В следующую секунду Иван сделал плавный взмах рукой, и на зеленый газон со шлепком вывалилась огромная куча хлама. Стенки колодца очистились до самого основания, а на дне зажурчала вода.

Степаныч тут же принялся копаться в вытащенном мусоре, сортируя отходы. Иван же повернулся к горничной. Он посмотрел ей в глаза и укоризненно покачал головой.

Настя на время притихла, но натуру не обманешь, и через пару дней она уже строила охранников.

Ангорский и Аристарх случайно подслушали, как Настя отчитывает парней за сон на боевом посту. За три минуты гвардейцы узнали о себе, своей родословной и тактической безграмотности столько нового, что у них уши покраснели.

— Настоящая баба! Уважаю, — авторитетно заявил Аристарх. — Приструнить этих двух амбалов Орлова с помощью кухонного полотенца и командного мата — это, Ванька, высший пилотаж. Настоящее сокровище дед в Сибири откопал. Держать и не отпускать!

Сам дед под строгим надзором своей Настеньки и на чистой энергии алтаря восстанавливался с пугающей скоростью. Каждое утро Настасья Филипповна приносила ему кружку горького целебного отвара, и старик послушно пил его до дна. Через десять дней он уже бодро делал зарядку в саду. Правда, просыпающаяся магия пространства поначалу знатно барахлила. Старик то и дело устраивал локальные казусы, превращая жизнь в поместье в веселый аттракцион.

То он, сидя на веранде, провалил любимую чашку в спонтанно открывшийся пространственный карман, а потом полчаса не мог вытащить ее обратно. То во время утренней прогулки телепортировался на пару метров и материализовался прямо посреди единственного в поместье розового куста, разросшегося до гигантских размеров.

— Настенька! Спасай, старого дурака, опять контур сорвало! — доносился из глубин сада виноватый баритон Петра Андреевича.

И Настасья Филипповна бежала на помощь обожаемому патриарху и вытаскивала его из роз, для вида ворча.

— Опять катастрофа, — бухтел Пушок. — Пойдем, глянем, Ванюшка, как они будут колючки из задницы патриарха вытаскивать!

Наблюдая весь этот уютный бедлам, Иван окончательно расслабился.

Иногда звонили друзья. Княжич Орлов вежливо интересовался, все ли у Ивана в порядке и не нужна ли какая-нибудь помощь.

Однажды позвонил Костя и как ни в чем не бывало затараторил:

— Ванька, здорово. Ты не представляешь, что творится в сети! — Костя, как обычно куда-то бежал и буквально захлебывался от новых сплетен. — На охотничьи форумах только и болтают о том, как ваша группа вытащила из самого пекла троих опытных бойцов. Просмотры зашкаливают!

— Костя, это давно уже не новость, — поморщился Ангорский. — Ты только сейчас узнал?

— У меня есть эксклюзивный инсайд из самого ректората, — радостно возвестил очкарик, явно не замечая недовольных ноток в голосе Ивана. — Первого сентября, прямо на торжественной линейке перед всеми факультетами и приглашенными главами родов, ректор вручит вам официальные награды от Гильдии охотников Российской Империи. Прикинь, какой масштаб?

— Я ничего об этом не знал, — с сомнением в голосе произнес Ангорский.

— Да, потому что это сюрприз от Гильдии охотников, бро! Наградные листы уже подписаны, — Костя аж заикнулся от азарта. — Но суть не в этом, Вань, ты должен дать мне эксклюзивное интервью! До того, как набегут имперские репортеры с центральных каналов. Я уже и вопросы набросал. Мой новый репортаж взорвет все столичные паблики!

Внутри Ивана закипела глухая ярость. Он слишком хорошо помнил, какими неприятностями обернулся прошлый “хайп” этого деятеля. Этот наглый паразит слишком хорошо устроился.

— Ничего я тебе не должен, — ледяным тоном оборвал его Иван. — Ты уже однажды подставил нас под удар своим дебильным репортажем. И сейчас снова хочешь заработать просмотры на чужих головах?

— Да ладно тебе, Вань. Ну какие там неприятности с вами случились? Я же для общего блага!

— Интервью не будет, — коротко бросил Ангорский.

— Ну, чего ты ломаешься, мы же друзья.

— Что-то совсем не похоже это на дружбу, Костя.

— Ну в последний раз! Ты не можешь отказать мне.

— Забудь мой номер, Константин, — отрезал Иван. — Никакого интервью не будет. Свободен.

Иван с силой нажал на отбой.

— Хорошо пошел, душевненько, — подал голос Аристарх, который во время этого разговора сидел на подоконнике. — Одобряю, Ванюша. Эту всклокоченную крысу только так и нужно воспитывать. Но вообще, новость забавная. Первое сентября обещает быть весёлым.

Глядя на погасший артефакт связи, Иван несколько секунд переводил дыхание, гася раздражение. Рука сама потянулась к списку контактов, он решил поговорить с Инной. До начала учебного года оставалось не так много времени, да и чего греха таить, услышать прохладный голос девушки хотелось сильнее, чем он мог бы признаться даже самому себе.

Он нажал на вызов. Голограмма Инны появилась через пару минут.

— Слушаю, Иван, — раздался ее спокойный голос. На заднем фоне едва слышно звучала скрипка. — Не ожидала, что ты позвонишь так скоро. Соскучился по обществу некромантов?

— По обществу одной конкретной некромантки, — с легкой улыбкой ответил Ангорский, — Я подумал над твоим предложением насчет Чертановского института. Я согласен. Запиши меня на субботние курсы, знания лишними не будут.

— Разумное решение, граф, — Инна удовлетворенно кивнула, а в глубине ее темных глаз проскочила искорка радости. — Первое занятие шестого сентября. Форма одежды свободная, у нас нет строгой формы для вольнослушателей. Но рекомендую не увлекаться яркими цветами.

— В черном приходить? — улыбаясь уже во весь рот, спросил Иван.

— Ну, не обязательно, — Инна смутилась и ее щеки покрыл легкий румянец. Поняв, что выдала свои эмоции, она рассердилась сама на себя и нахмурилась. — А в общем, неважно. Мне пора, увидимся в сентябре.

— До встречи, Инна.

Девушка отключилась первой, оставив в воздухе лишь тающие искры. А Иван вернулся в прежнее, безмятежное расположение духа. Наглый Костя был забыт, а впереди ждали только приятные события.

Тем более, что вчера Петр Андреевич, сидя за столом во время обеда, вдруг хитро прищурился.

— Вот что, Иван. — Старик легонько стукнул ладонью по столу. — Через пару дней тебе исполняется восемнадцать лет. Совершеннолетие — великий день для аристократа. Думаю, стоит пригласить твоих друзей и как следует отметить это событие. В поместье сейчас спокойно.

— Хорошо, дедушка. Давай так и сделаем.

В тот же вечер были разосланы приглашения княжичу Орлову и братьям Огневым. Марию и Дмитрия Демидова он решил не беспокоить, сейчас они находились далеко от столицы, в своих родовых поместьях. А вот Инну пригласить Ангорский так и не решился, посчитав, что еще слишком рано знакомить ее с друзьями.

И сейчас, в этот прекрасный вечер, сидя в беседке и попивая чай, он предвкушал завтрашний день. Праздник обещал быть уютным. Иван был абсолютно уверен, ничто в этом мире не способно омрачить его.

А на другом конце Москвы, в роскошном поместье Ветровых на Воробьевых горах царила почти такая же умиротворенная атмосфера. Вечер мягко опускался на ухоженную усадьбу, и граф Максим Викторович блаженствовал. Он лежал в широком шезлонге, установленном на коротко стриженном газоне, глядя на облака, плывущие по вечернему небу.

Граф был абсолютно расслаблен. В его правой руке слегка покачивался бокал с ягодным смузи малинового цвета. В уголках тонких губ блуждала сытая, довольная улыбка. Даже черты его хищного лица немного смягчились.

Все было готово. Он предвкушал триумф. Завтрашний день должен был поставить жирную точку в этой затянувшейся партии.

“Да, мальчишка, — подумал граф, прикрывая глаза и подставляя лицо теплому вечернему ветру. — Надо отдать тебе должное. Ты заставил меня понервничать больше, чем все директора конкурирующих фирм вместе взятые.”

Ветров приоткрыл глаза и посмотрел на массивный золотой перстень на указательном пальце. Крупный сапфир тускло и зловеще светился.