Вечером рабочих вывели из катакомб и Клодетт воспаленными глазами осмотрелась. Она инстинктивно искала Баура каждый вечер, но никогда его не находила. Везде была красная потрескавшаяся земля и сухой воздух, хотя окружающая температура не казалась высокой, а небо заволакивала малиновая пелена. А там на горизонте, далеко-далеко и не ухватишь, мерцали зеленью земли Анорвы. Но в этот раз она заметила, что оттуда к ним стремительно приближалось облако пыли. Оно нарастало и вот уже женщина видела воинов, облаченных в металлические доспехи и шлемы с защитными забралами, сидящих внутри механических телегах, извергаемых пар, без животной тяги. Сзади за телегой неутомимо бежали огромные цельнометаллические чудовища, глаза их горели жутким потусторонним огнем. Рабочие заохали, кто-то повалился на землю от ужаса, от чего получил шквал ударов. Многие испытывали первобытный страх перед этой самоходной грудой железа, которую никогда в жизни не видели, но добывали для нее материал. Одна из телег остановилась и на землю довольно легко сошел человек, несмотря на надетую груду доспехов. Надсмотрщики со стеками подошли к нему на встречу. Человек взял устройство в форме конуса, с узким горлышком и заговорил него, а его многократно усилившийся голос разнесся по округе.

- Я Алфео Гравано, действующий на основании принятия нового указа Карелиона Ванидад, назначенный им своим преемником и вступивший в полномочия Верховного главнокомандующего после его кончины, объявляю военный сбор. Каждого, кто поменяет кирку на оружие, ждет помилование. Кто встанет на защиту страны, которая продолжает кормить вас, несущих повинность здесь за особо тяжкие деяния? В стране война. Кто готов защищать ее ценой своей свободы?

Клодетт удивленно подняла брови. Все, кроме нее, шатающейся походкой двинулись к Алфео, надсмотрщики продолжали выполнять свои обязанности и следить за людьми, но сейчас явно каждый из них ощущал растерянность. Людей прибывало все больше, они словно термиты выползали из дыр в неровной поверхности земли, быстро перебирая ногами-руками, чтобы подойти ближе, и среди них мелькнуло знакомое лицо.

Свобода.

Одно только это слово магическим образом действовало на их разум.

- Баур? – прошептала она. Женщина сделала робко один шаг, затем второй, а потом уверенно пошла к толпе, словно у нее появились новые силы. Сражаться за землю, которая никогда не была ей родной, за это проклятое место. Но уж лучше умереть, чем продолжать гнить здесь. Клодетт и остальных повели, как скот, пешком из зоны отчуждения туда, где на горизонте была жизнь. В первом же селении, приводя в ужас местных людей, они вымылись и облачились в жалкое подобие доспехов. Их накормили и дали передохнуть. Но привыкшие спать по четыре часа люди снова двинулись в путь. Бежать было некуда, впереди механические телеги с воинами, а сзади Легион не мертвых, как оказалось. Клодетт затряслась от страха. Она надеялась освободиться хотя бы в бою, но, судя по всему, свободы ей не видать даже после смерти…

Удивительно, но это было первое приличное место за все время, проведенное вместе в дороге. Видно, что хозяин с любовью относился к своей работе и с заботой к постояльцам, хоть этот городишко находился на окраине и, казалось бы, не мог привлечь множество туристов в гостиницу, но все комнаты оказались заняты. Ястреб отворил дверь ключом и распахнул ее, пропуская Алатею вперед. Они оказались в уютной крохотной комнатке с горящим камином и небольшой кроватью. Ванной не было, прислуга просто за отдельную плату приносили деревянные бадьи и наполняли их теплой водой, которую после выплескивали за окно, а отхожее место было общим на весь этаж в конце коридора. В углу комнаты располагалась вешалка и маленькое зеркало. Комната освещалась свечами и это говорило о том, что либо хозяин экономил, либо не располагал достаточными средствами для использования в освещении ангельский минерал. В конце концов, в Энгельштейне жили люди, отвергающие этот минерал, считавшие, что тот принесет больше вреда, чем пользы, в этом конкретном случае хотя бы потому, что гостиницу могли попросту обнести…

- Шпионосферы сообщили, что Раватар разбил лагерь на подходе к городу, - сказал Орсо. Верховный главнокомандующий Федел и его капитаны отрядов сидели за большим столом особняка.

- Дальнобойное орудие готово к отражению атаки? – спросил Федел, глядя на карту местности перед собой. Раватар разбил лагерь в лесах территории, ему оставался день пути и его армия поистине устрашала. Он шел через селения мирных людей и, насколько знал Верховный главнокомандующий, армия соседней страны не тронула ни одного жителя. Хотя бы за это он уважал своего соседа. Алфео точно бы воспользовался возможностью разорить поселения, Карелион угнал бы людей на рудники… Федел подумал, как бы поступил он. Рудники хоть и были самым ужасным и гиблым местом в их стране, тем не менее они пока не могли отказаться от добычи ресурсов там. Нет, гнать мирных жителей на рудники последнее дело. Если уж Раватар отвоюет их землю себе, то эти селяне станут его подданными, а с ними и налоги, что они платят Анорве, будут платиться ему.

- Да. Орудия выставлены по всей линии, смесь день и ночь изготавливается горожанами на заводе, алхимическое оборудование не перестает работать ни на миг, на производствах работают даже дети.

- Хорошо. Численность армии Раватара пугает, но у них нет наших технологий, мы сможем достойно отразить удар. Прежде всего, нам следует избежать кровопролития. Сейчас, когда мы полностью контролируем власть в стране, а сторонники Алфео уничтожаются, я хочу отправить гонца к принцу, чтобы предложить ему мирные переговоры.

Все военоначальники одобрительно закивали, легкий ропот голосов послышался в комнате и тут, распахнув двери, в зал влетел мальчишка.

- Верховный главнокомандующий, на нас напали!

Федел вскочил так резко, что тяжелый стул с подлокотниками опрокинулся назад.

- Кто?

Мальчишка согнулся и уперся руками в колени, шумно дыша. У него кололо в боку.

- Алфео Гравано. Он прорвал блокаду. С ним легион не мертвых и каторжники. Они идут с востока, на механических телегах, сминая всех на своем пути.

На миг в глазах Федела потемнело. Там люди, там где-то его жена. Его солдаты держали оборону города, было много раненых. Капитан Гравано отвлекся от поисков Алфео из-за приближающейся угрозы. Раватар был противником страшнее. О чем думал его отец? Он ведь знал, что происходит. Неужели, если власть не досталась ему, то он не смирится, пока она не достанется никому? Пока от Анорвы не останется камня на камне.

- Немедленно прийти в боевую готовность. Зарядить осадочные машины возле особняка. Эвакуировать всех мирных жителей в подземных этажах особняков. Эй ты, парень! – он обратился к мальчику. Несмотря на свой юный возраст он был серьезен, смело глядел исподлобья, ожидая приказ. Настоящий будущий воин.

- Немедленно бери коня и мчи из города. Ты должен передать принцу Раватару мою просьбу о мирных переговорах.

Лицо мальчишки не дрогнуло. Он был наслышан о принце и его пугала столь серьезная миссия, но времени искать кого-то другого не было. Все мужчины в этой комнате должны были вступить в бой со своими отрядами.

- Передай ему это. – Федел вложил мальчику в руку что-то теплое и тяжелое, а тот с удивлением увидел у себя на ладони перстень, инкрустированный ангельскими минералами и гербом Энгелштейна. Такого кольца хватило бы на целую безбедную жизнь.

- Свободен! – приказал он. Мальчишка выбежал из зала, быстро миновал лестницу и оказался во дворе. Вдали что-то грохнуло, повалил черный дым, мимо него с визгом бежали люди, а он, стараясь не попасть никому на пути, метнулся к конюшне. Лошади в стойлах беспокойно ржали, некоторые неистовали. Мальчик подошел к одному из коней, пятнистому и самому спокойному, протянул к его морде руку.

- Так, тихо, тихо. Помоги мне, прошу, - взмолился он и яростно утер рукавом предательски проступившие слезы. Он должен быть сильным и выполнить приказ Верховного главнокомандующего. Конь с выжидательным спокойствием смотрел на него слишком разумным взглядом, на миг показалось, что внутри них блеснул звездный свет и самые набожные подумали бы, никак сам Создатель заглянул в их мир через глаза животного. Мальчик взял его под уздцы и вывел на улицу. Из узкого проулка, ведущего от особняка к торговому кварталу вышел огромный цельнометаллический монстр. Его глаза сверкнули, приметив мальчишку, а тот оторопел от страха, впервые увидеть кого-то из мертвецов Алфео так близко. Мальчик не отрываясь смотрел на него, вставляя ногу в стремена, а чудовище чуть присело и нечеловечески быстро и проворно оттолкнулось, нацелившись на него, в несколько прыжков преодолевая расстояние между ними. Слишком быстрый и огромный, мальчик не успел что либо понять, как конь сорвался с места, унося с собой седока, едва успевшего зацепиться за седло второй рукой, другая нога так и осталась висеть в воздухе. Он припал к седлу всем телом, схватился зубами за уздцы. Ни за что не отпустит! И сжался в комок, пытаясь удержаться. Сзади слышался топот тяжелых механических ног, чудовище гналось за ним и мальчик с ужасом понимал, что у него нет шансов, потому что оно не знало пощады, ему не нужен сон и отдых. Его дни сочтены, но он упрямо держался и конь все еще обгонял мертвеца, унося его вперед, за пределы города, словно управляемый невидимой рукой – на встречу к принцу Раватару.