Вот теперь стало немного неловко. Потому что да — в моём сознании я всё ещё оставалась шестидесятидевятилетней женщиной, которая давно перестала воспринимать подобные вещи всерьёз.

Но тело-то было молодым и красивым. И, судя по взгляду Леонарда, очень даже желанным.

Я раздражённо затянула бинт ещё раз вокруг его талии и закрепила повязку.

— Завтра снова сделаю перевязку.

Он поднялся с кровати, медленно застёгивая рубашку.

— Как скажете, госпожа доктор.

— Что ты собираешься делать? — спросила я уже серьёзнее.

Леонард натянул жилет, взял перчатки и только потом ответил:

— Я собираюсь запустить альтернативный способ спасения Эстер. Сейчас поеду к своим людям, раздам указания. А вечером заеду за тобой.

— Зачем?

— Познакомлю с одним человеком.

Я внимательно посмотрела на него. После всего услышанного от Виолы я нарисовала себе картинку того, кем является Леонард. Но полностью расслабиться всё равно не получалось.

— Мне стоит опасаться? — всё-таки спросила я.

Он уже стоял у двери, обернулся и неожиданно спокойно произнёс:

— Твоя жизнь сейчас дороже моей. Так что нет, можешь не переживать.

После чего вышел, захлопнув за собой дверь.

А я осталась стоять посреди комнаты, совершенно не переживая. Леонард Грейвис не врал.

От Автора: Драгоценные читатели, инсайдерская информация: в ближайшее время у авторов нашего литмоба планируются скидки. Я буду к вам заглядывать во время этих акций и приносить свежую информацию. Кому интересно — забегайте, покупайте по выгодным ценам.

Переходите по ссылке — https:// /shrt/1Bdl

День прошёл в бесконечной суете.

Я спрятала волосы под повязкой, натянула простую одежду и отправилась помогать в монастырский госпиталь на кухне. Мы с Виолой решили придерживаться одной версии: если кто-то начнёт задавать вопросы, она скажет, что я заразна и нахожусь на карантине.

Поразительно, насколько быстро люди начинают держаться подальше, стоит только услышать слово «заразна». Хорошо, что я не попала во времена, где таких забивали камнями или замуровывали в домах.

К счастью, серьёзных гостей в тот день не было. В основном приходили прихожане, приносили еду, воду, новости, спрашивали о состоянии Эстер. Некоторые плакали. Многие обещали молиться за неё. Кто-то шёпотом пересказывал слухи о башне и предстоящей казни.

И на каждый вопрос у нас был один и тот же ответ:

— Мы пока ничего не знаем.

Хотя на деле мы просто ничего не могли сделать. Просто доверились Грейвису и ждали результата. Именно это сводило меня с ума больше всего. Бездействие.

Я обрабатывала раны, меняла повязки, осматривала детей, слушала кашель стариков, раздавала настойки и ловила себя на том, что думаю совершенно не о пациентах.

Все мысли были о том, что я совершенно ничего не делаю, пока мужчина с тёмными волосами и довольно опасным прошлым работает за всех.

Вечером, когда поток людей наконец иссяк, я вернулась к себе и начала переодеваться.

— Он мне не нравится, — в очередной раз заявила Виола, сидя на краю кровати и наблюдая, как я расчёсываю волосы.

Я тихо фыркнула.

— Мне он тоже не особо симпатичен. Но у него есть то, что нам нужно.

— Связи?

— Связи, власть, информация, — перечисляла я. — И способность делать то, чего не можем мы.

Виола недовольно поджала губы. Некоторое время в комнате стояла тишина. А потом она неожиданно сказала:

— Когда я зашла к тебе ночью… вы спали в обнимку.

Я чуть не выронила расчёску.

— Виола…

— Нет, правда. Если бы я не знала, что это он, это даже казалось бы милым.

— Я вчера была в таком состоянии, что уснула бы даже на полу в обнимку с табуреткой.

— Угу. Вот только табуретка случайно не обнимает в ответ.

Я возмутилась, но почему-то начала оправдываться.

— Вообще-то я засыпала на краю кровати, — пробормотала я. — Всё остальное произошло во сне. Не могу же я себя контролировать.

— Ну да, я видела.

Я резко подняла голову.

— Видела?!

— Конечно. Я вообще-то пыталась выгнать льва из твоей комнаты.

Я удивлённо изогнула бровь.

— И?

— И он отказался уходить.

Несколько секунд я просто молчала. А потом невольно усмехнулась.

Я уже поняла, что этому мужчине никто не приказывает.

Виола сидела с совершенно невинным выражением лица. Хотя взгляд выдавал тревогу. Но, несмотря на тревогу и заботу, она нарушала границы, и я решила намекнуть. Вот только вместо слов сложила руки на груди и изогнула бровь, как делала, когда была недовольна.

— Да ладно тебе, Дэль, — вздохнула Виола. — Я же за тебя переживаю. Не ты первая и не ты последняя, кто запал на его внешность.

— Запала на внешность? — переспросила я с таким возмущением, будто меня смертельно оскорбили. — Напоминаю, этот мужчина вообще-то охотился за мной.

— А теперь спасает.

— Использует в своих целях.

— Ты сама сказала, что цели благородные.

Я раздражённо закатила глаза. Действительно сказала. Не вдаваясь в подробности, конечно, но сказала.

— Виола, я ему не доверяю. Так же, как и раньше.

Это была ложь. Но Виоле совершенно необязательно знать об этом. Я ещё сама не решила, доверяю ли ему на сто процентов. И если доверяю, то почему.

— Куда вы вообще поедете? — спросила она.

Я пожала плечами.

— К какому-то врачу. Леонард хочет, чтобы мою работу посмотрели.

— Что это значит?

— Без понятия. — Я начала собирать волосы. — Он сказал, что у него есть определённый план. И для этого ему нужна я.

Виола задумчиво нахмурилась.

— Эстер тоже всегда хотела изменить этот мир.

Я встретилась с ней взглядом.

— Да. Только, кажется, они с Леонардом слишком поздно нашли друг друга.

— Потому что великий и ужасный лев никого не посвящает в свои планы, — пробормотала Виола. — И, конечно же, никому не доверяет.

Я тихо усмехнулась.

— Теперь у него нет выбора. Он мне должен.

— Его единственная слабость, — хитро заметила она.

— Ахиллесова пята, которая мне очень нравится, — фыркнула я.

Виола понимающе кивнула. А затем вдруг прищурилась, глядя, как я поправляю ворот рубашки.

— Ты слишком стараешься хорошо выглядеть.

Я замерла.

— Что?

— Дэль, ты уже третий раз поправляешь волосы.

— Потому что они мешают!

— Угу. И именно поэтому ты выбрала рубашку без пятен от лекарств.

Я возмущённо открыла рот. Она довольно улыбнулась и направилась к двери.

— Виола…

— Не переживай, — невинно бросила она. — Ты очень красивая. Даже с синяками под глазами. А если Леонард Грейвис обидит тебя, я сломаю ему шею. Ты научила меня, как это делать.

После чего захлопнула дверь прежде, чем я успела кинуть в неё расчёской.

Я раздражённо выдохнула. А потом поймала своё отражение в мутном стекле.

И… чёрт возьми. Она была права. Мне действительно хотелось выглядеть лучше.

Потому что опухшее лицо, усталость и синяки под глазами — последнее, что хочет видеть молодая и красивая женщина в отражении.

Я уже и забыла, как это — быть молодой.

Когда к монастырю вечером подъехала карета, я вышла вместе с несколькими послушницами, чтобы со стороны нельзя было понять, кто именно садится внутрь.

Леонард уже ждал меня.

Полумрак кареты скрывал часть лица, но даже так я заметила, насколько он всё ещё бледен.

И насколько упрямо делает вид, что всё прекрасно.

— Учти, — произнёс он, когда карета тронулась, — человек, к которому мы едем, очень строгий и требовательный.

Я спокойно устроилась напротив.

— Учти, я тоже.

Уголок его губ дёрнулся в лёгкой усмешке. А потом карета медленно покатилась по тёмным улицам города.

От Автора: Драгоценные читатели, снова к вам с инфой 🤫 Сегодня скидка у Властелины Богатовой

https:// /shrt/W29d