«Не могу поверить» - думал Алфео. Что он упустил? Кто на них напал? Неужели это…

- Забаррикадировать все выходы и входы. Мы должны взять особняк и удержать его! – прогромыхал голос Федела где-то из глубины дома. Он уже мчался на самый верх, перепрыгивая через две — три ступени, туда, где находился отец. Алфео поднялся и остался стоять на месте как каменное изваяние. Их глаза встретились.

- Ты?! – воскликнул Верховный главнокомандующий. Федел освободил от ножен рапиру, встав в боевую стойку. Бывший генерал, вооруженный лишь засапожным ножом, покачал головой, он улыбался, но улыбка была горькой. Отец оглядел сына: боевая стойка, то, как легко он держал рапиру, словно та была продолжением его руки, всему он научил его сам и никогда помыслить не мог, что сын, плоть и кровь, восстанет против отца. Алфео не питал иллюзий на счет себя, зная, что рано или поздно уйдет к Создателю и все нажитое перейдет к законному наследнику, он желал славы и власти своему роду. Так почему же родной сын пошел против него?! Неужели тот не понимал, что все это делалось только ради него?

- Что ты задумал? – спокойным, ровным тоном спросил отец. На улице началась какая-то суматоха, звук доносился из открытых балконных дверей, но Алфео не сводил глаз с сына. Они медленно кружились по коридору, глядя друг на друга, никто не делал первого шага. Нет, так не пойдет, Верховный главнокомандующий был слишком спокоен, его нужно было вывести из равновесия. Федел знал слабые места своего отца, впрочем, как отец знал его.

- Я хочу уничтожить тебя, - слова Федела прогремели как гром, но Алфео остался непоколебим, лишь уголок губ дрогнул.

- За что?

Капитан Гравано мог многое ему высказать. Мог сказать, каким чудовищем был его отец, отнявший у него детство, любовь, измывался над матерью. Какое будущее их ждет под предводительством садиста. Все не то. Эти слова вызовут у него лишь смех, сделают Федела в глазах Алфео слабаком. В конце концов, не для выяснения отношений он стоял сейчас здесь. Но уязвленное самолюбие, вот что по-настоящему могло вывести из себя Алфео Гравано.

- Ты не достоен своего положения, а вот я – да.

Слова повисли в воздухе как тяжелая наковальня. Глаза Алфео расширились.

Когда роман будет закончен, я хочу составить в начале плейлист с песнями, но пока я это буду делать в самих главах с такими примечаниями.

Трек: Altersight – Один во тьме.

Потрясение Алатеи улеглось. Она вновь ехала на лошади, хотя никто не был против, если бы та устроилась со всеми удобствами, но ей хотелось ощущать себя почти на равных со всеми. Обдумав все произошедшее, девушка решила, что в ее интересах наладить отношения с принцем, уделять больше внимания ему. Сам же он не стремился к ней приблизиться, но она оправдывала это тем, что он ведь шел во главе их кампании, ему было недосуг возиться с ней. Нужно принять: принц всегда будет прежде всего для страны, а уж потом для нее.

Раватар взглянул на поравнявшуюся с ним невесту и улыбнулся, она подарила ему ответную улыбку.

- Рад, что тебе уже лучше, - сказал он, вновь устремив свой взор вперед.

Когда они спешились на короткую остановку, принц, обхватив ее за тонкую талию, с легкостью опустил на землю из седла. Он взял ее за руку и, переплетя пальцы, повел за собой.

- Пойдем прогуляемся, - он не отрывал от Алатеи взгляда, а та расправила плечи и подняла голову, украдкой метнув взгляд на Ястреба. Тот в их сторону не смотрел. Раватар повел ее по тропинке глубже в лес и вывел на поляну, усыпанную фиолетовыми цветами. Они колыхались на ветру и при сильном всполохе цветки выбрасывали в воздух пыльцу, отблескивая на солнце лиловым светом. Алатея ахнула от красоты.

- Как это возможно? Ты знал, что здесь есть такое место?

Раватар опустился на землю и пригласил девушку сесть рядом.

- Я часть этой земли и внутренне ощущаю каждый ее уголок.

Лунная ведьма приняла приглашение, опустившись рядом. С собой принц взял сумку с едой, он разделил с ней хлеб и вяленое мясо.

- Получается ты знаешь все происходящее на ней?

- Это работает не так, к сожалению. Я ощущаю плодородные и гиблые места своей земли, как если бы они имели оттенки. Когда я закрываю глаза, эта поляна откликается мне пульсирующими всполохами жизни, словно у нее есть сердце, она имеет нежно-фиолетовый окрас и немного издает звук.

- Звук?

- Да, как вечная песня жизни…

Девушка задумалась. Она никогда не ощущала ничего подобного. Ее лунная эманация ощущалась совсем иначе. Внутри ее наполнял свет, сам собой по необъяснимым каналом впитывающийся из лунного света в ее хрупкое тело. Луна отражала свет Солнца, дарящего жизненные силы всему живому. Луна приходилась фильтром, чтобы не сжечь свой сосуд, она принимала на себя свет и отдавала его тем, кто умел его принять – ими была семья Харманов. Тея в пол-оборота осмотрела принца, скользнула по кожистым, грубым крыльям у него за спиной, свободно раскинутым.

- А крылья? Должно быть утомительно ехать с нами в седле, когда расстояние можно преодолеть гораздо быстрее.

- Нет, вовсе нет. Мне нравится ездить в седле больше, чем летать. Я был счастлив, когда научился летать. Потом, поднявшись выше облаков, понял, что там нет никого. Я один. И я стал мечтать избавиться от них.

- Почему?

- Я хотел быть таким как все, обычным человеком. Видишь ли, даже если бы я хотел сбежать из замка, затеряться в толпе у меня не получится, - он усмехнулся.

- Но ты ведь принц, зачем же...

- Это сейчас я понимаю, а тогда – нет. Тогда мне хотелось самостоятельно решить кем быть. Но я часть этой земли, неразрывно связан с ней, эти крылья роднят меня с животным миром, служат напоминанием, кем я являюсь на самом деле. Ну и ко всему прочему, они служат моей броней.

Тея вопросительно изогнула бровь.

- Да, броней. Их невероятно сложно пробить и добраться до меня, - он улыбнулся, сверкнув глазами цвета черного оникса. Стряхнув крошки с рук, он поднялся на ноги и девушка поняла, что разговор окончен. Она приняла его руку и тоже поднялась, отправившись с ним к их делегации. Солдаты уже ждали, чтобы отправиться в путь, перекидываясь грубыми шутками, при виде Алатеи они тут же смолкли. Ястреб так же продолжал смотреть куда угодно, только не в их сторону.

К делегации каждый день присоединялись все новые войны во главе со своими вассалами. У каждого из них были свои гербовые знамена, но у всех обязательно изображался ангельский минерал. Алатея имела хорошее образование, заочно знала каждого, но большинство видела впервые. При всей своей воинственности и пылкости едва ли хотя бы один их них мог тягаться своим могуществом с принцем Энгелштейна, но без них его земли не стали бы таким процветающими. Грузный усатый лорд Генрих заведовал богатым рыбой краем. Его земли простирались возле рек и озер, он был талантливым рыбаком, но при этом еще и умелым воином, проворным и хитрым, способном пересечь реку вплавь с оружием на перевес или найти тропу через болото. Его сыновья, коих он взял с собой, и воины были не менее достойны своего лорда. Часть его воинов, конечно, осталась в крепости. Все вооружены оружием из ангельского минерала. И таких лордов, герцогов, баронов была целая дюжина и они все пребывали по пути, и ежевечерний прием ужина стал для Теи одной сплошной головной болью. Она вынуждена была присутствовать среди них всех, единственная женщина, невеста принца, слушать их пьяный хохот и галдеж, но в целом в ее присутствии все вели себя подобающим образом, стоило лишь ей выйти из шатра как она слышала у себя за спиной сальные шуточки, не в свою сторону, конечно, нет, Раватар не позволил бы, но большинство мужских разговоров так или иначе переходило к женщинам и однажды Тея, уходя к себе, услышала как один из сыновей лорда Генриха заинтересовался Шамсией. Алатея замерла, вслушиваясь.

- Эта девушка служанка моей невесты.

- Она замужем?

- Нет.