Я села на край дивана.

Тимур остался стоять.

— Ты поэтому отменял встречи? — спросила я. — Потому что не хотел, чтобы я видела тебя таким?

Он подумал.

Дольше, чем обычно.

— Частично. И потому что не хотел таскать тебя рядом, пока сам не понимаю, насколько всё опасно.

Вот опять.

Я подняла глаза.

Тимур сразу понял.

— Не начинай.

— Я даже ничего не сказала.

— Но уже смотришь.

— Потому что опять то же самое.

Он выругался.

Потом сел напротив.

На этот раз не близко.

— Хорошо. Что я должен был сделать?

— Сказать правду.

— Какую?

Я выдержала взгляд.

— «Ева, у нас проблемы. Я не знаю, когда освобожусь, и сейчас не в состоянии быть нормальным человеком. Не обижайся, если пропаду на день. Я напишу, когда смогу».

Тимур слушал.

Я продолжила:

— Мне не нужны координаты склада и фамилии людей. Мне нужно понимать, почему ты исчезаешь. Тогда я не буду сидеть и гадать, я тебе мешаю, ты передумал встречаться или просто решил, что отношения должны существовать только тогда, когда у тебя есть свободное окно.

Он долго молчал.

— Ты реально думала, что я передумал?

Я отвела взгляд.

Ненавидела этот вопрос.

— Нет.

— Ева.

— Не передумал. Но когда человек несколько дней отодвигает тебя всё дальше, мысли появляются разные.

Тимур встал.

Подошёл.

Теперь остановился совсем рядом.

— Посмотри на меня.

Я подняла глаза.

Он не трогал.

Пока.

— Я не передумал. И не собирался.

Голос был уже нормальным.

Уставшим.

Прямым.

— Даже когда у меня всё летит нахуй, это не значит, что я хочу, чтобы ты исчезла. Скорее наоборот. Просто я пока не очень понимаю, как держать тебя рядом и одновременно не втянуть туда, где тебе вообще не место.

Вот эта фраза задела сильнее.

Потому что теперь я услышала не контроль.

Страх.

Его.

— Тогда хотя бы не решай это один.

Тимур смотрел несколько секунд.

Потом кивнул.

— Постараюсь.

Я приподняла бровь.

— Ненавижу это слово.

— Другого честного обещания не дам.

И это было справедливо.

Лучше «постараюсь», чем красивое «никогда больше», которое он нарушит через неделю.

Я протянула руку.

Тимур сразу взял.

Пальцы переплелись.

— И ещё, — сказала я.

— Что?

— Если ты снова напишешь мне «не жди» без нормального объяснения, я сама приеду и испорчу тебе совещание.

У него наконец появилась настоящая улыбка.

— Угроза?

— Да.

— Мне нравится.

— Ты ненормальный.

— Это уже обсуждали.

Я потянула его за руку ближе.

Тимур остановился между моих коленей.

Теперь ладони легли на мою талию.

Но поцеловать сразу не попытался.

Я сама подняла лицо.

Поцелуй получился совсем не примирительным из дешёвого фильма.

Мы всё ещё были злые.

Уставшие.

Оба не до конца довольные разговором.

Но именно поэтому он ощущался настоящим.

Тимур прижал меня сильнее, и знакомое тепло моментально прошло по телу.

Однако сегодня я первой остановилась.

Положила ладонь ему на грудь.

— Нет.

Он сразу отстранился.

Без вопроса.

Я посмотрела.

— Я не потому, что не хочу тебя.

— Понял.

— Я хочу сегодня уйти домой после разговора. Не превращать всё в секс и завтра думать, мы действительно договорились или просто хорошо помирились в постели.

Тимур несколько секунд смотрел.

Потом неожиданно усмехнулся.

— Разумно.

— Не ожидал?

— От тебя — как раз ожидал. От себя сложнее.

Я улыбнулась.

Напряжение наконец отпустило хотя бы немного.

Когда мы вышли из кабинета, Артур сидел за дальним столом с ноутбуком.

Увидев нас, быстро посмотрел на лица.

— Живы оба.

Тимур остановился.

— Ты разочарован?

— Наоборот. Я уже думал искать новое место работы.

Я не удержалась от смеха.

Артур посмотрел на меня.

— Всё нормально?

Я ответила раньше Тимура:

— Теперь да.

Он кивнул.

Не полез дальше.

Мне нравилось это в нём всё больше.

Тимур взял мою куртку.