Слишком быстро для человека, который собирался изображать контроль.

Я обхватил её за талию и притянул к себе.

Она почувствовала.

Я понял по короткому вдоху.

Но не отстранилась.

Наоборот — прижалась сильнее.

Вот это окончательно снесло остатки нормальных мыслей.

Я поцеловал её глубже.

Ладонь прошла по спине, задержалась на талии.

Хотелось коснуться везде.

Снять с неё этот чёртов свитер.

Увидеть, как она будет смотреть на меня без всей своей привычной собранности.

Но спешить настолько, чтобы потом она пожалела, я не собирался.

Отстранился на пару сантиметров.

Ева смотрела на меня уже совсем иначе.

Губы припухли от поцелуев.

Дыхание сбито.

В глазах — то же желание, которое сейчас разрывало меня изнутри.

— Скажи, если хочешь остановиться.

Она провела пальцами по моей шее.

И тихо ответила:

— Не хочу.

Вот и всё.

Больше мне ничего не требовалось.

Я подхватил её, и Ева тихо рассмеялась от неожиданности, обхватив меня руками.

Плечо слегка дёрнуло.

Плевать.

— Только попробуй сейчас сказать про плечо.

Она ещё улыбалась.

— Я вообще ничего не сказала.

— Но подумала.

— Возможно.

Я поцеловал её снова и понёс в сторону спальни.

На этот раз между нами уже не было никакой границы, которую хотелось сохранять.

Только одна, которую оба наконец решили перейти.

Ева

В спальне Тимур поставил меня на пол, но отойти не дал.

Его ладони остались на моей талии, а я всё ещё держалась за его плечи. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Дыхание у обоих уже было сбито, губы горели после поцелуев, и сейчас мне совершенно не хотелось снова начинать что-то обсуждать.

Я потянулась к нему сама.

Тимур сразу ответил на поцелуй, притянул ближе, и в этот раз между нами уже не осталось той осторожности, которая была в машине или возле моего дома. Его руки скользили по моей спине, по талии, задерживались там, где от одного прикосновения по коже проходила дрожь.

Я чувствовала, насколько сильно он возбуждён.

И от осознания, что причина — я, меня бросило в жар ещё сильнее.

Тимур медленно снял с меня свитер. На секунду отстранился, посмотрел так открыто, что у меня внутри всё сжалось от желания, а потом снова притянул к себе.

Его губы прошлись по шее.

Ниже.

Я закрыла глаза.

Пальцы сами сжались на его футболке, а дыхание стало рваным. Каждое новое прикосновение отзывалось где-то глубоко внутри, и чем дольше он не торопился, тем сильнее становилось напряжение.

Мне хотелось больше.

Я сама стянула с него футболку.

Тимур усмехнулся только глазами, но ничего не сказал.

И правильно.

Сейчас слова действительно были лишними.

Я провела ладонями по его груди, почувствовала напряжённые мышцы под пальцами, осторожно обошла место ранения на плече. Тимур поймал мою руку, поцеловал ладонь и тут же снова накрыл мои губы своими.

Через несколько мгновений мы уже оказались на кровати.

Он не навалился сразу всем весом, помня о плече, но всё равно окружил меня собой настолько, что я чувствовала его повсюду — тепло кожи, тяжёлое дыхание, сильные руки.

Я перестала думать о том, как выгляжу.

О том, достаточно ли давно мы знакомы.

Вообще обо всём.

Одежды становилось меньше, прикосновения — смелее, и с каждым движением Тимура моё тело отзывалось всё сильнее. Иногда он замедлялся, будто специально проверяя мою реакцию, и именно это доводило почти до безумия.

Я сама тянула его обратно, когда он отстранялся.

Сама подставлялась под поцелуи.

Сама показывала, что хочу продолжения.

И когда стало совершенно ясно, к чему всё идёт, Тимур остановился всего на мгновение.

Не для разговора.

Просто посмотрел мне в глаза, давая последнюю возможность изменить решение.

Я только сильнее притянула его к себе.

Этого оказалось достаточно.

Первое ощущение заставило резко вдохнуть и зажмуриться.

Тимур сразу замедлился, удерживая меня ближе. Несколько секунд дал привыкнуть, не торопя, а потом движение между нами постепенно стало естественнее.

Я открыла глаза.

Он смотрел на меня.

Не улыбался.

В его взгляде было столько желания, что внутри снова прошла горячая волна.

Я обхватила его руками и прижалась ближе.

Теперь всё ощущалось иначе.

Глубже.

Интимнее любого поцелуя.

Ритм постепенно становился увереннее, дыхание Тимура тяжелело, а у меня всё чаще вырывались звуки, которые уже невозможно было контролировать.

Я чувствовала каждое его движение, каждое прикосновение ладони к моей коже. То, как он притягивал ближе. Как целовал, когда наши лица оказывались рядом. Как менялось его дыхание, когда я сама двигалась навстречу.

Возбуждение росло быстро.

Горячее напряжение внизу живота становилось почти болезненно приятным.

Я закрыла глаза и запрокинула голову, когда он снова коснулся меня так, что по телу прошла сильная дрожь.

Тимур почувствовал это сразу.

Не остановился.

Наоборот, продолжил в том же ритме, и через несколько секунд я уже не могла думать вообще ни о чём.

Только чувствовать.

Как внутри всё сильнее натягивается.

Как ноги дрожат.

Как пальцы цепляются за его плечи.

Как становится трудно даже нормально вдохнуть.

А потом напряжение резко достигло предела.

Я зажмурилась, тело невольно напряглось, и меня накрыло настолько сильно, что я прижалась к Тимуру, пряча лицо у его шеи.

Дыхание сорвалось окончательно.

Несколько мгновений существовали только ощущения — сильные, горячие, проходящие волнами по всему телу.

Тимур не остановился сразу.

Я почувствовала, как он сам уже теряет привычный контроль, как движение становится напряжённее, дыхание — тяжёлым. Он выругался мне в шею, крепче удерживая рядом, а спустя немного времени тоже замер, тяжело выдыхая.