Накамура сидел за столом. Он поднялся, когда Кэндзи вошёл, и указал на место напротив.

— Ямада-сан, садитесь. Спасибо, что приехали.

Они обменялись поклонами. На столе уже стоял чайный набор и несколько лёгких закусок — маленькие пирожки с начинкой из бобов, ломтики маринованной редьки и тонко нарезанная рыба. Слуга налил чай в чашки и вышел, оставив их наедине.

— Как у вас дома? — спросил Накамура, беря чашку. — Как чувствует себя Мицуко-сан?

Кэндзи ответил спокойно:

— Спасибо за внимание, Накамура-сан. Дома всё хорошо. Мицуко чувствует себя нормально. Срок уже заметный, но она продолжает заниматься домом и готовит комнату для ребёнка. Мы оба довольны и ждём появления малыша.

Накамура кивнул, отпил чай и взял один из пирожков.

— Рад слышать. Многие это недооценивают, но семейные дела очень важны. Когда человек знает, что дома порядок, то и работать проще.

Он предложил Кэндзи закуски. Тот взял небольшой кусочек рыбы и тоже сделал глоток чая. Напиток был крепким, без лишней сладости. Они ели не торопясь, между фразами.

— Теперь о работе, — продолжил Накамура. — Как вы сами оцениваете положение в Бюро?

Кэндзи поставил чашку.

— В принципе я справляюсь. Сфера для меня новая, поэтому мне кажется, что я мог бы делать многое лучше. Но теперь, по крайней мере, уже не хочется сбежать обратно в газету, как бывало в первый месяц.

Накамура коротко рассмеялся, отложив пирожок.

— Вы точно справитесь с этой работой. При всём хорошем отношении я бы не стал предлагать вам эту должность, если бы думал, что вы не потянете. Я сразу вижу, кто сможет выполнить ту или иную задачу.

Кэндзи слегка наклонил голову.

— Спасибо за доверие, Накамура-сан. Я ценю его.

Они снова взялись за чай. Накамура предложил ещё закусок, и Кэндзи согласился. Разговор проходил спокойно, без спешки.

— Как у вас складываются отношения с Хасэгавой? — спросил премьер-министр.

Кэндзи ответил прямо, не скрывая своих мыслей:

— Я знаю, что я ему не нравлюсь и что он предпочёл бы видеть на моём месте своего человека. Но я отношусь к этому спокойно. С детства привык, что невозможно нравиться всем. В газете в начале журналистской карьеры тоже случалось всякое. Здесь, в правительстве, те же люди и те же отношения, только больше власти.

Накамура кивнул, допил чай и налил себе ещё.

— Я следил за этой ситуацией и доволен тем, как вы действовали. Но дам вам дружеский совет. Чтобы выжить здесь, нужно быть не только умным человеком. Нужно ещё быть бойцом.

Кэндзи внимательно слушал.

— Спасибо за совет, Накамура-сан. Мне ещё многому стоит научиться. И я рад, что нахожусь рядом с таким человеком, как вы, который всегда может подсказать, как действовать.

Накамура кивнул. Они продолжали есть лёгкие закуски. Пирожки были свежими, редька хрустела, рыба имела мягкий вкус. Чай остывал медленно, и оба время от времени доливали его из чайника.

— Я слежу за вашей деятельностью, — сказал Накамура. — И доволен, как всё идёт. Также рад, что вы не делаете поблажек для «Асахи».

Кэндзи ответил:

— «Асахи» привыкла к дисциплине уже давно. Все понимали, что на новой должности я буду исполнителен и не стану никого выгораживать.

Накамура улыбнулся и отложил палочки.

— Хорошо. Разговор меня удовлетворил. Допивайте чай, не торопитесь, а потом можете возвращаться к работе.

Кэндзи встал, поклонился и вышел. Слуга проводил его до выхода. Автомобиль ждал у ворот. В здании Бюро Кэндзи поднялся в кабинет, снял пиджак и сразу сел за стол. До конца рабочего дня оставалось несколько часов, и он решил, что надо успеть завершить намеченные дела.

Сначала он просмотрел отчёты, которые накопились за время отсутствия. Затем вызвал Мори и обсудил координацию с министерствами по экономическим публикациям. Мори доложил, что в регионах появились новые материалы о сборах урожая и развитии ремёсел. Кэндзи дал указание проверить формулировки и убедиться, что они соответствуют общей линии правительства. После этого он принял начальника отдела радио. Они вместе прошли список ближайших передач: упор на мирное развитие страны, успехи в сельском хозяйстве и повседневную жизнь граждан. Кэндзи внёс несколько правок в тексты, чтобы они не были чересчур сухими и официальными, и отпустил сотрудника.

Ближе к вечеру зазвонил телефон. Представитель министерства экономики сообщил о готовности новых данных по поставкам. Кэндзи попросил прислать полный текст и обещал проверить его до утра. Затем секретарь принёс стопку региональных газет. Кэндзи пролистал их, отметил два места, где освещение было слишком расплывчатым, и написал короткие замечания для соответствующих отделов.

Работа шла хорошо. Он успел ещё раз пройтись по плану совещания на следующий день и подготовить список вопросов для руководителей. Когда часы показали конец рабочего времени, Кэндзи собрал бумаги, передал секретарю указания на утро и спустился к автомобилю.

Дома Мицуко встретила его у ворот. Она уже приготовила ужин — рис, его любимый овощной суп и тушёную рыбу. Они прошли в гостиную и сели за столик.

— Как прошёл день? — спросила она, наливая чай.

Кэндзи рассказал по порядку: о вызове к премьер-министру, о разговоре, о вопросах, которые задавал Накамура, о совете и о том, что премьер-министр остался доволен. Мицуко слушала внимательно, иногда кивая.

— Хорошо, что он спросил о доме, это приятно, — сказала она. — И хорошо, что вы поговорили прямо и ты ничего от него не утаил.

— Да, — ответил Кэндзи. — Он дал понять, что следит за моей работой и поддерживает. А совет я принял.

Они поговорили о делах по дому. Затем разговор перешёл к малышу. Мицуко положила руку на живот и описала, как ощущаются движения. Кэндзи улыбнулся и тоже коснулся её ладонью.

После еды они ещё немного посидели, обсуждая планы на выходные: прогулку по саду, возможно, короткую поездку к её друзьям, если позволит время. Мицуко говорила о письме от сестры, Кэндзи — о том, что в Бюро теперь больше ясности после недавних решений. Когда стемнело, они поднялись в спальню. Мицуко пожелала спокойной ночи. Кэндзи лёг рядом, закрыл глаза и вскоре уснул. День закончился так же размеренно, как и начался.

На следующий день Кэндзи Ямада проснулся в обычное время. Мицуко лежала рядом, ещё не проснувшись. Он осторожно встал, чтобы её не разбудить, хотя знал, что Мицуко всегда просыпается, когда он встаёт. Он надел халат и спустился на кухню. Разжёг огонь, поставил воду для чая и начал готовить завтрак и услышал, что Мицуко выходит из комнаты. Когда Мицуко спустилась, они сели за столик завтракать.

— Сегодня у тебя важное заседание? — спросила она, наливая чай.

— Да. Расширенное заседание правительства. Будет вести Накамура. Там будет всё правительство, а кроме министров — руководители всех бюро и комитетов.

Мицуко кивнула и положила руку на живот.

— Малыш уже тоже проснулся с нами. Чувствую, как толкается. Сегодня надо будет прибраться в доме, а то много пыли.

Кэндзи улыбнулся.

— Не переутомляйся. Хочешь, на выходных вместе приберёмся. Тебе надо себя беречь.

Они поговорили о том, как оба ждут появления на свет малыша. После завтрака Кэндзи поцеловал Мицуко и сел в служебный автомобиль. Охранники заняли свои места, и машина направилась сегодня не в Бюро, а сразу к зданию правительства.

В зале заседаний уже собрались почти все. За длинным столом сидели министры, главы бюро и комитетов. Кэндзи занял место среди руководителей ведомств, которые не входили в число министров, но присутствовали на расширенных заседаниях. В центре, во главе, сидел премьер-министр Накамура. Он выглядел спокойным и собранным. Когда все расселись, Накамура начал говорить. Он говорил ровно, без лишних пауз, о текущем положении дел в стране: о развитии сельского хозяйства, о состоянии промышленности, о координации работы ведомств и о необходимости точной и единой информационной линии. Кэндзи внимательно слушал, делая короткие пометки.