— Я в порядке. Ведьма подлатала.

Я села, кутаясь в одеяло.

— Мы победили Игниса. Но это не конец, верно?

— Нет, — он покачал головой. — Старик-Доккэби был прав. Это только начало. Другие страны увидят нашу силу, они испугаются и объединятся против нас.

— Значит, нам нужно стать еще сильнее.

— Да.

Он отложил нож и яблоко, и придвинувшись ближе, взял мою руку.

— Хозяйка… там, на поле… когда вы дали мне эликсир. Вы сказали, что я вам нужен.

— Да, нужен.

— Как Генерал? Или… как мужчина?

Этот вопрос висел в воздухе давно. Мы прошли через ад. Мы видели друг друга в худшие моменты. Мы спасали друг друга от смерти. Граница «госпожа-слуга» стерлась в пыль в Долине Красных Скал.

Я посмотрела на него. На его губы, которые шептали мое имя в бреду. На его руки, которые убивали ради меня королей.

— Ты больше не слуга, Уджин, — сказала я тихо. — Слуги не держат мир на плечах ради своих хозяев.

Я протянула руку и коснулась его щеки.

— Ты — мой Король. Король без короны.

Его глаза вспыхнули. Он наклонился и поцеловал меня. На этот раз я не отстранилась. Поцелуй был жадным, требовательным, со вкусом яблок и пепла. В нем была вся ярость битвы и вся нежность выживших. Он прижал меня к мехам, накрывая своим телом.

В эту ночь в шатре посреди поля битвы, усеянного трупами, мы праздновали победу жизни над смертью единственным доступным способом. Мы становились единым целым не только магически, но и телесно. И Тьма в углу шатра довольно урчала, охраняя наш покой.

Возвращение в столицу не было похоже на парад победителей из старых летописей. Не было цветов, бросаемых под копыта лошадей, не было радостных криков женщин и детей.

Была благоговейная тишина, нарушаемая лишь тяжелой поступью нашей армии.

Мы въезжали через Южные ворота, которые теперь были восстановлены, но не из красного кирпича и дерева, а из черного камня, добытого в Проклятых Землях. На стенах вместо имперских знамен с золотым драконом развевались новые стяги: Белая Цапля, пронзающая змею, на черном поле. Мой герб. Герб новой эпохи.

Я ехала в открытой колеснице, запряженной четверкой вороных коней. Рядом со мной, верхом на своем чудовищном скакуне-химере, ехал Соль Уджин.

Люди, выстроившиеся вдоль улиц, падали ниц. Они не смели поднять головы. Люди видели не просто Регента и Генерала. Они видели Королеву Пепла и её Демона, которые вернулись из ада, принеся на своих клинках смерть огненному богу Юга.

Следом за нами шли монстры. Тролли в трофейных позолоченных доспехах несли на плечах сундуки с золотом Игниса. Оборотни вели пленных — остатки армии Красного Лотоса, скованных цепями. Гарпии кружили над крышами, закрывая своими крыльями солнце, отчего на улице царил вечный полумрак.

— Они боятся, — тихо сказал Уджин, не поворачивая головы. Его голос перекрывал шум толпы, звуча прямо в моем сознании — наша связь после ночи в шатре стала абсолютной.

— Страх удержит Империю от распада, — ответила я, глядя на склоненные спины своих подданных. — Пока они боятся нас больше, чем голода или врагов, мы в безопасности.

Мы подъехали к дворцу, здесь всё изменилось. Золотая черепица была заменена на серую сланцевую плитку. Статуи драконов были сбиты, на их место водрузили фигуры горгулий. Сады, где раньше цвели пионы, теперь были засажены бледными лунными цветами и терновником — растениями, которые любила наша Ведьма.

Дворец стал отражением души своих новых хозяев. Мрачный, величественный и пугающий.

На ступенях Тронного Зала нас встречал Советник Ён — мой отец. Он постарел за эти месяцы, его спина сгорбилась, в волосах прибавилось седины. Но глаза оставались ясными и расчетливыми. Он выжил и приспособился. Он стал идеальным администратором в царстве чудовищ.

— Приветствую Регента, — он поклонился, но не до земли, сохраняя остатки достоинства. — И Великого Генерала.

— Отец, — я кивнула, сходя с колесницы. Уджин тут же оказался рядом, подавая мне руку. Его касание было привычным и собственническим.

— Новости? — спросила я, поднимаясь по ступеням.

— Западные провинции присягнули на верность, узнав о гибели Игниса, — доложил отец, семеня следом. — Торговые гильдии просят снизить налоги в обмен на поставки продовольствия для… вашей «особой» армии.

— Налоги останутся прежними, — произнесла я. — Но мы обеспечим охрану караванов. Ни один разбойник не тронет повозку с моим гербом.

— И еще… — отец замялся. — Второй Принц… то есть, Император Ли Джин. Он…

— Что с ним?

— Он пьет, Ваше Высочество. И он начал говорить лишнее.

Я остановилась.

— Лишнее?

— Он бормочет слугам, что он — истинный дракон, а вы — ведьма, укравшая его трон. Что скоро придут «Светлые Братья» и освободят его.

Я посмотрела на Уджина, он улыбнулся. Это была ленивая улыбка хищника, которому сказали, где прячется жирная мышь.

— Я поговорю с ним, — сказал Уджин. — Объясню ему правила этикета.

— Не убивай, — напомнила я. — Он нужен нам как ширма. Пока что.

— Я буду нежен.

Дни потекли чередой государственных дел.

Мы строили новую Империю. Это была странная конструкция. Внизу, на земле, жили люди. Они пахали, сеяли, торговали. Вверху, во дворце и казармах, жили монстры. Они охраняли, карали и следили.

Кан Муёль, которого я помиловала и сделала главой новой Тайной Канцелярии, теперь состоящей из оборотней-шпионов и теней, работал безупречно. Он приносил мне списки недовольных. Утром эти недовольные исчезали.

Я сидела в кабинете, разбирая прошения. Уджин лежал на кушетке у окна. Он не любил бумажную работу и присутствовал здесь только потому, что не мог находиться далеко от меня.

— Мне скучно, — заявил он, подбрасывая в воздух черный кинжал и ловя его за лезвие.

— Скука — это привилегия победителей, — ответила я, не отрываясь от свитка. — Наслаждайся. Раньше ты мечтал просто поспать.

— Раньше я был человеком. А теперь… — он сел, и я увидела, как тень под ним шевелится, словно живое существо. — Тьма голодна, ей не хватает войны, кровь Игниса была вкусной, но она уже переварилась.

Я отложила кисть. Это была проблема. Его сила росла, но и его аппетит тоже. Он больше не ел обычную еду. Мужчина питался маной, страхом и жизненной силой.

— Мы не можем начать новую войну просто так, Уджин. Нам нужно восстановить экономику.

— Зачем экономика, если можно просто забрать? — искренне удивился он.

— Потому что если мы будем только забирать, скоро не у кого будет брать. Мы должны стричь овец, а не резать их.

В этот момент дверь распахнулась. Вбежал Кан Муёль, его разноцветные глаза горели возбуждением.

— Ваше Высочество! Генерал! У нас проблема. И, кажется, развлечение для Генерала.

— Говори, — Уджин встал, мгновенно подобравшись. Скука исчезла.

— Восстание в городе Кванджу. Но не простое. — Кан развернул карту на столе. — Там появился пророк. Называет себя «Сыном Света». Он утверждает, что владеет древней магией Солнца, способной изгнать тени.

— Очередной фанатик? — фыркнула я.

— Если бы. Он собрал десять тысяч человек за неделю. И он убил нашего наместника-тролля. Сжег его заживо белым пламенем.

Я посмотрела на Уджина. Его глаза вспыхнули фиолетовым огнем, ноздри раздулись, втягивая запах воображаемой крови.

— Белое пламя… — прошептал он. — Как у Игниса?

— Похоже, — кивнул Кан. — Но другое, оно чище и холоднее. Это храмовая магия, но искаженная.

— Я еду, — сказал Уджин. — Мне нужно посмотреть на этого «Сына Света».

— Я с тобой, — я начала подниматься.

— Нет, — Уджин подошел и мягко, но твердо усадил меня обратно в кресло. — Кванджу далеко, дорога пыльная. Там бунт черни. Это не для Королевы.

Он взял мою руку и поцеловал ладонь.

— Я вернусь через три дня. И привезу вам голову этого пророка. Или его сердце. Что вы предпочитаете?