Рашид смотрел на кровь.

— Да.

Больше ничего не потребовалось.

Север приехал через десять минут.

Вышел из машины, не поздоровался, сразу пошёл к нам.

Он тоже знал Марата много лет.

По лицу было видно: воспринял так же.

Только у Артура злость обычно быстрее превращалась в работу.

Он уже поднял людей по маршруту машины.

Через сорок минут нашли первую ошибку нападавших.

Один из них перед тем, как сесть в машину после стрельбы, на секунду снял маску.

Не полностью.

Просто дёрнул ткань вниз, чтобы нормально вдохнуть.

Камера магазина через дорогу поймала часть лица.

Этого хватило.

К полудню у нас было имя.

Илья Новиков.

Тридцать один год.

Несколько судимостей.

Работал на разных людей, в последнее время нигде официально не числился.

Мог быть просто наёмным исполнителем.

Но впервые за много дней у нас оказался человек, который лично стрелял.

Я хотел его живым.

Очень.

Не из гуманизма.

Мне нужно было, чтобы он успел назвать следующего.

Нашли его вечером.

Не в Риге.

Он пытался уехать.

Не далеко и не умно.

Наверное, рассчитывал, что его будут искать позже.

Не рассчитал.

К моменту, когда я приехал на склад, Илья уже сидел внутри.

Связанный.

С разбитой губой.

Север стоял неподалёку и разговаривал с одним из наших людей.

Я вошёл и сразу посмотрел на Илью.

Он узнал меня.

Вот это мне понравилось.

Страх появился ещё до первого вопроса.

Я снял куртку.

Положил на стол.

На другом краю лежал пистолет.

Не специально для спектакля.

Просто мой.

Илья несколько раз посмотрел именно туда.

Я сел напротив.

Не слишком близко.

Первые несколько минут вообще не трогал его.

Спросил, кто заплатил.

Он соврал.

Это было очевидно.

Не потому, что я обладал какой-то магией.

Просто версия была настолько тупой, что даже Север отвернулся, чтобы не рассмеяться.

Илья утверждал, что заказ пришёл через человека, которого он видел один раз, получил наличные и больше ничего не знает.

Возможно, часть была правдой.

Но не вся.

Я дал ему возможность исправиться.

Не исправился.

Первый удар пришёлся в живот.

Не красивый.

Не киношный.

Илья согнулся настолько резко, насколько позволяли связанные руки.

Я дал ему несколько секунд снова нормально вдохнуть.

Потом поднял за ворот.

— Марат умер. Поэтому я сегодня особенно плохо отношусь к вранью.

Он попытался сказать, что не знает никакого Марата.

Я ударил снова.

На этот раз в лицо.

Кровь пошла из носа.

Стул качнулся, но не упал.

Я стоял перед ним и чувствовал почти физическое желание продолжать.

Не ради информации.

Именно поэтому остановился.

Если начать бить только потому, что хочется, человек быстро перестаёт быть источником.

Становится мясом.

А мне нужны были слова.

Север понял, почему я отошёл.

Ничего не сказал.

Просто положил перед Ильёй фотографию машины и ещё одну — его самого возле неё.

Теперь отрицать участие было бессмысленно.

Постепенно история изменилась.

Илья признал стрельбу.

Он был не один.

Всего трое.

Двое стреляли.

Третий водитель.

Получили деньги через мужчину по имени Максим.

Фамилию он якобы не знал.

Я смотрел ему в лицо и почти поверил.

Почти.

Им выдали маршрут.

Время.

Фотографии служебного входа.

Сказали нанести максимально тяжёлый удар, но конкретных имён целей не называли.

То есть Марат погиб не потому, что хотели именно Марата.

Просто первым вышел.

От этого стало ещё хуже.

Человеку наверху было всё равно, кто умрёт.

Нужно было показать, что теперь могут ударить в любом месте.

— Максим как выглядит?

Илья описал.

Возраст около тридцати.

Высокий.

Тёмные волосы.

Шрам возле правого виска.

Несколько раз встречались лично.

Север сразу начал проверять описание.

Я продолжал спрашивать.

Где передавали деньги.

Какие машины использовали.