— Куда! Не дергайся!

— Богдан Тахирович… не удобно же, медсестра на посту увидит!

— Не удобно, Настя нарушать правила!

— Да какие правила я опять нарушила!—Настя резко остановилась, вернее попыталась. Богдан останавливаться не собирался, и под руку держал ее крепко.—Стойте, вы! Не надо меня волочь!!!

— Не кричи! Если не хочешь действительно привлечь внимание медсестры. Пока она сосредоточена на ленте в соцсетях.

Тихо препираясь, они ввалились в кабинет. Богдан подтолкнул Настя к стулу, сам же привычно уселся об угол стола.

— А теперь рассказывай!

— Что?

— Что послужило причиной того, что от тебя за километр пасет табаком и пошлым мужским парфюмом?—Богдан злился и даже не пытался это скрыть!

— Не понимаю о чем вы…—Настя устала, ее второй раз за последние несколько часов насильно куда-то тащили, причем весьма чувствительно, скорее всего останутся синяки. Теперь еще и предъявляют странное…Она вообще не чувствовала посторонних запахов от себя…Богдан же вроде не приближался, так что бы обнюхать ее. Странный день, странные разговоры…не правильный, но такой желанный поцелуй…

— Настя, я же сказал—почую! Будем считать ты проверила, правду я говорю или нет. Убедилась?

— Да не проверяла я ничего!!! По дороге в учебный корпус встретила бывшего сокурсника. Все. Почему я вообще должна перед вами оправдываться?—Она начала раздражаться…ну что за дебильные правила…

— Возможно…что за сокурсник такой, который ходит в больницу благоухая, как парфюмерный магазин.

— Обычный сокурсник, не заметила, что бы от него так уж сильно пахло, это у вас какая-то фобия…

— Обычный сокурсник, которым ты пропахла с головы до ног…

— Вы переходите все границы, Богдан Тахирович!—Она подскочила и вылетела из кабинета, громко хлопнув дверь. Хлопок скомпенсировал доводчик, но звук все равно получился довольно громким, особенно в тишине коридора.

— Анастасия Игоревна, что случилось?—Новенькая медсестра, Алина, подскочила со своего места и испуганно озиралась по сторонам.

— Все хорошо, Алина. Магнитные бури, просто.

Настя скрылась в ординаторской. Максим уже ушел, по стенам комнаты блуждали тени деревьев, под ровным светом уличных фонарей. В комнате не было темно, город давал слишком много света, уличные фонари, фары машин, огни рекламы. Настя зажгла настольную лампу и развернула её к стене. Уютный желтый свет успокаивал. Она решила заварить себе чай и перекусить булочкой.

Подкрепившись, Настя устроилась с ногами на диване. Спать хотелось жутко…Мысли текли лениво и неповоротливо. Наблюдая за танцем теней Настя не заметила, как веки опустились и она постепенно расслабилась. Голова опустилась на мягкий подлокотник, а сама она вытянулась на сиденье.

Дрема неглубокая, вязкая, скорее тревожная, чем расслабленная. Но даже такой полу-сон, полу-явь помогали восстановить силы. В какой-то момент, Настя поняла что замерзла, она постаралась сжаться в комок, в попытках согреться. Внезапно ее осторожно накрыл теплый плед. А потом послышался мягкий, бархатистый голос: «Отдохни, малыш…я беру дозор на себя». Стало так уютно, тепло и спокойно, что Настя уснула глубоко и без сновидений.

Пока ее не разбудила Алина…

— Анастасия Игоревна, просыпайте, срочно!! Богдан Тахирович в первую палату вызывает!!!

Настя рывком села на кровати, ноги запутались в пледе. Она не проснулась, но тело уже порывалось куда-то бежать. Проведя рукой по глазам, она часто моргала, пытаясь придти в себя.

— Да-да, бегу!! Я бегу!!

Алина, новенькая молодая медсестра, несмотря на полноту, была очень проворная. Да и полнота ее была не рыхлая, а упругая, аппетитная. Вся она была аппетитная. Светлая, румяная, с мочками на щеках. Женственная фигура с яркими формами, она была очень подвижная и быстрая.

Вера Павловна, после первого дня на работе, очень расхваливала Алину. И умелая и не конфликтная, прелесть просто, а не работник!

Настя спешила по коридору, пытаясь сбросить остатки сна. В палату она влетела сразу за Алиной.

Богдан стоял у изголовья кровати на которой лежала пожилая женщина. Он внимательно изучал листы назначения. Настя, стараясь не шуметь, подошла к Богдану. Общий свет в палате не зажигали, чтобы не беспокоить остальных больных, свет давала только небольшая настенная лампа в зоне изголовья.

— Анастасия Игоревна, пациентка пожаловать на учащенное сердцебиение и высокий пульс, что можете сказать?—Богдан говорил тихо, оторвавшись от бумаг он внимательно смотрел на Настю.—Алина Евгеньевна, прошу вас подождать на посту. Мы скоро подойдем.

Настя посмотрела на женщину, бледное лицо в испарине, глаза прикрыты, дыхание затруднённое. Он взяла бумаги из рук Богдана.

Пациентка Алексея Ивановича. Перенесла эндоваскулярное протезирование, операция плановая. Мониторинг в палате интенсивной терапии показывал стабильные показатели, операция прошла успешно. После вмешательства были назначены бета-блокаторы и антикоагулянты. Все стандартно.

— Назначенные препараты дали сбой…Хотя дозировки подобрали, за последний день пульс и давление были стабильны.—Настя рассуждала в слух.

— Что послужило причиной?—стальной голос, Богдан хотел не рассуждений, а точных ответов.

Настя пробегала глазами столбики цифр, результаты анализов, историю назначений, корректировки, все по протоколу. Взгляд зацепился за уровень триглицеридов. В анамнезе, пациентка уже долгое время принимала бета-блокаторы, что привело к значительному повышению их уровня. Однако, по последнему анализу уровень снизился. Совсем немного, в рамках общей погрешности, но Настя это увидела.

— Странно…дозировку блокаторов увеличили почти вдвое, показатели триглицеридов должны увеличиваться, а они на дооперационном уровне, даже чуть ниже…—Настя задумчиво теребила выбившуюся прядь.

— Что нам это говорит?—мужчина был явно доволен Настиной внимательностью.

— Дозировка блокаторов понизилась…Но этого не может быть, в назначениях указана правильная доза.

— Умница! Абсолютно верно оценила состояние!—Богдан аккуратно тронул женщину за плечо.—Нина Ивановна, как вы сейчас себя чувствуете.

Старушка медленно открыла глаза, когда-то давно они были яркие, сейчас же потускнели. Седые короткие волосы окружали лицо, покрытое сеткой морщин. Старушка уже не была такой бледной, как при Настилом появлении.

— Лучше доктор, лучше…

— Ну и славно…постарайтесь заснуть. Сейчас глубокая ночь.

— Да, доктор, постараюсь, а вы мою дочку не видели? Светленькая такая девочка, ей семь лет, она может испугаться, потеряв меня!—Нина Ивановна с надеждой смотрела на Богдана.

— Отдыхайте, а мы пойдем поищем Вашу дочку, за мной, Анастасия Игоревна!—мужчина подхватил Настю под руку и вывел из палаты.

Настя только и успела, что удивленно посмотреть на Нину Ивановну.

— Какую дочку искать, Богдан Тахирович? Пациентке семьдесят пять лет…Я не понимаю?

— Пойдем ка на пост, там нас Алина уже заждалась!

Медсестра взволновано вскочила со своего места.

— Как Нина Ивановна? Я уж думала реанимацию вызывать…

— Все стабильно, а теперь ответь-ка мне на несколько вопросов…Ты не замечала странностей за нашей пациенткой? Может она говорила что-то? Или путалась в событиях?

Настя удивленно посмотрела на Богдана. К чему он ведет? Непонятно…

— Ой, да! Знаете, заметила…как раз моя первая смена была, ее только из реанимации перевели. Нина Ивановна все про дочку свою спрашивала…Я подумала, что перепутала с внучкой…у моей башку как бывает, вечно путает меня и маму!

— А когда вы сегодня разносили таблетки, она при вас их приняла?

— Нет, у нее воды у кровати не было. Она как раз собиралась за чаем, ну и воды заодно набрать.

— То есть вы точно сказать не можете приняла она таблетки или нет?

— Ну…я когда вечером обход делала, таблеток на тумбочке не было, я решила, что она приняла их…