Подступали сумерки, но Максим не видел вокруг ни единого огонька. Похоже, в штате Монтана действительно выключили свет.

***

Линда Ченн выключила воду. Дешёвый номер в мотеле пах хлоркой и ещё, казалось, её отчаянием — идеальное место для проигравшего агента. Она смотрела на своё отражение в мутном зеркале, на женщину, которая допустила ошибку. Не одну, а целую серию. Позволила эмоциям — презрению к наивности Максима, раздражению от тупости своих подельников — взять верх над холодным расчётом. Пекин не прощал таких ошибок. Провал был не просто словом в отчёте, он был клеймом, которое выжигали на карьере, а иногда и на жизни.

Сука.

Она вытерла лицо жёстким, как наждачка, полотенцем. Эмили Картер, эта рыжая ищейка из ФБР, теперь носится по городу, подняв на уши все патрули. Линда усмехнулась. Пусть ищут. Она знала, как исчезать. Она была тенью, когда это было нужно, и сейчас Сан-Франциско стал для неё лабиринтом из бетона и асфальта, где она могла раствориться. Но прятаться — значило признать поражение. А Линда не привыкла проигрывать. Ей нужен был Останин. Ей нужен был инструмент, с помощью которого русский оставил всех в дураках. Очевидно, что это ИИ его разработки.

— Ты думаешь, они просто отдадут тебе этого русского? — прошептала она своему отражению. — После такого фиаско? Тебя спишут, девочка. В лучшем случае отправят в Северную Корею убирать коровники до конца жизни.

Нужно было действовать. Быстро. И нестандартно. ФБР будет проверять аэропорты, вокзалы, прокатные конторы. Они будут искать женщину азиатской внешности, соответствующую её легенде. Глупцы. Линда уже не была доктором Ченн, перспективным учёным. Она сбросила эту кожу как змея. Теперь она была никем. А значит, могла стать кем угодно. Она открыла свой защищённый ноутбук. Загрузка заняла несколько секунд, на экране не было ничего, кроме чёрного терминала с мигающим курсором. Никаких иконок, никаких меню. Инструмент для профессионала.

Она начала с простого. Социальные сети. Максим Останин не был активным пользователем, но след всегда остаётся. Старые аккаунты, упоминания на сайтах конференций, списки публикаций. Она собирала цифровой портрет, пытаясь понять его логику, его привычки. Он был идеалистом, учёным до мозга костей. Такие люди предсказуемы. Они ищут порядок в хаосе, верят в логику и здравый смысл. В текущей ситуации он должен быть напуган и растерян. И он наверняка попытается найти безопасное место.

— Куда бы ты пошёл, Макс? — пробормотала она, просматривая карту города. — Не в полицию. Слишком опасно. Не в консульство. Там его уже ждут. Он будет искать укрытие. Тихое место, где можно подумать.

Её пальцы летали над клавиатурой. Она не пыталась взломать сети ФБР. Это было бы самоубийством. Вместо этого она использовала свои собственные, наработанные годами лазейки. Небольшой эксплойт в системе управления городскими камерами, который она приметила ещё пару месяцев назад. Картинка была паршивой, но этого было достаточно.

Она отследила маршрут Максима от конференц-отеля с помощью «Шэньчжэня-7» — ИИ, разработанного аналитическим отделом её Бюро. Алгоритм анализировал записи с городских камер, вычленяя силуэты пешеходов, пассажиров в машинах, их отражения в витринах и стёклах проезжающего мимо транспорта. Вот он — и ещё один мужчина — вышли из отеля. Прошли несколько кварталов. Зашли в подземный гараж. А потом… исчезли. Камеры в гараже были отключены.

Стало понятно: он не один. У него есть помощник, возможно, телохранитель — кто-то, кто знает город и умеет заметать следы. Значит, для начала нужно искать двоих. Она проверила данные об аренде и покупке автомобилей — пусто, никаких транзакций от имени Останина. Линда начала просматривать списки арендованных складов, гаражей, контейнеров. Бесполезно. Значит, он не пользуется своими банковскими картами. Возможно, только картами своего помощника — или кем бы он ни был в их команде.

— Ладно, мальчики, поиграем по-взрослому, — её губы изогнулись в ехидной усмешке, — и не будем облегчать работу ФБР. Пока ФБР ищет меня, я буду искать вас.

Линда вернулась к просмотру записей с городских камер, на этот раз используя усовершенствованный алгоритм распознавания лиц. Она загрузила в систему фотографию Максима, надеясь отследить его передвижения после того, как он со своим спутником пропал из виду. «Шэньчжэнь-7» просеивал терабайты видео, выискивая даже мимолётные появления Останина в толпе. Сразу после обработки система вносила изменения в метаданные и сами записи — маскировала реальные перемещения, подменяя их ложными следами.

Линда даже засмеялась, представив, как агенты ФБР будут анализировать данные с камер. Они не найдут там ни изображений Останина, ни её снимков. А если и найдут — то совсем не там, где они действительно побывали.

Время шло, а результаты были неутешительными. Максим словно сквозь землю провалился. Линда начала расширять зону поиска, проверяя записи с камер на дорогах, ведущих из города. Она искала его машину, пытаясь понять, в каком направлении он мог двигаться. Когда глаза стало резать от усталости, Линда заснула, оставив «сторожа» в системе. Пусть ищет.

На следующий день через несколько часов кропотливой работы её усилия начали приносить плоды. Изображение от камеры на заправке «Оринко». Темно-синий пикап. Линда увеличила изображение и убедилась: за рулём действительно Останин. Рядом с ним сидел ещё один человек, чьё лицо не было видно. Они заправляли машину и покупали кофе с круассанами в магазине при заправке.

Линда быстро пробила местоположение заправки — далеко за пределами Фриско, очень далеко. И тут же нашла то, что искала: супермаркет Costco неподалёку. Записи с камер показали, как Максим и его спутник покупают генератор и канистры для топлива. И кое-что ещё.

Она проверила данные из системы касс этого магазина — кто в это время приобрёл такой набор товаров. Платил Алехандро Диас.

— Угу, вот и зацепка! — прошептала она. Теперь она знала, чем расплачивается спутник Максима.

И ещё — это не было похоже на обычный поход в магазин. Это было похоже на подготовку к долгой дороге… и затем — к долгой жизни в глуши. Очень долгой. Они сменили машину. И направляются прочь из города.

Но куда?

Линда открыла карту автомобильных дорог. Из Сан-Франциско было три основных пути на восток. Она нахмурилась.

И тут её осенило.

Монтана.

Что-то вдали от крупных городов, подальше от ФБР. Место, где можно залечь на дно надолго. Где мало камер и не такой сильный контроль государства.

— Попались, — выдохнула Линда. Адреналин ударил в кровь. Она победила. Она снова была в игре. Она быстро собрала свои немногочисленные вещи, стирая все следы своего пребывания. Через полчаса она уже сидела в угнанной «Тойоте», двигаясь на восток по шоссе 80, догоняя свою цель.

Внезапно в ушах возник странный, низкий гул. Он был едва слышен, но проникал, казалось, в самый мозг. Линда встряхнула головой. Наверное, усталость. Она сосредоточилась на дороге. Но гул не проходил. Он становился сильнее, навязчивее. И тут мир моргнул. Буквально. На долю секунды всё вокруг — дорога, небо, машины — подёрнулось рябью, как на старом телевизоре. Линда инстинктивно нажала на тормоз.

Двигатель «Тойоты» чихнул и заглох. Приборная панель погасла. Радио зашипело и умолкло. Наступила мёртвая, неестественная тишина. Линда посмотрела по сторонам. Все машины на шоссе стояли. Некоторые врезались друг в друга на низкой скорости. Люди выходили из автомобилей, растерянно озираясь. В её голове пульсировала острая боль.

Она схватилась за виски. Что это было? Электромагнитный импульс? Но какой мощности он должен быть, чтобы вырубить сразу целый регион? Она попыталась завести машину. Никакой реакции. Абсолютно мертва. Она выскочила на дорогу. Люди бродили между машинами, как лунатики. Один мужчина разговаривал с рекламным щитом. Женщина сидела на асфальте и методично билась головой о бампер своего автомобиля.

Паника. Хаос. Безумие.