Настя продолжила путь в процедурную, лучшее, что она может сейчас сделать для душевного спокойствия—занять руки привычной работой. Не успела она разложить инструменты и подготовить перевязочные материалы, как в процедурную ворвался Богдан.

— Настя, собирайся, пошли в диагностику.—Его состояние тоже было далеко от спокойного. Настя улавливала волны негодования, который расходились от его большого тела во все стороны, буквально электризую воздух.

— Богдан Тахирович, минутку, надо вызвать медсестру, я подготовила все для перевязок.

— Да, конечно, я сейчас попрошу Веру Павловну прислать Марию. У нее хорошие руки.—Богдан так же стремительно вышел.

Настя задумчиво смотрела на дверь. Еще несколько дней назад она бы испугалась, увидев Богдана в таком состоянии, сейчас же ей отчаянно хотелось обнять его, погладить по напряженной спине, успокоить, приласкать.

В процедурную тихо вошла Мария, всегда улыбчивая девушка, сейчас была поникшая, как полевой цветок, который сорвали, и долго крутила в руках. Насте захотелось ее подбодрить.

— Проходите, Мария, я все подготовила!—Настя спокойно улыбнулась.—Богдан Тахирович похвалил ваши руки, уверена, вы сделаете все лучше меня.

— Спасибо, Анастасия Игоревна! Вы, как луч солнца среди бури!

— Не расстраивайтесь! Бури проходят, пациенты остаются, ну я побежала, заставлять начальство ждать не лучшая идея!

Мария скромно улыбнулась, она немного успокоилась, похвала и ласковое слово универсальное средство.

Настя догнала Богдана в коридоре, негативная энергия требовала выхода. Он подхватил ее под руку и буквально, как на буксире потянул к выходу из отделения.

— Быстрее, Тася, на лестницу!

— Мы разве опаздываем, Богдан Тахирович?

— Без разговоров.

Они на всех порах влетели на лестничную клетку и буквально пролетели половину пролета, когда на промежуточном марше Богдан подхватил ее молниеносным движением. Настю окатило предвкушением, она сцепила руки на его шее, а ногами обхватила за бедра. Жадные, горячие губы накрыли ее. Безумие, они целовались, наслаждаясь друг другом на лестничной клетке, как подростки, вырвавшиеся из-под надзора строгих родителей.

— Тася…Какая же ты! Сладкая, моя…—Богдан шумно дышал, покрывая ее лицо и шею беспорядочными легкими поцелуями.—Не могу удержатся…

Настя и сама не отставала, отчаянно гладя его по спине, вороша волосы, наслаждаясь теплом его тела. Возбуждение, яркое, тянущее, разрывало тело на части, грозя вырваться из под контроля.

— Богдан, нас увидят…постой.

— Не могу, Тася, дай надышаться тобой…

Они замерли, крепко обнимая друг друга, синхронизируя сердцебиения. Настя поняла, что Богдан больше не раздражен…он стоял, держа ее на весу и просто дышал, но больше не злился. Тело расслабилось, он как будто медитировал, уткнувшись большой головой в ее шею. А еще Настя поняла, что он был осторожен, его колючие щеки аккуратно касались ее нежной кожи. Такая трогательная забота поразила ее в самое сердце. Как она только могла подумать оказаться от попытки быть с ним. Неважно, что будет потом, сейчас ей было так хорошо, что любые возможные испытания казались несущественными.

— Все, теперь я готов к новым свершениям!—Богдан медленно поставил ее на пол, но из объятий так и не выпустил. Поцеловав ее в макушку, он разжал объятия. Насте сразу стало холодно. Какой же он теплый! Как вулкан! Горячий, взрывной, но такой необходимый!

— Пошли, Тася…

Они больше никуда не спешили, спокойно спустились до нужного этажа и вышли к длинному переходу в диагностический корпус. По дороге они не разговаривали, но этого и не требовалась, молчание было уютным и комфортным, Настя чувствовала его рядом и это придавало уверенности. Ее личный змей Горыныч решит любые проблемы.

В отделении диагностики было многолюдно. Около каждого кабинета сидели в ожидании по несколько человек, по коридору проносились врачи и медсестры. Жизнь бурлила! Равномерный гул тихих голосов создавал монотонный шум, прерываемый, хлопками дверей.

Около их кабинета сидело четверо. Ближе всех к двери—грустная женщина с молодым, бледным парнем, за ними пожилой мужчина, уткнувшийся в какой-то журнал, дальше крупная женщина с яркими красными пятнами, на круглых щеках. Богдан мельком взглянул на ожидающих и, пропустив Настю вперед, тихо обратился ко всем сразу:

— Вызывать буду по фамилиям, приготовьте талоны и отдайте ординатору, когда она выйдет.

Мужчина встрепенулся, оторвавшись от журнала:

— Разве не по времени? Я записан на самое ранее!

— Нет, вызвать буду в том порядке, как решу сам, если что-то не устраивает—обращайтесь к администратору!—Настя услышала голос Богдана и удивилась стальным ноткам, которые сразу пресекали любые попытки недовольства.

Он прикрыл дверь кабинета и обратился к ней.

— Присаживайся за стол, будешь заполнять электронные формы. Загрузи систему, она может подтупливать. Потом собери талончики.—Подойдя к раковине, Богдан тщательно вымыл руки.

Настя, ожидая пока загрузится программа, решило удовлетворить любопытство:

— Богдан Тахирович, а почему вы будите вызывать пациентов не по времени?

— Понимаешь, Тась, на прием отводится равное количество времени, но проблемы у всех разные. Да и состояние у всех разное. Например, женщине, которая скорее всего последняя в очереди, требуется более срочная помощь, чем мужчине, который записан первый. А с матерью и юношей разговор будет долгий, их мы осмотрим последними.

— Но как ты это понял? Ты же даже их еще не осматривал?—Настя настолько удивилась, что забыла о субординации, которую надо соблюдать на приеме.

— Опыт, Тась…У тебя загрузилась система?

— Да, пошла за талонами.

Настя вышла из кабинета и собрала талоны. Богдан правильно все предсказал, первым был записан мужчина, за ним юноша, а женщина была последней. Сложив талоны на столе она вопросительно посмотрела на Богдана:

— Вызываю женщину?

— Да

Первое, что поразило Настю, все пациенты были не случайные. Они долго ждали приема именно к Давыдову. У женщины, как и сказал Богдан, были показания к экстренной госпитализации. Он выдал направление и рекомендации ложиться сразу, не тянуть время с поездкой домой за вещами, пусть об этом позаботятся родственники. Настя оперативно заполнила электронные формы и вызвала санитаров. Женщину увезли на каталке, в отделение. Далее уже медсестры позаботятся взять необходимые дополнительные анализы и начнётся подготовка. Операцию Богдан назначил через день.

Следом зашел мужчина, раздраженный и возмущенный долгим ожиданием.

— Никуда не годится, везде бардак!

— Если вас что-то не устраивает, можете обратится к другому врачу.—Спокойно парировал Богдан.

— Я ждал приема именно к вам! Не нужен мне другой врач!

— Если вам нужен именно я, прошу соблюдать мои правила.

Мужчина все еще недовольный сел на кушетку.

— Вас направили к нам на плановую операцию по замене клапана сердца.

— Все верно! Мой кардиолог рекомендовал именно вас, как оперирующего хирурга.

— А еще ваш кардиолог рекомендовал вам воздержаться от приема алкоголя, как минимум на две недели перед операцией!

— Я следовал его рекомендациям! Мои анализы в норме!

— Простите, но Вы врете! Я не подпишу направление сегодня. Приходите через две недели, когда действительно выдержите рекомендованный срок.—Богдан был абсолютно спокоен, тогда как мужчина возмущенно надулся и опасно покраснел.

— Что вы себе позволяете? Я буду жаловаться!!! Это возмутительно!!!

— Не стоит так нервничать, это лишнее в вашем случае. Соблюдайте рекомендации и возвращайтесь действительно подготовленным.

Настя, пораженная диалогом, поочередно смотрела, то на Богдана, то на мужчину. Ситуация неоднозначная. Мужчина явно этого так не оставит. Он уже позволил себе разговаривать на повышенных тонах. Богдан, своим непробиваемым спокойствием провоцировал его к еще более бурной реакции.

— Я так этого не оставлю!!!—Мужчина вскочил и бросился к двери, тихий голос Богдана остановил его, когда он уже схватился за ручку.