На платформе Карузо встретил двух мужчин. Они стояли у края, разговаривали. Один достал из внутреннего кармана толстый конверт и передал Карузо. Тот быстро убрал его под пальто. Разговор длился меньше минуты. Джейкоб, спрятавшись за тележкой с багажом, сделал серию снимков: передачу, лица, жест рукопожатия.

В этот момент Джейкоб заметил ещё двоих. Они стояли дальше по платформе, у колонны. Одеты просто, но что-то выдавало в них, что они были неместными: пальто другого покроя, которого не встретить в Чикаго, шляпы носили чуть иначе. Они смотрели именно на Карузо. Один из них слегка кивнул другому. Джейкоб понял: за Карузо следит не только он.

Карузо закончил разговор, повернулся и пошёл обратно к залу. Двое незнакомцев двинулись следом. Джейкоб тоже. В зале ожидания Карузо ускорил шаг, обошёл группу пассажиров, свернул к боковому выходу. Незнакомцы последовали за ним. Джейкоб держался сзади, стараясь не потерять их из виду.

На улице Карузо свернул в переулок между складами. Незнакомцы зашли следом. Джейкоб остановился у угла, достал камеру. Через несколько секунд он услышал короткие возгласы. Один из преследователей оказался прижат к стене. Второй пытался удержать Карузо, но тот резко двинулся, ударил локтем и вырвался. Карузо побежал дальше по переулку.

Оставшийся преследователь и его напарник схватили друг друга. Между ними началась драка. Они кричали друг на друга и винили в том, что Карузо заметил их и сбежал. Джейкоб быстро свернул на параллельную улицу, прошёл два квартала, поймал такси и поехал в редакцию. По дороге проверял, нет ли хвоста. Но ничего подозрительного не заметил.

В лаборатории Джейкоб передал кассеты. Пока ждали проявку, он записал в блокнот: время, места, передачу конверта на платформе, двух незнакомцев, сцену в переулке. Через час принесли отпечатки. Снимки вышли чёткими. Лица Карузо и его собеседников были узнаваемы. Маккормик вызвал его ближе к вечеру. Издатель разложил снимки на столе, просмотрел каждый. Он довольно закивал.

— Хорошо. Очень хорошая работа, Миллер. Вы всё зафиксировали. Я доволен.

Он собрал фотографии в папку и улыбнулся.

— Вы не репортёр, а настоящий детектив, Миллер.

Джейкоб кивнул и вышел.

На улице уже темнело. Он поймал такси и поехал домой. В квартире он поставил сумку и сел в кресло. Джейкоб включил радио и настроил на спокойную передачу. Сидел и слушал. Надо было привести мысли в порядок.

На следующее утро Джейкоб проснулся позже обычного. Был выходной, и можно было просто расслабиться. Он лежал несколько минут, глядя в потолок, и вспоминал события вчерашнего дня. Работа была выполнена, Маккормик остался доволен, и теперь можно было отложить мысли о заданиях редакции хотя бы на один вечер. Сегодня Нора пригласила его на семейный ужин.

Он встал, умылся и приготовил завтрак. Яичница с двумя тостами и крепкий кофе помогли окончательно проснуться. За столом Джейкоб открыл свежий номер Chicago Tribune и пробежал глазами заголовки. Новости с Европы, местные происшествия, спортивные сводки — всё как обычно. После завтрака он решил заняться делами по дому. Заодно почистил ботинки, привёл в порядок рабочую сумку, проверил, нет ли забытых кассет. К полудню квартира была в порядке.

Около часа дня Джейкоб отправился в центр. Ему нужно было купить подарок для семьи Килпатрик. Он выбрал небольшой магазин на Michigan Avenue, где продавали конфеты и сладости. После недолгого выбора остановился на коробке шоколадных конфет в красивой обёртке с золотистым узором. Продавец завернул её в бумагу и перевязал лентой. Джейкоб также купил букет свежих весенних цветов — несколько белых и жёлтых нарциссов, которые уже появились в продаже. Цветы показались ему подходящим знаком внимания для Норы и её матери.

Вернувшись домой, он начал готовиться к вечеру. Сначала принял душ, затем достал из шкафа лучший костюм — тёмно-серый, который обычно надевал для важных встреч. На нём была чистая белая рубашка, тёмный галстук с неярким узором, свежие носки и начищенные ботинки. Он потратил время, чтобы аккуратно завязать галстук и расчесать волосы. В зеркале отражение выглядело опрятным и собранным. Цветы и коробку конфет он аккуратно упаковал в бумажный пакет.

К пяти часам Джейкоб вышел из дома. Трамвай довёз его до нужного района без задержек. Дом Килпатрик стоял на тихой улице с рядом одинаковых двухэтажных домов. Перед крыльцом рос небольшой куст, ещё без листьев, но уже с набухшими почками. Джейкоб поднялся по ступенькам и постучал.

Дверь открыла Нора. Она была в простом тёмно-зелёном платье с белым воротничком, волосы были аккуратно собраны. На лице появилась улыбка.

— Джейкоб, здравствуй. Проходи, пожалуйста.

Он переступил порог, снял шляпу и протянул цветы.

— Это для тебя и твоей мамы.

Нора приняла букет, наклонилась чуть ближе и понюхала.

— Спасибо. Они очень красивые. Проходи в гостиную, все уже собираются.

В гостиной пахло домашней едой. За большим столом сидели Брайан и Кэтлин. Брайан встал, протянул руку.

— Миллер, рад видеть. Добро пожаловать в наш дом.

Кэтлин улыбнулась и кивнула. Из кухни вышла пожилая женщина в фартуке — мать Норы, миссис Килпатрик. Рядом с ней стоял высокий мужчина с седеющими волосами — мистер Килпатрик.

— Это Джейкоб Миллер, — представила Нора. — Он работает фотографом в Tribune.

Миссис Килпатрик тепло пожала ему руку.

— Очень приятно. Садитесь, ужин почти готов.

Мистер Килпатрик тоже пожал руку и указал на свободный стул.

— Хорошо, что пришли. Нора много рассказывала о вас.

Джейкоб сел между Норой и Брайаном. На столе уже стояли тарелки, салфетки, приборы. В центре была большая миска с варёным картофелем, блюдо с тушёной говядиной, миска с зелёным горошком и свежий хлеб. Миссис Килпатрик принесла ещё одну миску с капустой и поставила графин с водой.

Брайан налил всем пива из большой бутылки.

— За встречу, — сказал он, поднимая кружку.

Все чокнулись. Джейкоб сделал глоток. Пиво было тёмным и густым, прям как в «The Shamrock».

Разговор начался легко. Мистер Килпатрик спросил о работе в газете.

— Скажите, мистер Миллер, много ли приходится бегать по городу?

— Достаточно, — ответил Джейкоб. — Иногда целый день на ногах. Но мне нравится. Город большой, всегда есть что снимать.

Брайан поддержал:

— А я вот в порту работаю. Там тоже ноги не отдыхают. Особенно когда приходит большой груз.

Кэтлин улыбнулась мужу.

— Он каждый вечер приходит домой и говорит, что завтра будет легче. А завтра снова то же самое.

Все засмеялись. Нора передала Джейкобу тарелку с мясом.

— Берите больше. Мама готовила специально.

Миссис Килпатрик кивнула.

— Да, говядина хорошая. Купила на рынке утром.

Они ели неспешно. Картофель был рассыпчатым, мясо мягким. Мистер Килпатрик рассказал о своём дне на складе, где он работал уже много лет.

— Сегодня привезли новые ящики с деталями. Пришлось всё проверять. Молодые ребята помогают, но всё равно за ними нужен глаз да глаз.

Брайан кивнул.

— У нас в порту то же самое. Начальство требует скорость, а люди хотят, чтобы платили лучше.

Разговор перешёл на бейсбол. Все обсуждали начало сезона. Брайан был уверен, что «Кабс» в этом году покажут хороший результат.

— Подающие окрепли. Если полевые не подведут, то будет шанс.

Мистер Килпатрик усмехнулся.

— Ты каждый год так говоришь. А потом в сентябре сидим и обсуждаем, где ошиблись.

Кэтлин вмешалась:

— Пусть говорит. Надежда никогда не мешает.

Нора посмотрела на Джейкоба.

— А вы ходите на матчи?

— В Нью-Йорке ходил. Здесь пока только по радио слушаю. Но если будет возможность, обязательно схожу.

— Тогда вместе пойдём, — сказал Брайан. — Компания будет хорошая.

После основного блюда миссис Килпатрик принесла яблочный пирог, и запах наполнил комнату. Все получили по большому куску. К пирогу подали чай.