Да, дело было только в этом.

Не в том, что Настя чувствовала одиночество в маленькой квартире, купленной родителями. Не в том, что Ярослав был готов поддержать её, поговорить, даже заняться сексом, когда она этого очень хотела. Не в том, что он стал для неё лучом света, таким ярким и дружелюбным, каким он был два с половиной года назад. Наивным…

Учёба и работа на какое-то время всё же отвлекали Настю от Ярослава, напоминая о её любви к искусству и мечте, к которой она упорно идёт (не считая перерывы на перекуры). На вкладе лежало почти сто сорок тысяч — меньше половины необходимой цены. Классный ноутбук и фотоаппарат она купила совсем недавно, и теперь у неё стоит новая цель — профессиональное освещение, объектив и открытие собственной фотостудии.

Пока что она не тратила время даром и в свободное от учёбы и основной подработки время трудилась фотографом: разные мероприятия, индивидуальные фотосессии на улице, в студии и прочее, за что только она могла взяться.

После сегодняшней типичной фотосессии в центре города для молодой пары Настя воодушевлённо возвращалась домой пешком. В наушниках играл новый альбом любимой группы, который отличался от предыдущих своей романтичностью. Девушка с улыбкой пыталась не петь вслух.

Она остановилась посередине небольшого моста около Летнего сада и взглянула на зимний оранжевый закат, развернувшийся над узкой рекой. Настя сняла рюкзак с плеч, достала из него полароид, навела на уходящее солнце объектив и щёлкнула кнопкой.

Спустя несколько мгновений у неё в руках был проявляющийся снимок очередного заката. Довольная, Настя убрала всё обратно, застегнула молнию, накинула лямки на плечи, и пошла дальше, в сторону дома.

На лестнице она не столкнулось с Яром и его глупой смешной собакой. Настя откинула грустные мысли и поднялась к себе. Купленная родителями для неё квартира встретила девушку молчаливо и одиноко. За окном уже стемнело. Она разулась, прошла в маленькую кухню, включила настенную лампу и поставила кипятиться чайник на газовую старенькую плиту. Разложила рабочее место: принесла из комнаты ноутбук, достала фотоаппарат, полароид с уже проявившимся закатом, накинула на себя клетчатый зелёный плед и села на угловой диван. Через переходник на ноутбуке высветились новые фотографии с карты памяти. Настя принялась искать лучшее.

Вскоре радостно засвистел чайник, кружка наполнилась горячим чаем, быстро опустела, и тогда Котова, мельком подумав об ужине, вязла фотографию в руки и направилась в комнату. Над рабочим столом висело несколько десятков самых разных закатов, от ярко-оранжевых до розовых. Иногда были просто окрашенные облака, плывущие по небу. На каждой фотографии внизу была короткая подпись с датой и несколькими словами о том дне.

«09.02.2024 — В мыслях он, а на деле — классная фотосессия» — написала Настя и вскоре справа от остальных приклеила новую фотографию. И замерла, чтобы рассмотреть прежние закаты.

«14.07.2017 — Ева покрасилась в розовый»

«16.07.2017 — А я в синий!!!»

«23.11.2018 — Ходила на свидание со старшеклассником Даней!»

«31.01.2020 — Вчера с девчонками блевали в ванную. Улёт.»

«10.02.2020 — Это был обалденный вечер! Разве что Еве было не особо весело…»

«01.03.2020 — Ева сказала, что больше никогда не пойдёт бухать… Ну и дура.»

«10.10.2020 — Мы… больше не подруги»

«20.06.2021 — Сегодня нас сфоткали с Евой на прощание. Пути расходятся. Так надо.»

Настя сглотнула ком, подступивший к горлу, вспоминая события четырёхлетней давности.

Маленькая и глупая, она предавалась чуть ли не всем возможным утехам, считая себя крутой и необычной. По факту она была лишь тенью истинной оторвы — Евы. Но почему же сейчас всё так изменилось? Настя совсем не знала, какую жизнь теперь ведёт бывшая подруга, но тогда, при встрече, она совсем не произвела впечатление тусовщицы. Скорее, была похожа на монашку, испугавшуюся, что её маленькие грешные секретики кто-то расскажет…

Настя лукаво улыбнулась, спрашивая у самой себя: «Как же заговорит о ней Ярослав, когда узнает о том, кто она на самом деле?»

Яр отскрёб себя от кровати в семь тридцать. Он был ужасно зол. На себя. 'Как можно быть настолько херовым актёром, что с тобой, тупорылый идиот, староста будет заниматься индивидуально? Как ты, долбоёб, до этого докатился? — смотреть в отражение он не мог. Зайдя утром в ванную, он до дрожи захотел разбить это чёртово зеркало. Хотя лучше бы он разбил себе лицо.

Едва он вышел в парадную, как вспомнил вчерашний диалог о Насте. Поморщился, злясь сильнее. Эвелина права, Яр поступает мерзко. Позволяет ей своё тело, можно сказать, держит на вытянутой руке, но не любит. Он даже представить себе не может, как это больно! Эти отношения надо закончить, и даже не ради Ярослава, ради Насти.

Она справится. У неё есть мечта, и Яр верит, что любовь к фото победит разбитое сердце. Настя точно выкарабкается из этого, пока Горный не привязал её к себе ещё сильнее.

И он должен идти за своей мечтой. Илья верно сказал, нужно забить на мнение окружающих и стараться, как Ярослав всегда и делал. Он привык быть хуже всех. Почему сейчас его это так задело?

Возможно потому, что достало быть в конце… Просто невыносимо всё время быть ничтожеством на фоне успешных, таких, как Илья, которые выбирают простой для изучения их мозгом навык, в восемнадцать находят работу, каждый год растут в прибыли и позволяют себе квартиру в новом хорошем доме, пусть и в ипотеку.

Он чувствовал себя потеряно. Крутился между завистью, самоунижением и моральным подъёмом стараться изо всех сил. Не знал, на чём ему остановится, чего он хотел больше — стать лучшей версией себя сейчас, или опуститься на самое дно, чтобы понять, какого же там, и только потом начать подъём, или кинуться на что-то, что ему проще (он не знал, что ему проще, ведь путь в профессиональный спорт для него уже закрыт — слишком взрослый).

Поводов для радости было только две: смешной пёс, держащий его на плаву грузом ответственности и милой хрюкающей мордой, и приближавшаяся встреча с Евой. Ему казалось, что он был близок к разгадке её тайны, возможно даже близок к её истинной сути, прорвавшейся пару раз наружу за один только день.

Она просто очаровательно краснела… Умная, грациозная, собранная, красивая… Ярослав жаждал услышать её искренний смех и увидеть улыбку. Знал, что счастье (пусть и небольшое) делает человека человеком. До мурашек было интересно — какая же она там, внутри… Ему казалось, что на самом деле она очень весёлая, возможно, даже взбалмошная, и нежная, ранимая…

И это её горе, упорно скрывающееся внутри и явно пожирающее её душу, не давало покоя, подогревало интерес.

Вернувшись с выгула, душ снова сдался и облил всю ванную. Ярослав выругался, мысленно ставя себе задачу заказать на маркетплейсе новую лейку, снимая мокрую футболку и бросая её на пол. Поднял взгляд, на большое зеркало. Всё же оглядел себя: подкачанные плечи, грудь, руки… Так, стоп. Раньше пресс было лучше видно. Он что, набрал? «Конечно ты набрал, идиот, ты месяц ешь только пиццу». Ярослав вздохнул, пообещав себе перейти на нормальное питание. Любимая курица с гречкой.

Он пришёл на десять минут раньше. Эвелина зашла в здание универа минута в минуту, укутанная… в другой шарф.

— Привет, спасибо ещё раз за вчера, холод просто ужасный, вот твой, — сказала Ева, смотря себе на руки, и протянула ему крафтовый пакет, в котором действительно был его шарф.

Ярослав ощутил разочарование. Ему было приятно, что его вещь грела её.

— Привет, — произнёс он, натянув улыбку. — Не за что.

Она принялась снимать верхнюю одежду, и Горный вдруг ощутил желание помочь ей. Одёрнул себя со странной мыслью: «А вдруг у неё есть парень?» Ева сдала пальто в гардероб, закинула номерок в шоппер и подошла к Горному.

— На самом деле… — она опустила взгляд в пол. Затем забегала им по пространству вокруг них, не касаясь Ярослава. — Лично заниматься мы будем только после занятий.