— Нет, — Ян резко отвернулся. — Он — это то, что случается, когда я теряю контроль.

Он ушел, не оборачиваясь, оставив меня в полном недоумении.

После пары мы с Ликой решили не идти в столовую — слова анонима про «лишние уши» всё еще звенели в голове. Мы вышли через черный ход, решив прогуляться по парку за старым корпусом, где обычно тишина и только редкие курильщики.

Но тишины не было.

Едва мы свернули за угол кирпичного здания склада, до нас донесся глухой удар и тяжелое, хриплое дыхание.

— Твою мать, опять разборки? — прошептала Лика, хватая меня за рукав. — Лер, уйдем отсюда.

— Стой, — я замерла. Голос, который раздался следом, я бы узнала из тысячи.

— Еще раз, Дима. Еще раз ты появишься на моем горизонте — и я забуду, что мы когда-то делили одну парту.

Мы с Ликой синхронно нырнули за штабель старых поддонов. Я осторожно выглянула.

Там, в пыли между гаражами, разыгрывалась сцена из боевика. Ян, со сбитыми в кровь костяшками пальцев, прижимал к стене того самого парня в капюшоне. Капюшон слетел, и я впервые четко увидела его лицо: сероватые глаза, острый нос и тот самый шрам над губой, который сейчас разошелся, наполняясь кровью.

— Снова пытаешься лезть в мою жизнь? — Ян ударил кулаком в стену прямо над головой Димы, так что бетонная крошка посыпалась тому на плечи. — Типа помочь? Убирайся с моей территории!

Дима сплюнул кровь на асфальт, даже не моргнув.

— Территория? Ты думаешь, люди — это твоя собственность, Игрунов? Как Алина была?

Ян схватил его за воротник куртки, встряхивая так, что голова Димы ударилась о кирпич. Его лицо исказилось от ярости, которую он никогда не показывал в универе.

— Не смей произносить её имя! — прорычал Ян. — Ты всё испортил один раз. Больше я тебе не позволю. Еще раз увижу тебя рядом с Лерой... клянусь, я тебя убью. Слышишь? Убью!

— Она не такая, как Алина, Ян, — тихо, почти ласково произнес Дима, глядя сквозь него. — Она тебя не боится. И это тебя бесит, верно?

Ян резко оттолкнул его. Дима пошатнулся, но устоял на ногах. Игрунов тяжело дышал, поправляя растерзанный воротник рубашки. Он выглядел как зверь, загнанный в угол собственной памятью.

— Проваливай, — бросил Ян, отворачиваясь. — Пока я не передумал.

Дима медленно вытер кровь с губы рукавом, поправил капюшон и... посмотрел прямо в сторону нашего укрытия. На секунду мне показалось, что он подмигнул мне сквозь щель в поддонах.

Когда Ян ушел, чеканя шаг, а Дима растворился в тенях деревьев, Лика наконец-то выдохнула.

— Лер... ты слышала? Алина. Кто это, черт возьми? И почему Ян так за тебя трясется, что готов убить своего старого знакомого?

Я вышла из-за поддонов, глядя на пятна крови на асфальте.

— Кажется, — я сжала кулаки, — я — это его второй шанс не совершить ту же ошибку, что была с Алиной. Или его новый способ всё разрушить.

Я стояла посреди пустого двора, глядя на пятна крови на асфальте, когда телефон в кармане коротко пискнул. Пальцы дрожали, когда я доставала его.

Уведомление от «Неизвестного».

Дима: «Алина — это мертвая бывшая девушка Яна. Это всё, что тебе нужно знать».

Я замерла. Воздух в легких будто превратился в лед. Я начала быстро строчить ответ, сердце колотилось в горле:

Я: «Что значит мертвая?! Дима, стой! Что произошло? Почему ты мне это говоришь?!»

Нажала «отправить».

Сообщение не доставлено.

Я попробовала еще раз. Красный восклицательный знак. Я зашла в профиль — фото исчезло, статус пуст.

— Заблокировал... — прошептала я, опуская руку с телефоном.

— Лер? Ты чего побледнела? — Лика подошла ближе, заглядывая мне в лицо. — Что он написал?

Я молча протянула ей телефон. Лика прочитала строчку, и её глаза округлились. Она прикрыла рот ладонью, издав тихий всхлип.

— О господи... Мертвая? Лер, это же...

Я вспомнила взгляд Яна в музее, когда он смотрел на мать. Вспомнила его ярость за гаражами. Его слова: «Он — это то, что случается, когда я теряю контроль».

— Теперь понятно, почему он так трясется над «территорией», — я сжала телефон так крепко, что экран жалобно хрустнул под пальцами. — Он не меня защищает. Он пытается исправить то, что не смог сделать для неё. Или... он винит Диму в её смерти.

— Или Дима винит его, — добавила Лика, озираясь по сторонам. — Пошли отсюда. Мне кажется, из каждого окна на нас смотрят призраки этой Алины.

Мы почти бегом вернулись в общагу. В комнате я сразу подошла к окну. Внизу, у входа, стояла та самая черная машина Яна. Он не уехал на свой «важный ужин». Он сидел внутри, я видела красный огонек сигареты в полумраке салона.

Он ждал.

— Он знает, что Дима мог мне написать, — я отошла от окна, задергивая шторы. — Он пришел проверить, знаю ли я.

— И что ты будешь делать? — Лика присела на кровать, обхватив плечи руками. — Спросишь его прямо?

— Нет, — я посмотрела на свою татуировку змеи. — Если я спрошу сейчас, он закроется окончательно. Мне нужно, чтобы он сам сломался. Чтобы этот его идеальный фасад рухнул до основания.

Глава 13

— ...и поэтому наш факультет архитектуры и дизайна обязан показать класс! День Спорта — это престиж вуза! Флешмоб должен быть массовым, дерзким и... молодежным! — он вытер лоб платком. — Ответственные за постановку — Ян Игрунов и... Валерия Руднева.

По залу пронесся гул, похожий на рой рассерженных ос. Я едва не свалилась со стула.

— Что?! — прошипела Лика рядом. — Он серьезно? Вас двоих в одну упряжку? Это же как смешать бензин с открытым огнем!

Я посмотрела на первый ряд. Ян сидел, откинувшись на спинку кресла, и медленно повернул голову в мою сторону. Его лицо было непроницаемым, но в глазах застыл холод вчерашнего вечера. Он знал, что я знаю. И теперь нам нужно было... танцевать?

— Это будет катастрофа, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Это будет шоу! — Лика азартно потерла ладони. — Лер, ты представляешь? Весь поток будет смотреть, как вы пытаетесь не поубивать друг друга во время репетиций. Я в деле! Чур, я стою в первой линии рядом с тобой!

Через час мы уже были в спортзале. Около пятидесяти студентов стояли в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу.

Ян вышел в центр, сбросив куртку. На нем была простая черная майка, открывающая крепкие плечи. Он выглядел так, будто не спал всю ночь.

— Так, слушаем сюда, — его голос эхом отразился от высоких потолков. — Я не танцор, и вы тоже. Поэтому мы не будем делать розовые сопли. Будет жесткий бит, четкие движения. Руднева, иди сюда.

Я медленно подошла, ловя на себе взгляды Кристины и её прихвостней. Они кучковались в углу, прожигая меня дырами.

— Становись справа от меня, — Ян схватил меня за локоть и потянул на середину зала. — Ты будешь ведущей парой.

— Я не просилась в ведущие, Игрунов, — я попыталась высвободиться, но он сжал крепче.

— Ты в игре, Снежинка. Хочешь ты этого или нет, — прошептал он мне на ухо, так что волоски на затылке встали дыбом. — И раз уж ты теперь знаешь слишком много... считай это твоим наказанием.

Он включил колонку. Тяжелый, агрессивный бас ударил по ушам.

— Первое движение — выпад вперед и захват! — скомандовал Ян.

Он резко шагнул ко мне, хватая за талию и разворачивая к себе. В этот момент я увидела его глаза вблизи. В них не было желания танцевать. В них была отчаянная попытка забыться.

— Раз, два, три... — шептал он, ведя меня в ритме. — Не смотри по сторонам. Смотри на меня.

А в это время в дверях спортзала я снова заметила знакомый силуэт. Дима стоял там, прислонившись к косяку, и молча наблюдал, как «убийца» танцует с «тенью».

— Лика, начинай связку! — крикнула я, пытаясь отвлечься от тяжелого взгляда Яна.

Лика вылетела в центр, делая колесо и заставляя парней свистеть. Атмосфера в зале накалялась.

Ян снова попытался схватить меня за плечо, чтобы показать какую-то пафосную и медленную связку, похожую на похоронный марш.