- Где эта мелкая крыса? – рявкнул он. Они принялись прочесывать в темноте каждый угол. Конечно, они видели, что он побежал сюда, значит искать его следует где-то здесь, ведь дальше был тупик. Эммери посмотрел вверх. Звезды подмигнули ему. Он нащупал в каменной кладке щель и уцепился за нее пальцами, пошарил другой рукой, тоже нашел щель. С проворством кошки, мальчик полез вверх, пока еще не поздно, но Луна и Турсан светили слишком ярко. Мальчишки снизу заметили его, хотя Эммери уже был довольно высоко, чтобы достать его, он с отчаяньем взбирался все выше. Один из ребят поднял камень и кинул его в Эммери, попав в голову. Пальцы и ноги потеряли опору, и мальчик упал. Из легких вышибло воздух. Дети обступили его, громко гогоча и принялись пинать. Он закрывался руками, свернувшись калачиком.

- А ну хватит, сучьи дети! – рявкнул чей-то властный скрипучий голос и мальчишки отступили. Эммери все еще находился в сознании. У него болело все, он трясся от боли, холода и злости. Не так давно он остался совсем один в этом мире, но и до того его жизнь нельзя было назвать счастливой. Мать умерла при родах, отец беспробудно пил и в один из дней не проснулся утром. Единственное, что умел делать Эммери, так это воровать и все равно что: деньги, еду, лишь бы это помогло выжить. Сегодня он совершил роковую ошибку. Обобрать этого коренастого хромого мужчину оказалось плохой идеей. Его кошель, набитый монетами, в кармане мальчонки ощущался как ядовитая змея. Мужчина дернул головой и мальчишки с силой подняли Эммери, с губ сорвался хрип боли. Они потащили его за собой, волоча его ноги по земле, по пути роняли и с хохотом опять поднимали. Они втащили его в заброшенный подвал и бросили на сырой грязный пол. Мужчина похромал мимо и зажег несколько свечей. Помещение озарил робкий дрожащий на сквозняке свет. Мальчишки сели на подоконник заколоченного подвального окна и наблюдали оттуда, как птицы с жердочки.

- Ну что, малец, возможно сегодня ты обретешь свое предназначение.

- Простите… - прохрипел тихо Эммери.

- Что? Что ты сказал? – мужчина расхохотался, мальчишки тоже засмеялись. У одно из них на голове была шляпа, она слетела на землю.

- Простить тебя за то, что обобрал меня? Ну уж нет. Ты обобрал самого Хромого Рикланда.

Мужчина увидел, что поодаль что-то блеснуло, он с интересом взял монетку со стола и покрутил ее перед глазами, затем попробовал на зуб. Мальчик на полу сжался в комок. Разумеется, Рикланд в Бадвисдене был знаменит, вот только мало кто мог знать в лицо главу воровской шайки Щенков Хромого Рикланда. Если бы Эммери знал, он ни за что не стал бы воровать у него кошель. Мужчина снова обернулся.

- Я не прощаю, малец. Но ты можешь отработать свою вину или… - он помедлил, чтобы его слова звучали особенно мрачно, - мои щенки привяжут камень к твоей шее и сбросят в воду на пристани. Хотя, нет, это слишком просто, так твоя смерть не принесет мне ничего.

Он задумчиво постучал пальцем по виску.

- Может, мне продать тебя, а, малец? Пожалуй, я позволю тебе выбрать. Это мой подарок, а я не сентиментален. Но в тебе есть потенциал, раз уж ты сумел обокрасть меня.

Тяжело хромая он подошел к стулу и грузно опустился на него. Выудив из сапога нож, Рикланд принялся в свете свечи вычищать острием грязь из под ногтей.

- Мне не хочется, чтобы ты умер, малец.

Он хохотнул.

- Ну что, хочешь ты жить?

- Да, - слабо отозвался мальчик, борясь с тошнотой. У него болело все тело.

- Отлично. – Рикланд хлопнул свободной рукой по колену заставив всех вздрогнуть. – Как твое имя?

- Эммери.. Эммери Гофман.

Рикланд оперся на палку и со второй попытки поднялся на ноги, снова подойдя к Эммери и носком ботинка поддел его голову, всматриваясь в лицо.

- Какой у тебя хищный профиль. Хм…

Он задумался, затем махнул рукой.

- Забудь свое имя. Теперь у тебя будет новая жизнь. Я всем своим щенкам даю новые имена. Ты будешь Ястребом.

Так Ястреб попал в логово Хромого Рикланда и работал на него много лет, пока наконец, стражники короля Вилиана не поймали его вместе с Омулем – еще одним его пособником. Надо признать, Омулю очень подходило его названное имя, он действительно был похож на рыбу, особенно когда его повесили на площади и он выкатил свои и без того здоровенные глаза. Ястреб был следующим в очереди на плаху, но король пожелал сохранить ему жизнь. Это была традиция, когда раз в год он кому-то из преступников даровал помилование, если на них не висели особо тяжкие преступления. К своему счастью, Ястреб лишь обчищал карманы, убийств и насилия за ним не числилось. Толпа взревела аплодисментами, и публичная казнь со всей драматичностью в конце концов принесла всем удовлетворение в тот день, каждый принял этот урок по-своему. Ястреба завели в пыточную, насильно надавив на плечи, усадили на стул. Руки и ноги сковали. Помилование ему даровали, вот только о свободе речи не было. Юноша смотрел на небо через решетку окна. Король в сопровождении своих воинов зашел в помещение, его мощные кожистые крылья были плотно сомкнуты за спиной.

- Ястреб. Так тебя зовут?

Вор кивнул, не было смысла отрицать. Он уже позабыл, как его в самом деле зовут в этой беспросветной тьме.

- Ты когда-нибудь видел ястреба в жизни? Это благородная птица, которая может служить и охотиться для своего хозяина.

Король опустился на стул напротив узника, высокомерно разглядывая того.

- Сегодня я помиловал тебя, подарив жизнь. Но на что ты готов пойти, чтобы заслужить свободу?

Вилиан выжидающе посмотрел на него, а Ястреб лишь пожал плечами, чувствуя, как невидимый хомут затягивается на шее.

Заслужить свободу.

Клодетт сидела прямо на земле в темной пещере, скупо освещенной светильниками из ангельских минералов. Она сильно исхудала за время своего рабского труда и не чувствовала ничего. Кажется, внутри ее дух так же истощился, как и тело. Раньше она переживала как там Баур, ведь их разделили на две группы, женскую и мужскую, они занимались добычей другого источника энергии для Анорвы. Но сейчас ей уже стало все равно, больше мысли о мужчине, который так и не стал для нее настоящим мужем перед Создателем, ушли куда-то в глубь разума. Она превратилась просто в существо, жаждущего еды и отдыха. Это было невыносимо. Вокруг нее работали разные женщины, по началу она пыталась с ними заговорить, но никто не реагировал, теперь она понимала почему, они просто не могли, на это не было сил. Клодетт почувствовала что-то у себя во рту, она засунула в него грязные пальцы и достала оттуда два зуба. Пару дней назад, а может недель или месяцев, время превратилось в одну сплошную бесконечность, у нее тоже выпала часть зубов и волос, а кожу покрывали язвы. А все из-за того, что нашла и помогла дочери своей госпожи. Баур ведь предупреждал, что это опасно. Даже сейчас, находясь в этом кошмаре, она задавала себе вопрос, поступила бы она иначе. Нет, она не могла. Клодетт залилась сухим кашлем, грудь и спина стали влажными от пота. Человек, одетый в кожаный комбинезон, в защитном колпаке, поверх которого натягивались окуляры, подошел к ней и грубо ткнул ее прутом, похожим на стеку для лошадей.

- Чего расселась, пошла работать! - голос под колпаком звучал глухо, но отчетливо. Если она ослушается, этот человек отхлестает ее прутом, а потом выволочет куда-то туда, откуда никто больше не возвращался. Проклятое место. Была ли надежда выбраться отсюда? Может лучше так и остаться сидеть на земле, чтобы закончить это все. Но Клодетт упрямо поднялась, дрожащими руками ухватилась за кирку и принялась неуклюже выдалбливать стену катакомб. Они находили минерал, который использовался в Анорве для изготовления брони и при плавлении терял свои губительные свойства, но также использовался для снабжения энергией различных изобретений и вот в этом крылось самое страшное, потому что без обработки высокой температурой этот ресурс медленно разрушал живые организмы, но при плавлении терял свои энергетические свойства. В народе это ископаемое называли «камень Разрушителя» и им была богата земля Карелиона в отдаленной местности, в зоне отчуждения, где работали лишь смертники. Поэтому Карелион мечтал заменить его идеальным ангельским минералом.