Я видела, как его глаза сузились. Спокойствие исчезло, сменившись холодной, расчетливой злобой.

— Ошибаешься, землянка, — его голос стал тише и опаснее. — Ты нам все равно поможешь. Так или иначе. Я не хотел прибегать к крайним мерам, но ты сама меня вынуждаешь.

Он резко кивнул стоявшим у входа охранникам.

— Взять ее.

Двое мужчин в имперской форме шагнули ко мне. Я отшатнулась, попыталась вырваться, но мои силы были ничтожны по сравнению с их бронированными мускулами. Они грубо схватили меня за руки, оторвали от кушетки. Один из них резко заломил мне руку за спину, боль пронзила плечо.

Я яростно молча боролась, понимая, что крики бесполезны, но их хватка была беспощадно жесткой, как стальные тиски. Все чего я добилась, это нового удара под ребра и более жесткого захвата за шею. Они меня почти придушили.

Ксавьер спокойно наблюдал за этим с тем же холодным выражением лица.

— Успокойте ее, — коротко приказал он.

Тут же к моему плечу прижали что-то твердое, а затем все тело пронзила короткая вспышка боли. Холодный огонь разлился по венам.

Тьма снова накрыла с головой.

Сознание вернулось внезапно, с ощущением холода и тяжести в конечностях. Я стояла посреди незнакомого ангара, скованная, беззащитная. Меня еще раз жестко встряхнули, чтобы окончательно привести в себя.

Странное ощущение. Я чувствовала свое тело, но одновременно не могла им пошевелить, и язык будто отнялся. Я не могла произнести ни звука.

А потом я увидела… Ауро.

Он вошел через открывшийся проход и теперь шел прямо к нам. Уверенно и твердо. А у меня глаза защипало от подступивших слез.

Черный Зодиак. Ауро. Теневой император пришел за своей землянкой… За мной…

Его верс был спокоен, но я чувствовала исходящее от него напряжение. Его багровый пылающий взгляд нашел меня. И сердце сжалось еще сильнее.

Он пришел за мной! Рискнул всем, но пришел!

Добровольно шагнул в эту ловушку. Ради меня.

А потом Ксавьер приказал ему встать на ту пугающую платформу.

«Нет!», — пытался крикнуть ему мой взгляд. «Не делай этого. Они уничтожат тебя!».

Но Ауро смотрел на меня, и в его глазах я видела только холодную мрачную решимость. Видела, какая буря пылает в глубине его глаз, когда собрался сделать последний шаг в захлопывающуюся ловушку.

Обреченная слеза скатилась по моей щеке. Этот ужас я точно никогда не забуду. Сейчас он погибнет! Из-за меня!

В ушах нарастал какой-то глухой гул. И я уже почти не слышала, как Ксавьер потребовал, чтобы Ауро снял свой верс. В глазах тоже странно потемнело.

А я все смотрела только на него, не в силах оторвать глаз от этого кошмарного зрелища. Понимала, что возможно вижу его в последний раз.

Неужели все так и закончится? Неужели они выиграли? И он сделает и это? Потому что я в их руках. Потому что я его слабость.

И в этот момент я возненавидела себя за это сильнее, чем когда-либо ненавидела их. Попробовала рвануться всем телом, но оно не слушалось.

Слабость! Я слабость! Как же все безнадежно и глупо получилось… А я так и не сказала ему, что я…

Ауро вдруг едва заметно усмехнулся. Это был не тот знакомый насмешливый или довольный изгиб губ.

Это был оскал. Звериный, смертоносный оскал, от которого кровь стыла в жилах. Но, несмотря на это, он медленно поднял руку к застежке на груди, не отрывая взгляда теперь уже от Ксавьера. Вот он расстегнул свой верс…

Нет! Боже мой! Нет!

Мысль пронеслась в голове оглушительной волной паники. Он не может. Без верса он… Я не знала, что именно будет, но понимала, что это чистейшее самоубийство. Он обнажает себя перед врагом. Ради меня.

И в этот миг Ксавьер незаметно наклонился ко мне. Его дыхание коснулось уха, а шепот был таким ледяным и четким, что каждое слово впивалось в мозг, несмотря на непрекращающийся противный гул.

— Вот и твой момент настал, Виталина.

Не успела даже испугаться. Что-то холодное и твердое с резким гудением прижалось к моей шее, чуть ниже уха. Не игла. Не шприц. Незнакомый металлический тупой наконечник, вроде дула пистолета.

Я бросила испуганный взгляд на Ауро.

И в этот миг весь мир содрогнулся. Беззвучно и страшно.

Свет исчез. Его буквально смело, поглотило плеснувшей во все стороны от Ауро чернотой.

Она вобрала в себя всё, оставляя лишь два пылающих кровавых светила в вибрирующей тьме, пожравшей всех в этом помещении. Его глаза…

А затем меня с силой швырнуло назад, как щепку в урагане.

Воздух вырвало из легких. Моё тело протащило по холодному полу, и я ударилась обо что-то твердое.

В ушах стоял оглушительный звон, сквозь который прорывался треск ломающегося металла, хруст костей и нечеловеческий рев, вобравший в себя всю ярость и боль этого мира…

Снять верс? Мысленно Ауро усмехнулся, не отрывая взгляда от Ксавьера.

Странная просьба. Отчаяние? Глупость?

Его верс был барьером, да, но не щитом. Его сила была в нем самом, а не в умной ткани.

Эта уловка ничего не меняла. Еще пара мгновений — и сигнал братьев позволит ему действовать.

Ауро на секунду перевел взгляд на Виту, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

И оцепенел, мгновенно осознав движение Ксавьера…

Помощник императора прижимал к шее Виты, прямо к сонной артерии, небольшой металлический цилиндр.

Ауро узнал предмет сразу. Нейро-шокер ближнего действия. Оружие, не оставляющее следов, но способное за секунду превратить мозг в подобие вареного яйца.

Молниеносно считал движение Ксавьера. Тот не угрожал. Он готов был действовать.

Расчетливый, предательский удар.

Не по Ауро.

По ней.

Время замедлилось.

Мысленный анализ, планирование, контроль — все это испарилось, сгорело в одно мгновение.

Остался лишь инстинкт, древний и неумолимый.

Не успеваю!

Ауро физически не успевал пересечь расстояние между ними, вырвать ее из его рук и обезвредить Ксавьера.

Никакая скорость в этом мире не спасла бы ее.

Ничто, кроме…

… кроме той самой силы, которую он так тщательно сдерживал, боясь задеть ее.

Действовать!

Немедленно! Прямо сейчас!

Палец Ксавьера уже придавливал кнопку активации, когда Ауро выпустил силу.

Единственный, безумный шанс, за мгновения до того, когда уже ничего было бы не исправить.

Выброс. Направленный, абсолютно неуправляемый сброс всего, что копилось в нем за эти минуты, часы, дни — ярости, страха, бешеного, животного желания защитить свою женщину.

Свет в ангаре погас, поглощенный волной чистой энергии, хлынувшей во все стороны от него.

Нет. Это наступила не тьма.

Ангар заполнило чистое ничто.

Абсолютная чернота.

Ауро не видел, как Виту отшвырнуло этой волной.

Не слышал, как с треском ломаются кости боевиков, как силовое поле платформы взрывается ослепительной вспышкой и гаснет.

Не чувствовал, как металл стен начинает плавиться и испаряться.

Фокус был лишь в одном месте: где Ксавьер всё ещё стоял со смертоносным цилиндром у шеи Виты.

Лицо Ксавьера исказилось гримасой ужаса и торжества, прежде чем его навороченный усиленный верс затрещал и начал рассыпаться, не в силах поглотить чудовищное давление бесконтрольной энергии сильнейшего из хардов.

Сквозь оглушительный рев в собственных ушах, сквозь гул разрушения, в голове Ауро, холодной и ясной, пронеслась одна-единственная мысль, полная горького самоосуждения.

Не смог сдержать… Снова.

Как тогда, с Мессаной.

Тогда его слепая ярость стоила жизни… той, кто в тот момент была его женщиной.

Даже чувства к ней были.

Но нет. Тогда всё было не так. Тогда он уничтожил обманщицу, предательством заманившую его в ловушку.

Сейчас… в отчаянном рывке он пытался спасти единственное, что имело для него значение во всей необъятной вселенной.