Я молча шагнул из-за шкафа и выпустил в первого полдесятка иголок. Тело рухнуло на пол. Второй «ниндзя» предсказуемо развернулся и даже успел пальнуть в меня из игольника. Выстрелы принял на себя бронегель. А дальше в затылок противнику прилетело рукояткой лучевика.
— Живой? — поинтересовался я у подруги, склонившейся над упавшим.
— А что ему сделается? — хмыкнула та, тронув придурка за шею. — Пульс есть. Башка не пробита. Чуток полежит и очухается.
Прежде, чем привести ушибленного налётчика в чувство, мы усадили его на стул и крепко связали. А потом сунули под нос нашатырь.
— Кто такой? На кого работаешь? — начала Молли, когда связанный оклемался. — Кто твой хозяин, я спрашиваю⁈ — ткнула она ему в зубы стволом.
Допрашиваемый молчал.
«Гарти, ты сможешь вскрыть его чип?»
«Легко», — отозвался искин.
«Приступай…»
«Дали́ Санджакта́р. Уроженец Балуки. Возраст — 32 года. Всё, — сообщил Гарти через секунду. — Прочие данные запаролены. Плюс стоит психоблок».
Я опешил:
«Не понял. Какой психоблок?»
«Пока не знаю. Просто этот участок ид-карты связан с нервной системой клиента отдельным каналом. Вскрывать?»
«Вскрывай», — отдал я команду и почти сразу же понял, что это ошибка.
Связанный «ниндзя» внезапно задёргался, затем изогнулся дугой, его глаза закатились, изо рта пошла пена.
«Кэп! Я тут ни при чём! — завопил искин. — Я только дотронулся до канала и всё!..»
Допрашиваемый свалился со стула, ещё разок дёрнулся и затих.
— Готов, — мрачно заметила Молли, проверив пульс.
— Это моя вина, — ответил я в тон и объяснил, что случилось.
Упрекать меня подруга не стала. Вместо этого она отогнула у убитого ворот и указала на небольшую татуировку:
— Знаешь, что это?
«Гарти?»
«Уже. Это знак принадлежности к клану Джуглини».
— Знаю. Знак клана Джуглини.
— Молодец, — кивнула уважительно Молли. — И что это значит для нас?
— Да, в общем-то, ничего. Это может быть обычной подставой, — пожал я плечами.
— Возможно. А возможно, и нет, — усмехнулась подруга. — Но сейчас это, по любому, тупик.
— Что предлагаешь?
— Я предлагаю выкинуть их в коридор, и пусть ими занимается дон Диего, — указала Молли на трупы. — А мы…
— А мы завалимся спать и спокойно проспим до утра. Нам завтра ещё выступать, ты помнишь?
— Конечно, — моя пассия приподнялась на цыпочки и прошептала мне на́ ухо. — И пусть они только попробуют нам помешать.
— Они — это кто? — уточнил я на всякий пожарный.
— Все, — ответила Молли…
* * *
Трупы мы, в самом деле, вытащили в коридор. Правда, второму «ниндзя», помершему от срабатывания психоблока, пришлось дополнительно башку прострелить (ну, чтобы он общую картину не портил), а после ещё и новое видео скомпоновать, чтобы ни у кого уже точно не возникло и тени сомнений: просто какие-то чудики устроили тут перестрелку, в которой никто не выжил. А что до клиентов отеля… Ну, вот же у них на двери табличка «Не беспокоить». А табличка на двери, уважаемые зотари, это такой аргумент, который не переплюнешь, как ни крути.
Следы пребывания в нашем номере парочки «ниндзя» устранил местный робоуборщик. Гарти переграммировал его так, что в памяти агрегата не осталось ни одного бита информации о случившемся. А затем ещё и меня заставил лично ползать по полу и проверять, всё ли тот вычистил.
Молли решила не дожидаться, пока я закончу с уборкой-проверкой, и, демонстративно зевнув, сообщила:
— Я — спать. Если понадобится, разбудишь…
Робот-уборщик укатился из номера спустя четверть часа. К этому времени моя пассия уже крепко спала, будить я её не решился. Хорошенечко выспаться нам бы и вправду не помешало. Слишком уж суетный был этот день, а завтра… хм… завтра, возможно, будет ещё напряжённее, чем сегодня…
Утром нас разбудил осторожный стук в дверь. Стационарный коммуникатор мы в номере отключили, замок поставили на задвижку, так что оповестить нас, что, типа, пора просыпаться, можно было только таким вот «дедовским» способом.
За дверью обнаружился Тук Яко́ва, «отвечающий» за нас помощник распорядителя фестиваля.
— Прошу прощения, зонья, но жеребьёвка второго тура состоится уже через час, — сообщил он открывшей дверь «Лири Стефани», всем своим видом выражающей искреннее недовольство «столь ранним визитом незнакомого мужчины».
— Мы знаем, зотари. Спасибо за напоминание, — пробурчала она, даже не пытаясь скрывать раздражение. — У вас что-то ещё?
— Эээ… — замялся помощник распорядителя. — Я хотел бы ещё попросить… ну, в смысле, спросить…
— Ну⁈ — не выдержала «зонья Стефани».
— Сегодня ночью вас не беспокоили? Снаружи никто не шумел, не стучал, не гремел?
— Странные вы вопросы какие-то задаёте, зота́ри Яко́ва? — поджала женщина губы. — Сегодняшней ночью и утром никто нас не беспокоил. Только вы и только сейчас. И вообще, я сегодня спала, как убитая. Поэтому даже если кто-то снаружи шумел, ни меня, ни Мехмета это не потревожило. Всё?
— Всё, — кивнул представитель оргкомитета. — Ещё раз прошу прощения за назойливость…
В гостиничном коридоре, когда мы, наконец, туда выглянули, уже ничего не напоминало о ночной бойне. Трупы исчезли, кровь вытерли, вазы-ковры-светильники заменили, и даже выбоины и подпалины на стенах кто-то аккуратно заделал так, что в глаза это не бросалось.
А ещё подселенец неожиданно сообщил мне, что, разбираясь ночью с контролем местной системы слежения, он обнаружил в отеле систему тайных ходов и что один из них ведёт прямо в наш сьют.
Честно сказать, я в это не сразу поверил. Однако искин показал мне не только старые поэтажные планы, но и видео с той из секретных камер, что висела около тайного входа в наши апартаменты. И вот тут, в самом деле, пришлось задуматься. А потом вместе с Молли (не проинформировать её я не мог) идти проверять, где этот вход расположен и как его открывать-закрывать.
Судя по планам, он находился в той комнате, где я сегодня спал, в том месте, где в стену было вмонтировано огромное зеркало. Увы, никаких хитрых кнопок мы найти не смогли, и даже искин не помог. Единственное, что он выяснил, сквозь само зеркало никто к нам проникнуть не мог, за ним и вправду была стена, но, как она превращалась в проём, узнать можно было только на практике — когда кто-то захочет забраться внутрь.
— И почему, интересно, они ночью попёрлись к нам через дверь, а не здесь? — пробормотала задумчиво Молли. — Могли бы ведь взять нас по-тихому. Никто ничего не узнал бы?
— Ну… наверное, те, кто сегодня сюда ломились, просто не знали про этот способ, — предположил я самое очевидное.
— А кто ж тогда знает?
«Гарти, кто может знать о проходе?»
Подселенец завис буквально на пару секунд.
«Кэп! Сказать точно я не могу. Я могу лишь предполагать».
«Ладно. Выкладывай, что узнал».
«Да я и узнал-то не особенно много. Там главное то, что первыми этим отелем владели люди из клана Спахи́у. Они же его и строили. А потом и отель, и земля вокруг ушли за долги в корпорацию».
«В Васаби Кано?»
«В неё. И все прочие здания „Бельведер-центра“ строили уже джапы. А сам отель они даже не ремонтировали. Лишь оборудование внутри поменяли и вывеску. А всё остальное, как было, так и осталось. Вот ты из этого выводы-то и делай».
«Ага. Понимаю, — почесал я за ухом. — О тайном проходе знает наверняка дон Рамиз».
«Всё верно. Он главный в Спахи́у. Ему это сам бог велел».
«Ты ж в бога не веришь».
«Это я фигурально».
«Ясно. А что по другим? Какие-то данные есть?»
«По другим ничего сказать не могу. Помимо Спахиу про других информации не нашлось».
«Я понял. Значит, из этого и исходим. Спахиу — почти наверное. Все остальные — по всей вероятности, нет…»
Всё, о чём мы говорили, я тут же выложил Молли, опустив лишь сам факт того, что в моей голове «живёт» подселенец.
