— Уже.

Я посмотрел на Павла ещё раз.

— Когда очнётся, я поговорю с ним.

Борис услышал.

Выражение его лица мне не понравилось.

— Ты поговоришь. Именно поговоришь.

Я медленно повернулся.

— Борис.

— Он сейчас в таком состоянии, что один хороший удар может закончить разговор навсегда.

— Если бы я хотел его убить, сюда бы не привезли.

— Я тебя с детства знаю. Именно поэтому и предупреждаю.

Я усмехнулся.

— Тогда лечи. Остальное не твоя проблема.

Он тихо выругался и ушёл.

Я остался.

Павел пришёл в себя около шести.

К этому времени Север уже приехал.

Мы сидели в соседней комнате, когда Борис вышел и коротко сообщил, что пациент наконец ориентируется в происходящем.

Перед тем как зайти, Артур остановил меня.

— Он реально поломанный. Если сорвёшься, можешь не успеть услышать ничего.

Я посмотрел на него.

— Вы сегодня с Борисом сговорились?

— Нет. Просто оба знаем тебя.

— Тогда знаете и другое. Если он будет говорить нормально, никто его не тронет.

Север хмыкнул.

— А если не будет?

Я открыл дверь.

— Тогда зависит от того, насколько сильно он меня разозлит.

Павел уже сидел, опираясь спиной о стену.

Выглядел паршиво.

Когда увидел нас, в глазах появилось понимание.

И почти сразу страх.

Знал, кто мы.

Хорошо.

Мне не придётся тратить время на знакомства.

Я поставил стул напротив кровати и сел.

Артур остался у двери.

Павел сглотнул.

— Я ничего не...

Я поднял руку.

Он замолчал.

— Не начинай с этого. Я сегодня уже достаточно слышал эту фразу от людей, которые потом внезапно вспоминали очень много. Тебе сейчас и без меня хуёво, поэтому давай сэкономим время друг другу.

Он смотрел настороженно.

Я достал телефон и показал фотографию с камеры.

На ней Павел стоял возле мужчины, который позже встречался с Игорем.

— Это ты.

Павел не стал отрицать.

Уже умнее остальных.

— Да.

— И мне очень интересно, какого хуя ты несколько раз пересекался с людьми, которые потом помогли организовать нападение на меня.

Он отвёл взгляд.

Я наклонился чуть вперёд.

— Смотри на меня, когда отвечаешь.

Не крикнул.

Не потребовалось.

Павел поднял глаза.

— Я не знал про нападение.

— Может быть. Но человек, который пришёл к тебе вчера, явно решил, что ты знаешь достаточно, чтобы заткнуть тебе рот навсегда.

Вот эта мысль его испугала сильнее, чем моё присутствие.

Хорошо.

Потому что была правдой.

— Кто тебя так избил?

— Не знаю.

Я почувствовал, как внутри что-то дёрнулось.

Павел увидел.

— Я правда не знаю. Их было двое. В масках. Они пришли вечером, спросили, говорил ли я с кем-нибудь. Потом начали бить.

— О чём спрашивали конкретно?

Он помедлил.

Я уже потянулся к столу, где лежал его телефон, но Павел заговорил сам.

Его использовали как связного.

Не серьёзного.

Он принимал сообщения и передавал их дальше. Несколько раз получал конверты, телефоны, адреса встреч. Никаких имён. За всё платили достаточно, чтобы он не задавал вопросов.

Обычная история.

Меня начинало тошнить от таких людей.

Каждый второй сначала берёт деньги за то, чтобы «ничего не знать», а потом вдруг удивляется, когда вместе с деньгами приходит опасность.

— Кто был над тобой?

— Мужик по имени Сергей. Фамилию не знаю.

— Описание.

Павел дал.

Возраст около сорока пяти. Крупный. Седина на висках. Иногда приезжал сам, иногда присылал человека.

Ничего особенного.

Но затем появилась первая деталь, которая действительно стоила моего времени.

Павел однажды слышал разговор Сергея по телефону.

Тот упомянул фамилию.

Корнеев.

Я не знал её.

Север тоже никак не отреагировал.

Пока.

— В каком контексте?

Павел напряг память.

— Он сказал что-то вроде: «Корнеев не любит ждать». Больше не помню. Я даже не знал, кто это.

Я откинулся на спинку.

Вот теперь у нас впервые появилось настоящее имя.

Не имя стрелка.

Не доказанный заказчик.

Просто фамилия, которую человек услышал в цепочке.

Но после недели пустых номеров и брошенных машин даже это было уже чем-то.

— Ты уверен, что именно Корнеев?

— Да.

Павел заговорил быстрее, словно понял, что эта информация может купить ему безопасность.

Он вспомнил ещё одну встречу. В начале месяца Сергей говорил о каком-то заведении возле центра, упоминал деньги и человека, который «слишком уверенно расширяется».