Собственно, из-за этого он и попросил свою нынешнюю любовницу, чтобы та сообщила мужу про дона Рамиза и похищение. Нормальный естественный ход со стороны настоящего «Мехмета Шеху». Хитоми, как стало понятно чуть позже, чего-либо подозрительного в такой просьбе не обнаружила. Вот только звонить стала не супругу, а брату. Зачем, почему — неизвестно, но планы мне из этого пришлось скорректировать…

«Кэп, мы на месте, — пришло сообщение от искина. — До конечной точки маршрута двести пятьдесят метров. Дальше предлагаю идти пешком».

«Согласен».

Я выбрался из машины и двинулся в сторону виднеющегося за парком забора.

И почему, интересно, все заправилы Содружества, хоть большие чиновники, хоть менеджеры корпораций, хоть деятели Синдиката, так любят селиться в экологически чистых районах, среди кустов и деревьев?

Вопрос, ха-ха, риторический.

Система охраны, как сказал Гарти, здесь была не особо продвинутой, и чтобы взять её под контроль, ему понадобилось не больше пяти секунд. Правда, что Молли действительно в этом поместье, я понял и без него — за полсотни метров до «финиша» мне стало жечь в правой подмышке, где прятался «лепесток». А ещё через десять метров в ид-карту прилетело послание:

«Реш! Чёрт возьми! Ты куда подевался? Я уже задолбалась с этим придурком Рамизом. Ещё немного, и я его просто кокну! Герой-любовничек бывший, чтоб его разорвало, йод-водород!»

Я мысленно усмехнулся.

Сначала предупреждает, чтобы не торопился, а потом говорит: «Что так долго?»

Ох, женщины, женщины…

«Что ему от тебя нужно?»

«Что-что… Во-первых, он жаждет восстановить любовную связь…»

«А во-вторых?»

«Тебе что, этого первого мало⁈»

На этом месте я еле сдержался, чтобы не рассмеяться.

«За первое тебе надо благодарить зонью Стефани. Но если хочешь, я могу шлёпнуть этого дона максимально жестоким способом».

«Не надо никого шлёпать», — пошла на попятный Молли.

«Почему?»

«Потому что он хочет не только перепихнуться с зоньей Стефани, но и требует, чтобы она рассказала, куда год назад исчезла предназначенная ему партия кристаллов бри-ши. И нам надо обязательно раскрутить его на эту историю… А уж потом, возможно, и шлёпнуть. Да…»

На территорию поместья Спахиу я проник, как типичнейший диверсант, перебравшись через забор, довольно высокий, но имеющий один «недостаток» — каменные столбы с рустами. Внешне красиво, однако вскарабкаться по ним, как по лесенке, для опытного бойца проблемы не представляло.

Система слежения меня, понятное дело, не видела, зато я с её помощью видел всё. Помимо хозяина с «гостьей» в поместье находились одиннадцать человек: восемь боевиков-охранников и трое — обслуживающий персонал. Убивать их я смысла не видел (мафиозные войны мне тут и даром не сдались) — работал по здешним из станнера, поставленного на четверть от максимальной мощности (часа два проспят, а большего и не нужно).

Любопытно, но антистан-пластыри тут никто не носил. Удивительная беспечность, учитывая «контекст». Сами пластыри, имеющие источники электропитания, я теперь мог обнаруживать с помощью специального зрения — оно у меня понемножечку прогрессировало, повышая чувствительность и дальность обнаружения энергообъектов.

На лицо я на всякий пожарный натянул маску. Светить физиономией Панди Кристо перед обслугой-охраной желания не было. Морда этого «благородного дона» предназначалась для приведения в тонус его «конкурента-коллеги» дона Рамиза.

На полную нейтрализацию здешнего персонала у меня ушло семь минут. Поднять тревогу никто не успел. На очереди оставался лишь сам хозяин поместья. Если верить следящим системам, он и моя подруга расположились в гостиной на втором этаже.

Стянув с лица маску, я толкнул дверь и шагнул внутрь.

До интима у «зоньи Стефани» с доном Рамизом пока не дошло, но, судя по обстановке, всё двигалось именно в эту сторону. Они сидели на диване в обнимку, блузка у «зоньи» была расстёгнута, причёска растрёпана, дон что-то шептал ей на́ ухо, она «глупо» хихикала и делала вид, что до «нужной кондиции» пока не дошла, но если принять ещё рюмку-другую (на столике перед диваном стояла целая батарея бутылок), то её крепость, наконец-то, падёт и дон своего добьётся.

Ну, как говорится, блажен, кто верует.

Увидев вошедшего в комнату «дона Кристо», Рамиз ошарашенно выпучился на гостя, затем громко икнул, выхватил откуда-то ствол и даже попробовал выстрелить, но не преуспел. Мгновенно «протрезвевшая» Молли резко шатнулась в сторону и врезала придурку по уху. Рамиз завалился набок, выпавший из его пальцев игольник брякнулся на паркет.

— Сурово ты с ним, — покачал я укоризненно головой, подошёл к дивану, поставил станнер на минимум и пальнул из него в и так уже находящегося в отключке Рамиза. — Вот так понадёжнее. Минут десять поспит, а там, глядишь, и поговорим с ним нормально, как белые люди.

— Что с охраной? — деловито поинтересовалась «зонья Стефани», застёгивая блузку и приводя себя в относительно божеский вид.

— Очнутся часа через два.

— А обслуга?

— Аналогично.

— Все живы?

— Ага.

— Хорошо.

— Чем?

— Тем, что если б кого-то грохнули, пришлось бы и этого, — указала напарница на Рамиза. — А после и прочих. Чтобы никто ничего бы не рассказал. В Синдикате такие разборки обычно кончаются большой кровью. Ну, если, конечно, свидетели будут. А так… пока никого не прикончили, есть шансы договориться. И, кстати, знаешь, — она окинула меня внимательным взглядом. — Лучше б тебе вернуться в прежнюю внешность. Не стоит впутывать в эту акцию Панди Кристо. Навряд ли ты отыграешь его перед доном Рамизом столь убедительно, чтоб он поверил.

— Ты считаешь, в личине Мехмета Шеху я буду более убедителен? — позволил я себе усмехнуться.

— Я думаю, да. Сыграем пару наёмников на службе большого босса.

— Это какого?

— А это уже и неважно. Главное, чтобы Спахиу поверил, что Мехмет Шеху и Лири Стефани за этот год изменились так сильно, что видеть теперь в них просто танцоров чрезвычайно опасно.

— А сюда большой босс их отправил за тем, чтобы выяснить, кто год назад спёр кристаллы для аукциона? — попробовал я угадать.

— А… откуда ты знаешь про «год назад»? — изумилась подруга.

— Ну, не всё же тебе одной раскручивать местных, — пожал я плечами. — Я временами тоже… бываю полезным.

— Хитоми! — ткнула она в меня пальцем после секундного размышления.

— Всё верно. Хитоми. Она припёрлась к нам в номер, когда вы ушли. Минут через десять. По тайному ходу.

— Но ты же… ты же был в стазисе⁈

Я вздохнул и развёл руками:

— Ты удивишься, но ей удалось меня оживить.

Молли нахмурилась.

Я понял, что она хочет спросить, но развивать эту тему прямо сейчас было в корне неверно. Сперва надо было разобраться с валяющимся на диване Рамизом.

— Об этом потом, — махнул я рукой. — А сейчас ты лучше послушай, что я узнал от неё…

Мой рассказ о случившейся год назад краже занял четыре минуты. Молли сосредоточенно слушала и перебить меня не пыталась. А после дополнила полученную мной информацию тем, что успела узнать от Рамиза, пока он её охмурял и одновременно пробовал выяснить, где сейчас камушки.

Первой достаточно важной добавкой к сведениям «от Хитоми» стало количество упёртых кристаллов. Три сотни штук. По биржевым ценам, от двухсот сорока до двухсот восьмидесяти миллионов диткойнов. По ценам здешнего аукциона — процентов на тридцать дороже.

Вторая добавка, внешне как будто бы ерундовая, заставила меня ненадолго задуматься. Словно какая-то несуразица, что-то такое, с чем я уже где-то сталкивался. Но где конкретно, припомнить не удавалось. По словам Молли, Рамиз обронил между делом, что на всех космодромах планеты стоят секретные сканеры, которые точно определяют количество привозимых и вывозимых кристаллов бри-ши. А после поведал, как хохму, услышанную от знакомых чиновников Лиги, что этот баланс каждый год почему-то не сходится, причём, в пользу вывоза, а не ввоза…