— Спасибо, — говорю и принимаюсь за еду.

Боже, как же все невероятно вкусно. У него явно дар к готовке — каждое блюдо словно маленькое произведение искусства, в котором чувствуется внимание к деталям.

Он кивает и садится напротив, тоже приступая к еде. Мы снова едим в тишине, каждый погружён в свои мысли. Звук приборов, мерное тиканье часов, редкие вздохи — всё это создаёт странный, почти интимный ритм утра.

Довольно быстро справившись с едой, Рик откладывает приборы. Между делом попивая кофе, он разбивает тишину:

— Очевидно, у нас есть общая проблема, и пока, как её решить, я не имею ни малейшего понятия. Я постараюсь узнать о тебе побольше информации на улице. Но, учитывая, в каком состоянии я тебя нашёл, вряд ли тебе безопасно оставаться одной. Поэтому нам придётся какое‑то время делить общество друг друга.

Я поднимаю на него глаза. Внутри всё сжимается от одного вопроса, который давно рвётся наружу:

— Почему ты помогаешь мне? Ведь очевидно, что я тебе никто. И от меня одни проблемы.

— Да, никто, ты для меня проблема, как и для себя самой. Но ты правда думаешь, что я могу просто выбросить кого‑то на улицу? Хотя… ты правильно думаешь. Но именно сейчас я невероятно добрый. Пользуйся этим, пока есть возможность.

Его слова звучат как предупреждение — мягкое, но отчётливое. Очевидно, он намекает, что в какой‑то момент, если ему надоест, он действительно может выставить меня за дверь.

Он продолжает:

— Сейчас поедем в молл. Вряд ли тебе будет сильно удобно ходить постоянно в одном и том же платье. Надо купить одежды. А мне нужно позвонить. Видимо, сегодня я снова не попаду на работу.

— А кем ты работаешь? — вопрос вырывается сам собой.

— Я хозяин бара, — отрезает он, встаёт и проходит к дивану.

Берёт мобифон и направляется к одному из панорамных окон. Только теперь я замечаю, что на одном из них есть ручка. Он берёт её, отодвигает вбок, выходит на террасу и захлопывает за собой дверь.

Учитывая, что дальше я не слышу никаких звуков, дверь на террасу с шумоизоляцией.

Ну что же, подведём очередной итог:

Я — проблема.

Рик, который меня вроде как спас (хотя и это под вопросом), недвусмысленно намекнул, что в любой момент может выставить меня за дверь, как только ему надоест со мной возиться.

Возможно, по словам Рика, мне угрожает опасность.

Рик — владелец какого‑то бара. И очевидно, весьма успешного, учитывая, какая у него квартира.

И мы сейчас выйдем в город, чтобы отправиться в молл за покупками для меня.

Ну что же, здравствуй, новый день, новые вопросы, новые сомнения. Я по вам совершенно не соскучилась.

Глава 5. Старый новый мир

Через несколько мгновений Рик возвращается.

Я смотрю на него — как всегда, сдержанно‑холоден. В его движениях ни тени суеты, ни намёка на волнение. А во мне всё дрожит, будто натянутая струна.

— У тебя пятнадцать минут, — бросает он.

Эти слова эхом отдаются в голове. Пятнадцать минут… На что? На попытку собрать себя по кусочкам? У меня нет вещей. Нет косметики. Только платье, которое уже надето. Только остатки завтрака на столешнице — вот их‑то я и решаю убрать.

Встаю, начинаю собирать тарелки. Краем глаза ловлю его взгляд — искреннее удивление. Ухмыляюсь. Да, я могу быть не только растерянной жертвой обстоятельств. Могу действовать. Могу заботиться о мелочах. Это успокаивает.

Споласкиваю посуду, ставлю в посудомойку. Вчера заметила, где что лежит — теперь это знание работает на меня. И в этой обыденности — странное утешение. Значит, если не считать того, что я не помню себя, в целом память и наблюдательность у меня хорошие. Значит, я ещё могу ориентироваться в этом безумном мире.

Когда заканчиваю, поднимаю глаза на Рика. Он всё это время наблюдал за мной — пристально, неотрывно. Как хищник за добычей. От этого взгляда по спине пробегает холодок, но я заставляю себя выпрямиться.

— Я готова. Можем идти.

Он кивает, направляется к выходу. Берёт черную кожаную куртку, заносит руку над ручкой двери — и вдруг останавливается. Смотрит на куртку, потом переводит взгляд на меня. Понимаю: про платье подумал, а про то, что мне понадобится верхняя одежда — нет.

Недолго думая, накидывает куртку мне на плечи. Ткань тёплая, тяжёлая, пахнет кожей и чем‑то неуловимо мужским. А еще этот отголосок вишни и пачули. На мгновение закрываю глаза, вдыхая этот запах. Он странно успокаивает.

— А ты? Второй куртки нет? — спрашиваю я.

Он пожимает плечами:

— Никогда не было необходимости в нескольких куртках. Но поверь, мне и не холодно. Она нужна больше для окружающих, чтобы никого не смущать.

Что он имеет в виду? Может, на улице и не сильно прохладно? Но я не успеваю задать вопрос — он открывает дверь, жестом приглашает выйти первой.

Делаю шаг, второй. Дверь за нами захлопывается, и мы идём по просторной светлой галерее к лифтам. В голове — калейдоскоп мыслей. Кто я? Куда иду? Что ждёт впереди?

Заходим в лифт. Смотрю на цифру — 45 этаж. Ого! Вот это высота! Я ведь даже не подумала подойти к окнам, посмотреть на простирающийся под нами мир. Вечером, когда вернёмся, обязательно это исправлю.

Лифт несётся вниз с головокружительной скоростью. Я едва успеваю опомниться, как мы оказываемся на первом этаже. Настоящая магия!

Выходим на улицу. Рик снова придерживает дверь, пропуская меня вперёд. Настоящий джентльмен. Его невозмутимость придаёт и мне немного уверенности. Но стоит поднять глаза — и я ахаю.

Вокруг — высотки, шпили которых разрезают облака. Яркие неоновые вывески. И люди… Очень много людей. У кого‑то кислотного цвета одежда, у кого‑то красные волосы, у кого‑то футуристичные серебристые головные уборы. Всё такое яркое, новое, удивительное.

На фоне них мы с Риком, в нашем чёрном одеянии, выделяемся сильнее, чем девушка с разноцветными татуировками по всему лицу. Кстати, у неё… крылья? Два искрящихся, переливающихся на свету серебристо‑белых крыла! А глаза — такие же, как у меня, ярко‑голубые.

Мои глаза лезут на лоб, а рот непроизвольно открывается. Перевожу взгляд на Рика — он невозмутим. Это уже начинает откровенно бесить.

— Она ангел, — коротко бросает он и идёт вперед.

Мои глаза округляются еще сильнее. И всё? Ни «Вау, действительно! Это ангел! Здорово, правда?», ни хотя бы «Да, представляешь, это ангел!». Просто «Она ангел» — и пошел дальше.

Понимаю, что ещё чуть‑чуть — и потеряю его из вида. Закрываю рот, спешу за ним. Приходится даже бежать, чтобы нагнать.

Какое-то время мы идём молча. Встречаем по пути ещё одного ангела. «Фи, какая обыденность», — читаю в мыслях Рика, закатывая глаза.

Но потом я резко хватаю его за локоть. Потому что то, что вижу, выбивает почву из‑под ног.

Двое мужчин стоят недалеко от нас, разговаривают. У одного — жёлтые глаза, как у Рика; у второго — ярко‑красные. Оба в чёрном. Но не это заставляет меня застыть, как вкопанную. У одного из них, сзади, из‑под пиджака, качается дьявольский хвост! А у второго не только хвост, но и чёрные небольшие рога на голове!

Я всё ещё цепляюсь за Рика. Не могу сделать ни шага. Может, просто развернуться и броситься в бегство?

Но внезапно Рик кладёт мягкую тёплую руку на мою и слегка сжимает.

— Перестань глазеть. Они демоны. Один из них, который с жёлтыми глазами — полукровка.

Осознание приходит не сразу. Ведь у Рика тоже жёлтые глаза. Поднимаю на него глаза и открываю рот в немом вопросе — он понимает без слов и кивает.

Завожу любопытный взгляд ему за спину.

— Да, хвоста нет. Пошли уже, пока не привлекли к себе лишнее внимание.

Рик берет меня за локоть и ведет дальше.

В голове — рой мыслей, одна тревожнее другой. Что это за мир? И какой частью его я была?

Рука сама тянется за спину, к лопаткам. Провожу по позвоночнику — всё ровно, никаких следов. Но если Рик с глазами цвета янтаря, как и тот демон с хвостом, полукровка… То цвет моих глаз удивительно перекликается с цветом глаз встречающихся нам ангелов.