Я заметила, но не насторожилась.

Мы договорились, что люди могут меняться.

На водительском месте сидел мужчина.

Издалека лица не разглядеть.

Я вернулась к учебнику.

В пять двадцать пришёл покупатель.

Мужчина лет сорока попросил обезболивающее. Ничего необычного. Расплатился, ушёл.

Потом женщина за пластырями.

В пять сорок Инга переоделась и вышла раньше — утренняя сотрудница уже приехала.

В половине шестого я закрыла конспект.

Усталость наконец начала чувствоваться по-настоящему.

Телефон показывал сообщение от Тимура:

Освободился. Буду в 5:55.

Я написала:

Удивительно пунктуальный.

Он ответил почти сразу:

Не привыкай.

Я улыбнулась.

Сложила вещи.

В тот момент мне казалось, что через двадцать минут я сяду в его машину, а ещё через полчаса, возможно, окажусь у него дома. Тимур наверняка будет говорить, что я должна поспать. Я скажу, что сначала хочу душ. Он обязательно полезет следом, если не закрыть дверь.

Обычное утро.

Наверное, именно поэтому первые секунды опасности выглядят потом особенно неправильными.

Они совсем не похожи на начало катастрофы.

Я вышла из аптеки в пять пятьдесят две.

На улице было ещё темно.

Фонари отражались от влажного асфальта. Машина охраны стояла дальше, чем обычно.

Я сделала несколько шагов.

И остановилась.

Не знаю почему.

Может, потому что водитель не вышел.

Алексей обычно хотя бы смотрел в мою сторону, когда я появлялась.

Может, из-за номера.

Я не могла вспомнить его полностью.

Но последние две цифры показались другими.

Тело отреагировало раньше, чем я успела сформулировать мысль.

Я не пошла к машине.

Развернулась обратно к аптеке.

И тогда за спиной хлопнула дверца.

Я ускорилась.

Телефон уже был в руке.

Тимур.

Не успела нажать вызов.

Мужская ладонь схватила за локоть.

Я резко дёрнулась, ударила сумкой, попала куда-то в плечо.

— Отпусти!

Мужчина попытался перехватить крепче.

Я ударила ногой назад.

Кажется, попала.

Он выругался.

На секунду хватка ослабла.

Я рванула к двери аптеки.

До неё оставалось несколько метров.

Не успела.

Второй мужчина появился сбоку.

Я увидела только тёмную куртку и лицо.

Высокий.

Около тридцати.

Возле правого виска тонкий шрам.

Эта деталь почему-то отпечаталась сразу.

Он схватил меня поперёк тела и оттащил назад.

Я закричала.

По-настоящему.

Не красиво.

Не как в фильме.

Просто изо всех сил.

Первый мужчина ударил меня в живот.

Воздух вышибло мгновенно.

Я согнулась, но продолжила сопротивляться.

Укусила руку, которая оказалась возле лица.

Получила удар по щеке.

Перед глазами вспыхнуло белое.

Шум улицы будто отдалился.

Телефон выпал.

Я увидела его на асфальте.

Экран всё ещё горел.

Имя Тимура.

Вызов пошёл.

Кто-то наступил на телефон.

Я снова попыталась вырваться.

Не получилось.

Меня было двое.

И они были сильнее.

Это понимание пришло быстро и отрезвляюще.

Я перестала тратить силы на бессмысленные рывки и попыталась запомнить всё.

Шрам.

Запах табака от первого.

У второго — дорогой резкий парфюм.

Машина тёмная.

Задняя дверь уже открыта.

Я снова закричала, когда меня потащили туда.

Получила ещё один удар.

Теперь в бок.

Боль обожгла под рёбрами.

Я всё-таки сумела ухватиться пальцами за край двери.

На несколько секунд.

Мужчина со шрамом схватил меня за запястье и резко вывернул руку.

Боль прострелила до плеча.

Пальцы разжались.

Меня затолкнули внутрь.

Я ударилась головой о стойку.

Мир качнулся.

Последнее, что успела увидеть через открытую дверь, — свет фар машины, появившейся в конце улицы.

На секунду подумала:

Тимур.

Но дверь захлопнулась.

Мне натянули что-то на голову.

Машина тронулась.

Слишком резко.

Я услышала мужской голос совсем рядом:

— Если ещё раз начнёшь дёргаться, будет хуже.

Я тяжело дышала.