знала ведь, что стоит совсем немного выпить и сразу же выплывут все «радости» этого состояния. Но и сидеть белой вороной за барной стойкой со стаканом воды или сока… Такое себе удовольствие. Да и подозрения бы вызвала.

Выпила для дела. Теперь это дело надо довести до конца — оставить свои координаты. И надеяться, что он мне напишет или позвонит.

Только музыка дурацкая заканчиваться не собирается. И Стамиру не надоедает кружить меня в танце. Уже предусмотрительно не приближаясь ко мне слишком близко.

Серая пелена превратилась в черную воронку, поднимающую рвотные позывы на новый уровень.

Стамир коснулся губами моей шеи. Но сейчас любой фактор провоцировал лишь одно — тошноту. Живот скрутило особенно сильно. Перед глазами поплыло. И я почувствовала, как пол покачнулся у меня под ногами.

Надо срочно отойти. Хоть в дамскую комнату. Здесь же есть такая?

Я принялась суетливо оглядываться по сторонам.

— Что-то не так? — Стамир чуть замедлился и принялся всматриваться в мое лицо. — Что ты принимала?

— Мартини. И сок, — выдохнула я и сжала рот изо всех сил. Алкоголь настойчиво просился наружу.

— Немало, надо полагать, пришлось мартини употребить, — проскользнули морализаторские нотки в голосе моего нового знакомого.

От возмущения я отшатнулась, и рука Стамира, еще миг назад державшая меня за талию, повисла в воздухе. Без опоры пол под ногами снова уехал в сторону.

О том, что мой партнер, оказавшийся нерасторопным в критически важный момент, получил острым каблуком по ноге, я догадалась, когда моя босоножка утонула в чем-то мягком. Совсем не похожем на жесткий пол. А до моего уха долетели ругательства.

Уходить. Надо срочно уходить. И как-то смириться с позором, который я сейчас обрушила на свою голову.

Но прежде чем я отошла в тень, мой организм сделал свое дело — избавился от алкоголя. И на туфлях и брюках Стамира Огнева расплылось темное пятно.

Мне вмиг полегчало: в голове посветлело, а пол перестал плясать под ногами. И пока Стамир ошеломленно рассматривал свою испорченную одежду, я метнулась в сторону выхода.

Думать про свою ошибку я буду потом. Когда пройдет интоксикация. А сейчас надо бежать. И надеяться, что он меня не запомнил: я в полутьме не запомнила вообще никого. И тогда можно будет попробовать повторить знакомство. Уже без вызывающих макияжа, одежды и поведения.

Добравшись до входной двери, со второй попытки я ее открыла и выскочила на улицу. А там сняла ненавистные шпильки и направилась босиком по ближайшей тропинке к автобусной остановке. Транспорт уже не ходит. Но сейчас вызову такси и через полчаса буду дома.

Я прошла две сотни метров, прежде чем память очнулась и напомнила мне, что сумочку свою я оставила на стуле в ВИП-секторе. Там же остался смартфон и кошелек с кредитками.

Застываю на полушаге и не удерживаюсь от ругательств. Что теперь делать? Возвращаться и просить Васю выручить еще раз или пешком идти домой через полгорода?

Про полгорода я преувеличила. Километров восемь отсюда до моей квартирки. Дойду к утру. А то и раньше, чем рассветет.

Я бы так и поступила. Только в сумочке смартфон. Он, конечно, заблокирован паролем и отпечатком пальца. Но Стамиру если захочется, то труда не составит найти умельцев, которые его вскроют.

И увидит Стамир уйму фотографий меня с Катей. Если меня он рассмотрел плохо и может не опознать, то свою любовницу узнает с первого взгляда. И прощай, мой единственный шанс выяснить, куда исчезла моя сестренка.

Значит, надо идти на поклон к Васе. Вот он обрадуется-то. И без того рисковал, пропуская меня в клуб. За то, что он поищет и заберет мою сумочку, к гадалке не ходи, запросит сумму размеров в еще пару моих зарплат.