Мужчину, который представлял самое худшее и не знал, как это предотвратить.

Я подошла ближе.

— Нет. Я хочу, чтобы ты сказал мне: «Мне страшно за тебя. Давай решим вместе».

Он смотрел долго.

Потом опустил голову.

Не в поражении.

Просто устал.

— Мне страшно за тебя.

Тихо.

Без шутки.

Кажется, впервые он произнёс это именно так.

У меня сразу ушла половина злости.

Но не вся.

Я не собиралась позволять одной честной фразе отменить проблему.

— Хорошо. Теперь решаем вместе.

В итоге мы действительно сели и решили.

Не Тимур сообщил правила.

Не я демонстративно отказалась от всего.

Охрана оставалась.

Но я должна была знать людей, которые меня сопровождают. Никаких неизвестных мужчин за спиной. Мне показали фотографии двоих, которые будут сменяться.

Я продолжала университет.

Продолжала работу в аптеке, включая ночные смены.

Вот здесь Тимур спорил дольше всего.

Он ненавидел саму мысль, что я сижу ночью почти одна в помещении со стеклянными дверями.

Я напомнила, что именно там впервые спасла его.

Аргумент ему не понравился.

Но сработал.

Договорились, что в ночную смену машина охраны будет находиться неподалёку, а после работы меня либо забирает Тимур, либо отвозит водитель.

Не потому, что я не способна вызвать такси.

Потому что сейчас это объективно безопаснее.

Я согласилась.

Он — не вмешиваться в учёбу, не решать за меня, куда можно ходить, и не требовать отчёта о каждом человеке рядом.

Последнее Тимуру особенно не понравилось.

Я прекрасно видела почему.

— Андрей сюда тоже относится.

Он сразу посмотрел.

Я не удержалась.

— Господи. Мы сейчас обсуждаем угрозу похищения, а ты всё равно вспомнил Андрея.

— Я его не вспоминал. Ты сама назвала.

— По твоему лицу видно.

Тимур всё-таки рассмеялся.

Наконец.

После почти часа напряжения этот смех оказался именно тем, что требовалось.

Артур вернулся только когда мы позвали.

Мы объяснили ему новые правила.

Он слушал с таким удовольствием, будто лично наблюдал редкое природное явление: Тимур Арсенов договаривается, а не приказывает.

— Что? — не выдержал Тимур.

Артур спокойно ответил, что запоминает исторический момент.

Я рассмеялась.

Тимур послал его нахуй.

На этом официальные переговоры закончились.

Было уже поздно.

Я собиралась ехать домой, когда Тимур сказал, что сам отвезёт.

На этот раз я не спорила.

В машине несколько минут ехали молча.

После ссоры внутри всё ещё оставалась усталость. Но уже не злость.

Тимур положил ладонь на моё бедро.

Не сексуально.

Просто коснулся.

Я накрыла её своей.

Через некоторое время он сказал:

— Я всё равно буду иногда перегибать.

Я посмотрела на него.

Вместо обещания стать другим человеком за ночь.

Честно.

— А я всё равно буду на тебя орать.

— Это я уже понял.

Улыбнулась.

Он сжал мои пальцы.

И мне показалось, что теперь этот конфликт действительно закончился.

Не потому, что кто-то выиграл.

А потому, что впервые мы оба немного изменили первоначальную позицию.

У моего дома Тимур заглушил двигатель.

Я посмотрела в окно.

Машина охраны остановилась дальше по улице.

Теперь я знала, кто в ней.

Странное чувство.

Неприятное.

Но уже не такое, будто за мной тайно наблюдают.

Я повернулась к Тимуру.

Он выглядел серьёзным.

— Что?

— Ничего.

— Не начинай.

Его губы дёрнулись.

Я сама наклонилась и поцеловала.

Коротко.

По крайней мере собиралась.

После напряжения последних часов прикосновение подействовало неожиданно сильно.

Тимур сразу ответил. Ладонь переместилась с бедра на талию и притянула ближе.

Поцелуй стал глубже.

Я почувствовала, как внутри появляется знакомое тепло.

Неуместно быстро.

Но с ним моё тело давно перестало интересоваться подходящим временем.

Отстранилась первой.

Не потому, что не хотела.

Очень даже.

Просто машина стояла возле моего дома.

— Мне надо идти.

Тимур тяжело выдохнул.

— Ненавижу этот дом.

Я рассмеялась.

— Ты с ним ещё даже нормально не познакомился.

— Уже мешает моей личной жизни.