Москва, Кремль. Конец мая 1939 года.

Сергей сидел за столом, просматривая сводки. Перед ним лежали бумаги от Наркомата иностранных дел и свежие донесения. Дверь открылась, и вошёл Павел Судоплатов. В руках у него была папка.

— Товарищ Сталин, — сказал он, подходя ближе.

Сергей поднял глаза и указал на стул.

— Присаживайтесь, Павел Анатольевич. Что у вас?

Судоплатов сел, раскрыл папку и начал без предисловий.

— Есть сведения из Соединённых Штатов. Кеннеди через нужных людей получил документы. В бумагах говорится, что Барух, Рокфеллер-младший и Рузвельт замешаны в подготовке войны в Европе. Цель — чтобы после разрушения континента европейские рынки и ресурсы перешли под контроль американского капитала.

Сергей отложил свои бумаги, взял трубку, набил её табаком, закурил и медленно выпустил дым.

— И как отреагировал Кеннеди?

— Он сомневается, — ответил Судоплатов. — Но явно будет копать в этом направлении. Он изоляционист. Видит, как Рузвельт всё больше подпадает под влияние этих финансистов, и ему это сильно не нравится.

Сергей сделал ещё одну затяжку.

— Значит, вы считаете, что он заглотил наживку?

Судоплатов кивнул.

— Да, Иосиф Виссарионович. Потому что всё это недалеко от истины. Конечно, войну пока никто не планирует, но всё может резко измениться.

Сергей нахмурился.

— Что вы имеете в виду? Говорите прямо.

— Барух вложил много денег в Черчилля. Как мы с вами знаем, он хотел сменить Идена на Черчилля ещё в конце прошлого года, однако этого так и не получилось. Есть сведения, что некоторые группы в Британии могут совершить те или иные провокации. Мы пока, к сожалению, не знаем, какие именно. Провокации, которые приведут к власти человека более жёсткого, чем Иден, то есть Черчилля.

Сергей кивнул, слушая внимательно.

— Продолжайте, Павел Анатольевич. К чему это приведёт?

— По замыслу финансовых групп за океаном Черчилль сможет обострить обстановку в Европе, что им и нужно.

Сергей выпустил дым и посмотрел на собеседника.

— Обострить в Европе, вы сказали, а не только в Британии. Значит, вы допускаете провокации в других странах, особенно в тех, которые сейчас нестабильны?

— Да, товарищ Сталин. Возможны провокации в других странах, особенно в Германии.

Сергей сделал паузу, обдумывая услышанное, и потом заговорил:

— Нам надо узнать, что именно готовится, Павел Анатольевич. Срочно надо узнать. Вполне возможно, что готовятся провокации и против нас тоже. Эти люди ни перед чем не остановятся.

Судоплатов кивнул.

— Я постоянно слежу за сообщениями от агентов. Агентурная сеть по всей Европе и за океаном работает непрерывно. Если появится какой-то важный сигнал, я вам сообщу.

— Да, сообщайте тут же, чем бы я ни был занят.

Судоплатов сделал пометку в блокноте.

Сергей продолжал курить, глядя на карту Европы, висевшую на стене. Он начал задавать уточняющие вопросы.

— Расскажите подробнее, что именно было в документах, которые получил Кеннеди. Есть ли детали по срокам, по участникам встреч, по суммам?

Судоплатов перевернул страницу в папке.

— Документы представляют собой копии внутренних заметок и черновиков меморандумов, разумеется фальшивых, но сделанных идеально. Указаны даты нескольких встреч в конце прошлого года и в начале нынешнего. Сами встречи реальные. Участники — Барух, представители Рокфеллера, люди из ближайшего окружения Рузвельта. Речь идёт о необходимости «управляемого кризиса» в Европе, после которого американский капитал займёт доминирующее положение. Конкретные суммы вложений в британских политиков указаны частично. По Черчиллю — значительные. По другим фигурам — меньше. Прямых указаний на военные действия пока нет. Есть формулировки о «создании условий» и «поддержке сил, способных изменить баланс».

Сергей слушал, не прерывая.

— Кеннеди эти бумаги принял?

— Он взял их на проверку, но не сразу при встрече. Он встретился с посредником ещё раз и забрал бумаги. Источник сообщает, что Кеннеди проявил осторожность. Не бросился сразу использовать материал публично. Начал проверять через свои каналы в торговых и финансовых кругах. Это совпадает с его характером. Он не любит рисковать репутацией без оснований.

— А как реагирует его окружение?

— Пока он держит информацию в узком кругу. Секретарь и ближайшие помощники знают, что пришли какие-то бумаги, но содержания не раскрывают. Мы отслеживаем возможные утечки. Пока их нет.

Сергей снова закурил.

— Теперь о Германии. Генерал Бек всё ещё удерживает контроль?

— Да. Выборы назначены на июнь. Аденауэр так и остаётся основным кандидатом на пост канцлера. Его поддержка среди консервативных кругов и части промышленников растёт. Американские финансовые каналы продолжают работать в его пользу. Прямых доказательств координации с Барухом и Рокфеллером нет, но косвенные связи прослеживаются.

Сергей кивнул: всё было стабильно.

— А что с Абвером и Ланге?

— Ланге сохраняет позиции. Он регулярно встречается с Беком. Канарис продолжает работать в прежнем режиме. Наш канал через полковника Зейдлица остаётся стабильным. Новых рисков провала не зафиксировано.

Сергей кивнул.

— Нам надо усилить наблюдение за любыми необычными перемещениями в германских военных и политических кругах. Особенно за теми, кто имеет связи с британскими и американскими представителями. А их сейчас в Берлине наверняка больше обычного.

Судоплатов записал:

— Будет сделано.

Разговор перешёл к Британии.

— Иден удерживает власть уверенно?

— Пока да. Но давление со стороны сторонников Черчилля не ослабевает. Барух продолжает финансировать определённые издания и группы. Есть сведения о подготовке материалов, которые должны дискредитировать линию Идена на сдержанность. Конкретных планов провокаций мы пока не имеем. Только общие указания на возможную активность в ближайшие месяцы.

Сергей выпустил дым.

— Если Черчилль придёт, обстановка изменится быстро. Он будет давить на обострение. Нам нужно быть готовыми к любым вариантам.

— Мы уже готовим дополнительные указания агентам. Усилим сбор данных по возможным точкам напряжения.

Сергей перешёл к Франции.

— Есть ли там что-то важное?

— Внутренние противоречия сохраняются. Правительство осторожничает. До выборов в Германии там вряд ли что-то изменится.

Затем обсудили Дальний Восток. Сун Цзывэнь продолжал посылать сигналы о готовности сотрудничать. Братья Гофу и Лифу удерживали Нанкин, но напряжение внутри национальной армии не уменьшалось. Сергей дал указание фиксировать все шаги Суна без поспешных выводов.

После этого вернулись к главному.

— Вы считаете, что Кеннеди в итоге как-то использует полученные бумаги? — спросил Сергей.

Судоплатов кивнул.

— Я в этом уверен. Влияние Баруха и Рокфеллера его раздражает. Документы дают ему инструмент, которого раньше не было. Даже если он не использует их публично сразу, он будет искать подтверждения. А подтверждения, как мы знаем, частично существуют.

Сергей молчал несколько мгновений.

— Хорошо. Продолжайте работу. Мне нужен полный отчёт по всем каналам, связанным с этими финансовыми группами. И по возможным провокациям в Европе. Особенно в Германии и на наших границах.

— Будет сделано, товарищ Сталин.

Судоплатов собрал документы, встал.

— Если появятся новые данные — сразу доложу.

— Да. Идите.

Когда дверь закрылась, Сергей остался один. Он долго сидел, глядя на бумаги перед собой.

Аденауэр возьмёт власть уже в июне. Черчилль — возможный вариант в Британии. Кеннеди. Финансовые группы за океаном, которые видят в европейской нестабильности путь к расширению своего влияния. Всё это складывалось в новую картину.

Сергей понимал, что противостоять таким силам будет непросто. Капитал имеет длинные руки и глубокие карманы. Но у Советского Союза были свои инструменты. Разведка. Дипломатия. Экономические рычаги. Военная готовность.