Федел еще с балкона видел: к особняку мчатся восставшие мертвецы. Он смотрел, как один из его воинов преградил путь чудищу, но не смог с ним сразиться, не хватило проворства, тяжелая металлическая рука вбила его в землю за несколько ударов, словно молоток гвоздь. Верховный главнокомандующий вздрогнул, взрыв вывел его из оцепенения, это его воины зарядили Дальнобойные орудия. Взрывчатая смесь, которую они изготовили совсем недавно, отлично справлялась, вот только она опрокидывала, но не уничтожала чудовище. Металлическая броня надежно защищала то, что скрывалось внутри. Федел выбежал на улицу. Как Верховный главнокомандующий, он должен оставаться в особняке и ждать своих капитанов или захватчиков, чтобы вступить с ними в последний бой. Но многолетняя выдержка, закалка в боях не давала ему прятаться за стенами. Нет для воина большей чести, чем погибнуть в бою. Если он возглавит эту страну, значит может внести корректировку в правила и будет сражаться плечом к плечу со своим народом. Если погибнет, то его преемником станет Орсо. Для этого не нужны никакие приказы, официальные бумаги, народ, итак, пойдет за ним. Он выскочил из дверей особняка как раз вовремя, столкнувшись с головорезами с рудников. Одетые в грязную мешковину и какие-то металлические диски, служившие броней, а на самом деле делавшие людей еще более неповоротливыми, вооруженные ножами, они кидались на военных с особым остервенением. Мужчина с ужасом отметил, что кожа у этих людей имела такой же красноватый оттенок, как и выжженная земля в зоне отчуждения. Он столкнулся с отбросами общества, душегубами, упивающимися кровью, убийства приносили им удовольствие, недаром они были сосланы на рудники. Но убить одного из них оказалось не сложно. Воткнув рапиру в сердце и человек, округлив пожелтевшие глаза, схватился за лезвие, пытаясь его вытащить. Федел вытащил свое оружие, развернулся и вонзил его в следующего каторжника. Тот удивленно посмотрел на дыру у себя в животе, откуда хлестала кровь. Он опустился на колени и приложил руки, пытаясь остановить поток или понять, действительно ли это его кровь. Неожиданно он посмотрел на своего убийцу и произнесенное потрясло фельдмаршала Гравано:

Раватар незамедлительно отдал приказ выдвигаться к Анорве и его армия без устали следовала в назначенном направлении. Принц погрузился в мрачные мысли об отце и стране, державшей его в плену. Оставлять такое безнаказанно было нельзя. Но и выпотрошить всю страну он не мог. Раватар никогда не был кровожадным маньяком, в его сердце жила частичка ангельского минерала, посеянная самим Создателем, он был его благословенным порождением и в его делах на земле не должно быть ничего разрушительного во имя мести, лишь только он не желал пойти против воли высшего существа. Если то, что рассказал мальчишка гонец правда, с Анорвой стоило заключить союз на самых выгодных условиях для себя.

Ястреб предупреждал, что там может быть ловушка. Алатея осмотрелась, но никаких намеков на что-то необычное не нашла, никаких странно выпирающих корней, веток, камней, символов… Ничего. Вокруг один песок и глина. Лишь возле прохода, тускло освещаемого голубоватым светом и светом от догорающего факела, высились две статуи, искусно вылепленные из того же песка и глины, в виде кобр с разинутыми пастями, таращащимися друг на друга из глазниц зеленью драгоценных камней. Женщина с трудом выковыряла камешек из стены и кинула его к статуям. Тишина. Но едва она сделала несколько шагов в их сторону, проводя рукой по стене, все еще надеясь найти хоть какую-то подсказку, из пасти змей вырвалось опаляющее пламя. Ведьма отшатнулась в ужасе. Еще бы чуть-чуть и в насмешку судьбе этот огонь поглотил бы ее как тех пауков. Отчаяние пробиралось под кожу, укоренялось и разрасталось. Тея вздохнула и запрокинула голову, закрыв глаза. На лоб капнула вода. Она тут же подняла руку и в свете факела увидела череду трещин. Возможно, тоннель прорыли под подземной рекой и в любую минуту мог случиться обвал. Сколько тут существовал этот тоннель известно одному Создателю. За спиной Крапива нервно переминалась с ноги на ногу, недовольно всхрапнув. Ястреб оставался недвижим. Алатея завороженно повела пальцем по трещине и наткнулась на что-то твердое. Поскребла чуть ногтем и показавшаяся головка подмигнула ей медным блеском в свете огня. Рытьё в песке, испещренном трещинами, было не просто опасно, а глупо, но что-то внутри, быть может интуиция, не давала убрать руку. Аккуратно скребя вокруг, странная деталь показалась наружу. То была продолговатая металлическая палочка, она уходила глубоко внутрь. Нет, уж тянуть на себя она ее точно не станет. Алатея сжала зубы и отчаянно ткнула в торчащий кончик. По всей пещере прокатилось легкое, но ощутимо землетрясение. Женщина пригнулась, прикрывая голову. Песок, комья глины и камешки осыпались на голову, Крапива испуганно заржала. Все стихло так же внезапно. Но трещины с лопающимся звуком расползлись дальше по потолку, испещряя пространство сильнее. Ведьма метнулась к Ястребу, укрывая его от нового обвала. Крапива неистово запрыгала, провоцируя новую волну.

- Нет! Успокойся! – крикнула Тея и пещеру вновь встряхнуло. Трещины разверзлись и из них хлынула ледяная вода, стремительно заполняя помещение, смешиваясь с песком и глиной. Ноги увязали в этой консистенции, но двигаться еще было можно.

- Ястреб! Ястреб!!! – орала Алатея, тормоша мужчину за грудки. Она сильно встряхивала его, ущипнула за уши, закрыла нос рукой и тогда он очнулся.

- Нам надо бежать! Прошу, вставай! – взмолилась она, но глаза его подернула бессознательная пелена. Он смотрел на нее не моргая, будто не узнавал. Ноги скрылись под ледяная водой, пробирая до костей, приводя в чувства. Ястреб осознанно огляделся. Они в западне. Он схватился за стену, но пальцы вошли в мокрый песок. Тогда он оперся на руку Алатеи и с ее помощью поднялся на ноги. В ушах тут же зазвенело, а в глазах потемнело. Пришлось дать себе немного времени восстановиться.

- Там выход, идем, - не своим голосом прохрипел он, видя свет в конце и хватая бьющуюся Крапиву под уздцы. Удивительно, как он не упустил ее, но не мог оставить свою верную подругу здесь умирать.

- Мы не можем выйти, там змеи, изрыгающие пламя! – крик Алатеи срывался на писк, глаза расширились от ужаса. Лошадь стала биться в тоннеле сильнее, норовя сбежать и затоптать их копытами. Они были заперты в этом пространстве водой и огнем. Ястреб старался сфокусировать свой взгляд.

- Крапива! – слезы в голосе ведьмы привели его в чувства окончательно. Мужчина из последних сил натянул поводья, заглядывая лошади в глаза, та наконец немного успокоилась. Он подошел к седлу и с трудом забрался в него.

- Лезь ко мне за спину!

Вода активировала змей и раскаленное до бела пламя озарило весь тоннель.

- А вот это паршиво, - прошептал начальник разведки, всматриваясь по сторонам, надеясь увидеть, как и Тея прежде, хоть какую-то подсказку. Тщетно. Слишком темно, холодно, грязно и мокро. Ведьма забралась ему за спину и прижалась всем телом. Он чувствовал ее дрожь от ужаса, а его трясло вместе с ней от ядовитой дурноты. Вода подобралась к шее Крапивы и лошадь затрясла головой, Ястреб снова натянул поводья, приговаривая.

- Как только вода затопит змей мы проплывем в проход.

Мужчина не знал слышала ли его ведьма. Он пытался удержать Крапиву, та паниковала, боясь утонуть. Их последний источник света поглотила вода, зато змеи с перерывами изрыгали пламя.

- Угомонись, девочка, мы с тобой и не в такой заднице были, - Ястреб похлопал лошадь по шее, она уже подняла голову вверх, тряся ее из стороны в сторону. Вода накрыла всадников и лошадь прижалась головой к стене. Мужчина под водой ущипнул животное за бок, оставалось лишь надеяться, что она послушается. Крапива ушла под воду и, увидев перед собой единственный просвет, в панике усиленно загребла туда копытами. Как раз когда она доплыла до статуй, головы змей скрылись под водой. Они выбросили пламя, но вода поглотила его, став теплой и пузырящейся, но не горячей, из ноздрей лошади вырвались пузыри. Она увязала копытами в дне, но нехватка воздуха и надежда просочиться в спасательный проход давали ей больше сил. Проход закрывала глазированная ширма, тягучая, будто желе. Едва оказавшись в этой субстанции, лошадь забилась неистово, буравя им троим проход к спасению. Их выбросило на сухую землю еще одного помещения того же тоннеля. Лошадь упала, чуть не придавив боком всадников, подтянув под себя ноги. Ястреб и Тея разлетелись по земляному полу, сдирая руки и колени в кровь. Но живые. Они лежали, кашляли и тяжело дыша. Сил не было.