К вечеру в Берлине установилась новая атмосфера. Люди обсуждали смерть Геринга и приход военных. На площадях стояли патрули, но они не пугали — скорее успокаивали. В кафе и на улицах звучали разговоры о будущем.

В Абвере Канарис вызвал Ланге снова.

— Завтра нужно подготовить доклад для Бека об внешних угрозах. Вы поедете в Британию, как планировалось раньше?

Ланге кивнул.

— Да. Связи там остаются важными. Теперь, когда ситуация изменилась, это будет гораздо проще.

Канарис положил руку на плечо Ланге.

— Будьте осторожны. Я рад, что вы живы.

Ланге улыбнулся.

— Я тоже, адмирал.

Ночь опустилась на город. В Рейхсканцелярии генерал Бек работал при свете лампы. На столе лежали карты и списки. Аресты завершились. Ключевые фигуры из прежнего режима находились под стражей. Радио повторяло обращение, призывая к спокойствию.

По Берлину проезжали военные грузовики с солдатами. Они направлялись к очередным объектам, чтобы закрепить контроль.

В квартире Ланге горел свет. Он стоял у карты Германии, отмечая точки, где военные уже взяли верх. Всё шло так, как было задумано. Переворот завершился без больших потрясений. Теперь начинался новый этап.

Утром следующего дня газеты вышли с заголовками: «Смерть рейхсканцлера. Армия обеспечивает порядок». Люди читали, обсуждали, но жизнь продолжалась. Магазины работали, трамваи ходили по расписанию. Военные патрули улыбались прохожим, объясняя, что временные меры нужны для безопасности.

Генерал Бек выступил по радио. Его голос звучал уверенно:

— Мы вернём стране стабильность. Выборы позволят народу решить будущее. До того времени армия будет гарантом закона.

Город жил. Перемены произошли, но Берлин оставался на месте. План удался. Впереди было будущее, и каким оно будет, никто не знал. Но все чувствовали, что основные угрозы остались позади.

Москва, Кремль. Январь 1939 года.

В кабинете горела лампа под зелёным абажуром. Сергей сидел за столом и просматривал свежие сводки наркомата иностранных дел. За окном лежал снег, но в комнате было тепло от печки. Дверь открылась, и вошёл Павел Судоплатов. Он держал в руках папку и выглядел сосредоточенным.

— Товарищ Сталин, — сказал Судоплатов, подходя ближе. — Есть новые сведения из Германии.

Сергей отложил бумаги и указал на стул напротив.

— Присаживайтесь, Павел Анатольевич. Докладывайте.

Судоплатов сел, раскрыл папку и начал говорить.

— Подтверждено, что генерал-майор Ланге жив. Он появился в здании Абвера на следующий день после взрыва машины. По нашим данным, в автомобиле был его двойник в форме. Сам Ланге находился в другой квартире на окраине.

Сергей кивнул, не меняя выражения лица.

— Это следовало ожидать. Такой человек, как Ланге, не стал бы подставляться под простой взрыв. Абвер вместе с армией принял решение устранить Геринга. Возможно, они действовали в контакте с британцами. Всё прошло слишком слаженно для такого серьёзного дела.

Судоплатов перевернул страницу в папке.

— Есть информация, что Геринг сам общался с кем-то из британской стороны в последние недели. Но детали пока отрывочные. Наши источники подтверждают, что Ланге скоро должен поехать в Британию. Когда именно и с кем именно он будет встречаться — пока неясно.

Сергей откинулся в кресле и посмотрел на карту Европы, висевшую на стене.

— Надо сделать всё возможное, чтобы узнать подробности этой встречи. Кто именно будет на той стороне, какие темы будут обсуждаться. Это ключевой момент сейчас.

Судоплатов кивнул.

— В Британии наши агенты в полной готовности. Они уже получили указания усилить наблюдение за возможными контактами Ланге. Если поездка состоится, мы получим данные.

Они помолчали несколько секунд. Сергей взял трубку, набил её табаком и закурил. Дым медленно поднимался вверх.

— Хорошо. Продолжайте держать это направление под плотным контролем. Теперь расскажите, что происходит в других местах.

Судоплатов перешёл к следующему вопросу.

— В Соединённых Штатах Джозеф Кеннеди официально заявил о намерении выдвинуться на пост президента. Это уже прошло в газетах и по радио. Он выступил с речью, где говорил о необходимости сосредоточиться на внутренних делах Америки.

Сергей сделал затяжку и медленно выпустил дым.

— Это хорошо. Ослабление нынешнего американского истеблишмента нам на руку. Пока не будем делать поспешных выводов. Наблюдаем. Следите за его кампанией, за тем, кто его поддерживает и какие позиции он занимает по Европе.

Судоплатов сделал пометку в блокноте.

— Будет исполнено, Иосиф Виссарионович. Наши люди в Вашингтоне уже собирают материал.

Разговор перешёл к ситуации на Дальнем Востоке. Судоплатов достал из папки отдельный лист.

— По Китаю. Братья Гофу и Лифу сохраняют власть в Нанкине. В Гонконге Сун Цзывэнь активно заявляет о готовности к сотрудничеству с коммунистами как внутри Китая, так и с Советским Союзом. Он направил несколько сигналов через посредников.

Сергей выслушал внимательно, потом ответил.

— Пока он в оппозиции, он многое может говорить. На самом деле Сун Цзывэнь такой же проамериканский, как и Гофу с Лифу. Просто он злится, что сейчас не у власти. Доверять ему нельзя.

Судоплатов согласился.

— Да, товарищ Сталин. Его заявления выглядят слишком положительными в наш адрес, учитывая его прежнюю позицию.

Сергей продолжил.

— Можно использовать его для того, чтобы показать заинтересованность. Пусть видит, что мы готовы слушать. Но никаких ресурсов ему давать не следует. Ни оружия, ни денег, ни прямых обещаний. Только слова и осторожные контакты. Мы не будем вкладываться в человека, который может переметнуться в любой момент.

Судоплатов записал указания.

— Понял. Агентам в Гонконге и Шанхае будут даны соответствующие инструкции.

Они обсудили текущую обстановку в Китае подробнее. Сергей спрашивал о состоянии экономики в разных провинциях, о настроениях среди офицеров национальной армии и о том, насколько устойчиво положение братьев Гофу и Лифу.

— Их власть держится на поддержке определённых финансовых кругов и американских связей, — отметил Судоплатов. — Но внутри есть недовольство. Сун Цзывэнь пытается играть на этом.

Сергей кивнул.

— Именно поэтому мы не должны давать ему реальных рычагов. Пусть говорит. Мы будем фиксировать все его шаги. Если он действительно сможет ослабить нынешнее руководство, это может создать новые возможности. Но рассчитывать на него как на союзника преждевременно.

Они перешли к торговым вопросам. Сергей интересовался возможными поставками из Китая и тем, как события в Германии могут повлиять на дальневосточную политику. Судоплатов доложил о последних данных по перемещениям японских войск и о том, что в Токио пока сохраняют осторожность по отношению к новым событиям в Европе.

Сергей вернулся к германской теме.

— Ланге жив — это значит, что в Абвере сохраняется преемственность. Канарис и его окружение, скорее всего, будут работать с Беком. Нам нужно понять, насколько глубоко зашло их взаимодействие с британцами. Если Ланге поедет в Лондон, это может быть попыткой договориться о передышке или даже о новых границах влияния в Европе.

Судоплатов добавил детали.

— Наши источники в Берлине отмечают, что аресты прошли организованно. Лёрцер и его ближайшие люди под контролем. Абвер пока не трогают. Ланге уже встречался с Канарисом и обсуждал дальнейшую работу.

Они проговорили возможные сценарии развития в Германии на ближайшие недели. Сергей подчёркивал необходимость получать информацию из первых рук.

— Усиливайте связи в военных кругах. Нам важно знать, какие планы у Бека по экономике и по армии. Будут ли они сокращать производство или, наоборот, готовиться к новым шагам.

Судоплатов заверил, что работа идёт.

— Агенты продолжают передавать данные. Связь стабильная.

Разговор вернулся к Соединённым Штатам. Сергей спросил о позиции Кеннеди по изоляционизму.