Эмоции демоницы хлещут через край — это ясно даже без слов. Она разворачивается, кидая на меня полный гнева и обиды взгляд, и пулей вылетает из квартиры.

Снова перевожу голову вперёд, смотрю на город. Его ночная жизнь бьёт ключом. Огни мерцают. Звёзд на небе практически не видно, из-за яркой освещенности.

Слышу открывающуюся дверь за собой. Медленные, уверенные шаги - хищник вышел на охоту. Через мгновение мою талию сжимают тёплые, сильные руки.

Мы стоим какое‑то время молча. Просто смотрим на город. Естественно, что у него были девушки — ревновать к их наличию до меня нет никакого смысла. Главное, чтобы это по возможности не касалось меня, пока я нахожусь рядом. А остальное не так важно.

Первой разбиваю тишину:

— Я не буду спать на кровати, пока там это постельное бельё.

За спиной раздаётся смешок.

— Если хочешь, можем его завтра сжечь, — с явной ухмылкой говорит мой демон‑искуситель.

— Хочу, — тихо произношу я, разворачиваюсь в его объятиях и утыкаюсь ему в грудь.

Обвиваю его шею руками, вдыхая его запах — пачули и вишня. Даже когда мы рано или поздно расстанемся, этот запах навсегда останется со мной, я уверена.

— Пошли спать, — шепчет он и целует в макушку.

Молча киваю. Заходим в холл. Я скидываю куртку и снова направляюсь в ванную. Хватаю полотенце и новую белую ночнушку с кружевами — а почему бы и нет? Не зря же её покупала.

Кидаю быстрый взгляд на смятую постель. Невольно задумываюсь: интересно, сколько у него здесь побывало женщин? Смахиваю головой — не нужно об этом думать. Очевидно, что много.

Быстрее иду в душ, чтобы смыть с себя этот день. Вода освежает, немного приводит мысли в порядок. Стою под струями воды — они стекают, оставляя после себя чистоту и свежесть.

Внезапно дверь раскрывается, и я вижу полностью обнажённого Рика. Он быстро разрезает пространство душевой, сминая меня в грубых объятиях. И снова этот шторм — по сравнению с той нежностью, что была на дубовом столе. Даже не знаю, как мне нравится больше.

Его губы тут же находят мои. Он целует жадно, прикусывая то нижнюю, то верхнюю губу. Руки блуждают по моему телу — сжимая и следом поглаживая. Прижимает меня всем телом к стенке душевой кабины, спускаясь поцелуями ниже — к шее, ключицам. Потом приподнимается, кусая за мочку уха.

В этот момент я вспоминаю, какой он доставил мне экстаз там, в кабинете, когда я сидела на столе, а он стоял передо мной на коленях. Как это было блаженно, протяжно. Интересно, как это — доставлять такое удовольствие другому? И решаю удивить его, да и себя тоже.

Я начинаю целовать его шею в ответ, потом ключицы, перехожу к мочке уха, вставая на цыпочки, прикусываю её. Полностью повторяю путь, который проделали только что его губы. Мои руки обводят его грудь — она вздымается с невероятной амплитудой. Опускаю руки на пресс, очерчивая каждый кубик. Спускаюсь губами вслед за руками — пока не останавливаюсь.

Он огромный, твёрдый, пульсирующий, с мягкой податливой головкой. Начинаю вести по нему рукой — вперёд‑назад, медленно, изучая каждый сантиметр. И пока я чувствую его замешательство, а инициатива всё ещё на моей стороне, резко опускаюсь на колени, поднимая на него вызывающий взгляд дикой кошки.

Его глаза пылают страстью, желанием. Он медленно кладёт руки мне на затылок с довольной улыбкой сытого кота, направляя мою голову. Я послушно подаюсь вперёд, захватывая губами мягкую головку. Руки на затылке сжимают мои волосы, а из груди Рика доносится протяжный стон. Именно этого я и хотела — услышать, как получаю над ним власть.

Я начинаю насаживаться головой глубже, сильнее, быстрее. Помогаю себе рукой у основания, двигаясь в такт движению головой. Он наматывает мои волосы себе на кулак и ускоряет толчки ещё сильнее, перенимая инициативу на себя. Его бёдра двигаются быстро, навстречу ко мне, с каждым разом входя всё глубже — так, что я начинаю задыхаться, но держусь. Я хочу доставить ему это удовольствие.

И в следующее мгновение он входит в мой рот и замирает, изливаясь. Он пульсирует, передавая мне волны экстаза. Сглатываю солоноватую жидкость, поднимаю глаза и намеренно облизываю губы.

Его взгляд затуманен, зрачки расширены до предела, а дыхание сбивается. Медленно поднимаюсь, провожу руками по его прессу, груди, которая вздымается в бешеном ритме.

Наши глаза встречаются. Торжествующе улыбаюсь. В эту секунду он только мой. А всё остальное — не имеет значения. Тепло его взгляда окутывает меня, словно шёлковый плащ, отгоняя последние тени сомнений. В груди расцветает странное, почти пугающее чувство — будто я наконец нашла то, что так долго искала, сама не зная об этом.

— А ты полна сюрпризов, малышка, — ухмыляется он, обвивая мою талию и притягивая к себе для поцелуя.

И снова он нежный, томительный. Его губы касаются моих с такой бережностью, что внутри всё сжимается от неожиданной нежности. Этот поцелуй — не страсть, не жажда обладания, а что‑то гораздо более глубокое, почти интимное. Я растворяюсь в нём, позволяя себе на мгновение поверить, что это — не просто мимолетный каприз, а что‑то настоящее.

Но лишь на один миг, потому что вспоминаю, кто именно стоит передо мной.

Но как же хочется верить, что сказка может стать явью.

Выходим из душа. Замечаю подготовленную целую стопку сухих, чёрных полотенец. Невольно улыбаюсь — такая простая, но трогательная забота. В этом жесте читается больше, чем в словах.

Когда надеваю белую, короткую кружевную ночнушку, замечаю его оценивающий, одобрительный взгляд. В его глазах — огонь, но не тот, что сжигает, а тот, что согревает. Он смотрит так, будто я — самое прекрасное, что он видел за день, будто ему нравится каждая линия моего тела, каждый изгиб. От этого взгляда по коже пробегают мурашки, но не от холода, а от странного, пьянящего чувства — я желанна.

Он подходит и быстро поднимает меня на руки. От неожиданности я взвизгиваю и обвиваю его шею, звонко смеясь. Его смех смешивается с моим, и в этот момент мир становится проще, легче, ярче. В его объятиях я чувствую себя невесомой, будто он может унести меня куда угодно — и я готова следовать за ним, куда бы он ни повёл.

Проходим мимо спальни сразу же в зал, на диван. Его руки держат меня крепко, но бережно, словно я — самое ценное, что у него есть. Я прижимаюсь к его груди, слушая мерный стук сердца, и понимаю: это — мой покой.

И через мгновение я уже засыпаю в горячих объятиях моего демона‑искусителя. Обмякаю, погружаясь в сладкое царство сна. Его дыхание согревает мою шею, его руки надёжно укрывают меня от всех невзгод. В голове — ни одной тревожной мысли, только ощущение тепла, защищённости и странной, почти забытой гармонии.

Не знаю, что нам принесёт день грядущий, но я хочу запомнить это мгновение, когда мне очень‑очень хорошо. Хочу сохранить в памяти этот запах — его кожи, его волос, этот тихий шёпот ночи, этот покой в его объятиях. Хочу верить, что хотя бы на эту ночь всё — настоящее. И пусть завтра всё изменится, пусть мир снова станет сложным и запутанным, сейчас я просто счастлива.

Глава 12. Доброе утро

Просыпаюсь в объятиях Рика. Значит, весь вчерашний день — это точно был не сон.

Солнце только засияло на горизонте, рассыпая по полу робкие лучи — будто золотые нити, протянувшиеся сквозь полумрак комнаты. Рядом — мерное, жаркое дыхание моего демона‑искусителя. Его тело, словно раскалённая печь, прижимается ко мне со спины. Тепло проникает под кожу, разливается по венам, будит каждую клеточку.

Закрываю глаза, вслушиваюсь в это мгновение. В нём — тишина, нарушаемая лишь его дыханием. В нём — запах пачули и вишни, ставший уже почти родным, обволакивающим, как шёлковый кокон. В нём — странное чувство покоя, которое кажется, что я никогда не знала. Хочется, чтобы это мгновение не заканчивалось, чтобы время остановилось, а мир за пределами этой комнаты перестал существовать.