Разговор.

— Допустим, я тоже хочу разобраться с тем, что за мной охотятся все, кому не лень, — сказала я, откидываясь на спинку стула. — Начнём с простого. Вы живы. Я жива. Но почему-то в вашей смерти обвинили меня. Это ведь не случайность?

— Разумеется, нет.

Я невольно нахмурилась.

— То есть вы сами подстроили собственную смерть?

— Не совсем.

Лирсен провёл пальцами по перчаткам, лежащим на столе, словно проверял качество кожи.

— Я воспользовался обстоятельствами, которые были подстроены старыми знакомыми. В тот вечер погиб другой человек. Достаточно похожий и достаточно повреждённый после пожара, чтобы нужные люди увидели то, что должны были увидеть.

Внутри стало неприятно холодно.

— А меня сделали виновной.

— Вас уже было удобно обвинить.

Я тихо усмехнулась.

— Как мило. Оказывается, я просто удачно подвернулась.

— Вы были молодой вдовой с сомнительной репутацией, деньгами покойного мужа и слишком большим количеством врагов. К тому же гильдии требовалась очередная охота на ведьм.

Он произнёс это буднично, словно обсуждал погоду.

Я поняла, что он был частью той самой гнили, о которой столько говорили Эстер и Леонард. Только в отличие от многих этот умел ждать.

— Зачем? — спросила я. — Ради чего всё это?

Лирсен поднял на меня глаза.

— Ради власти, разумеется.

Арн неприятно усмехнулся.

— И ради справедливости.

Я посмотрела на него.

— Простите, вы сейчас серьёзно?

Его лицо исказилось.

— Из-за таких, как ты, умирают люди. Ведьмы, мнящие себя…

— Из-за таких, как я, люди выживают, — перебила я. — А вот из-за таких, как вы, пациент умер от удушья, хотя его можно было спасти.

Арн шагнул вперёд, а я невольно напряглась.

— Молчать!

— Нет уж, — выдохнула я, чувствуя, как злость наконец пробивается сквозь страх. — Вы первым начали разговор о смерти. Так давайте будем честны. В тот день вы не спасали человека. Вы растерялись. А потом решили, что виновата ведьма, потому что так проще.

Он побледнел ещё сильнее. Лирсен наблюдал за нами с лёгким интересом, словно сцена его забавляла.

— Осторожнее, Аделина. Арн болезненно относится к профессиональной критике.

— Заметно.

Арн дёрнулся, но Аббет снова остановил его одним жестом.

Я понимала, что перегибаю. Очень хорошо понимала. Но если они злятся, значит, теряют контроль. Если теряют контроль, значит, говорят лишнее.

А мне нужно было именно это. Время и информация.

Леонард придёт. Я знала это так же ясно, как знала, что после удара по голове нельзя резко вставать. Он придёт, даже если поймёт, что это ловушка. Особенно если поймёт, что это ловушка. И именно поэтому мне нужно сделать всё, чтобы к его появлению понимать хотя бы часть происходящего.

— Вы хотите, чтобы медицина оставалась на том же месте, где и сейчас, и люди зависели от вас? — спросила я, переводя взгляд обратно на Лирсена.

На этот раз его лицо изменилось.

— Любопытно, — произнёс он. — Вы понимаете больше, чем я ожидал.

— Вы просто недооцениваете женщин.

Он усмехнулся.

— Да. Теперь понимаю, почему Грейвис так вами дорожит. Хотя я знаю, что Леонард умеет дорожить только полезными людьми, — то, что он связался с ведьмой, странно. Я был уверен, что мы глубоко засели в его голове.

— Вы лгали себе. И, видимо, не в первый раз. Как по мне, это дурная привычка.

Я замолчала. Пламя свечи дрогнуло, вытягивая тени по стенам. Где-то за дверью скрипнула доска. Очень тихо, почти незаметно. Арн не услышал. Лирсен, кажется, тоже.

А я услышала, и всё внутри замерло. Я не знала, люди ли это Аббета или Леонард. Хотя и рассчитывала на второе. В любом случае, время разговоров скоро закончится.

В это время Лирсен медленно поднялся с дивана.

— Знаете, что самое забавное в Грейвисе?

Я не ответила. Он подошёл ближе, остановившись всего в паре шагов.

— Он слишком долго притворялся чудовищем. Настолько долго, что сам в это поверил. Потом слишком долго притворялся последователем гильдии. И в это он тоже поверил. Но стоило ему вернуться в Восточный квартал, как он снова стал верить, что вернулся в облик чудовища. Вот только он всегда был всего лишь человеком. Радеющим за своих людей человеком. А теперь у него появилась ещё одна слабость — вы. И он снова начал совершать человеческие ошибки.

Аббет наклонился.

— Например, планирует прийти сюда.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— А вы уверены, что это ошибка его, а не ваша?

Его улыбка стала чуть менее уверенной. Именно в этот момент снаружи раздался первый крик.

Леонард Грейвис

Я не сразу осознал, что уже стою на ногах, крепко сжимая рукоять меча. Сердце билось ровно, но где-то глубоко внутри поднималась холодная решимость человека, которому сообщили, что он может потерять нечто по-настоящему важное.

Эсол не стал тратить время на лишние объяснения. Он развернул карту, показал место и коротко изложил всё, что успел узнать.

— Мы войдём через задний вход, — наконец сказал я.

Эсол усмехнулся.

— Знал, что предложишь именно это.

Мы обошли склад по широкой дуге и вскоре оказались возле старых грузовых ворот. Дерево рассохлось от времени, металл покрылся ржавчиной. Со стороны казалось, что ими давно никто не пользовался.

Как только створка старых ворот приоткрылась, я понял, что нас заметят.

В складском помещении пахло сыростью, старым деревом и чем-то, что я не мог определить. Слишком много запахов. Через Восточный квартал проходили караваны с товарами. Между рядами ящиков царил полумрак. Свет проникал сюда лишь через редкие щели в стенах и отблески ламп, горевших где-то глубже внутри здания.

Мы успели пройти совсем немного.

Первым тревогу поднял молодой парень с арбалетом, который появился из-за штабеля ящиков.

Он открыл рот, собираясь закричать, но не успел. Я ударил его раньше. Рукоять меча встретилась с его лицом. Парень рухнул на пол вместе с арбалетом, даже не успев понять, что произошло.

Дальше мы встретились с запертой дверью. Замок оказался новым. Я провёл пальцами по холодному железу и переглянулся с Хилом.

Он понимающе кивнул. Эсол осторожно поддел механизм тонким ножом. Послышался негромкий щелчок.

Я первым шагнул внутрь. Мы успели пройти всего несколько шагов.

— У нас гости!

Крик прозвучал откуда-то справа. Сразу вслед за ним помещение ожило. Из-за штабелей ящиков появились вооружённые люди.

Первый противник атаковал неуверенно. Я отвёл его клинок в сторону и ударил локтем в грудь. Мужчина согнулся, потеряв дыхание, а затем получил удар рукоятью в висок.

Второй оказался опытнее. Он двигался быстрее и не спешил открываться. Несколько секунд между нами звенела сталь. Я чувствовал, как натягиваются мышцы в боку. Разошедшиеся швы напоминали о себе при каждом резком движении, но сейчас это не имело значения.

В конце концов противник допустил ошибку, когда слишком широко отвёл руку. Мой меч скользнул под его защиту и выбил оружие из пальцев. Мужчина отшатнулся назад.

Ух закончил с ним раньше, чем я успел сделать следующий шаг.

В подобных ситуациях я всегда считал себя неплохим бойцом. Но этой ночью меня удивлял Эсол.

Шут, глупец и мошенник с десятком лиц и сотней связей оказался умным, опасным и непредсказуемым. После увиденного я понял, почему Король дорог удерживал власть над западными трактами столько лет.

Он словно вода, которая находит дорогу там, где остальные видят только препятствия. Один из противников попытался ударить его сверху. Эсол уже находился сбоку.

Второй замахнулся ножом. Король дорог шагнул вперёд так плавно, что удар прошёл мимо, а его собственный клинок уже касался горла противника.

Казалось, он заранее знает, где окажется каждый человек через мгновение. В какой-то момент я поймал себя на том, что наблюдаю за ним вместо того, чтобы защищаться.