А потом мой мозг, с запозданием, цепляется за вторую часть его фразы.

Я её забираю. Сейчас.

Зодиак меня забирает? Мысли мечутся, не находя выхода и ответов. Куда? Зачем?

Всё, что я строила… карьера, статус, призрачное подобие безопасности… всё это в одно мгновение рассыпается в прах под тяжестью его слов.

Зодиак сказал, что пришел за своей собственностью.

Боже, как я сразу не поняла?

В висках пульсирует, а руки бессильно сжимаются в кулаки.

Вот этот момент и настал. Спокойнее, Вита, ты же знала, что этот день придёт. Смирись…

Мною вдруг овладевает странное спокойствие.

Всё же, со мной что-то очень сильно не так. Ничем иным я не могу объяснить, что продолжаю смотреть на двух опаснейших влиятельнейших хардов. Прямо, не отводя глаз.

После слов Зодиака Ролк опускает голову еще ниже. В его поклоне теперь – не просто формальная почтительность, а стремительное отступление.

— Не знал, мастер. Безусловно, она твоя. Чем-то ещё могу быть полезен?

Зодиак смотрит на него, и в его багровых глазах мелькает что-то вроде холодного удовлетворения.

— Нет. Моя благодарность за сотрудничество… — он делает небольшую паузу, отчего следующая фраза звучит крайне эффектно, — сектор Видар-8. Я отведу оттуда своих теней. Он твой.

Глаза Ролка вспыхивают с такой силой, что, кажется, могли бы прожечь сталь.

Он резко выпрямляется, и по его лицу разливается волна нескрываемого, жадного торжества. Словно он получил не просто спорный сектор, а всю галактику разом. И даром.

— Моя ответная благодарность безмерна, мастер, — его губы изгибаются в довольной усмешке.

И тогда взгляд Зодиака сдвигается ко мне. Тяжелый, бесстрастный.

Под этим взглядом я буквально обмираю, превращаюсь в столб ледяного страха.

— Идёшь со мной, — его голос сух, резок и не терпит возражений.

Зодиак разворачивается и выходит из комнаты, не удостоив Ролка больше ни взглядом.

Мне ничего не остается, кроме как, на автомате, на подкашивающихся ногах, пойти за ним.

Коридоры станции, по которым мы идем мертвенно пусты.

Огоньки камер наблюдения, что всегда подмигивали с потолка, теперь темные, слепые глазницы. Кто-то отключил всю систему. И освещение приглушено до тревожного полумрака.

Зодиак идет своей размашистой, хищной походкой – размеренно, но невероятно быстро. Мне приходится почти бежать, чтобы поспевать за его длинными шагами. Дыхание сбивается, в груди колет.

Мысли в голове мечутся, обрывочные, истеричные.

Работа. Аукцион. Я ведь сейчас ухожу от важнейшего покупателя. Нарушаю приказ. Начальник, Ирниц, Гания… Ругил Аенатис ведь доверил мне такое важное… Я ведь сейчас бросаю всё…

Но следом приходит холодное, безжалостное осознание: всё это больше не имеет никакого значения. Для меня.

Сейчас мой настоящий хозяин пришел забрать свою собственность. Меня. Вся моя работа, все мои стремления… Это всё было временно. С самого начала.

И я это понимала. С самого начала знала, что это только иллюзия свободы.

Что ж… Горькая пилюля правды теперь не подслащена ничем.

И я не могу ослушаться его. Всё время моей работы, моей иллюзорно-свободной жизни — ведь именно он мне дал. И он же и забрал. Сейчас.

Нет других вариантов. И не было с самого начала.

Мы проходим к частному стыковочному отсеку. Полная тишина, нарушаемая лишь гулом систем жизнеобеспечения и моим неровным дыханием.

Индикаторы наружного наблюдения по-прежнему мертвы. Никого. Совсем. Ни души. Даже роботы-погрузчики и доставщики неподвижны.

Затем – переход через шлюз на его корабль. Я узнаю его. Тот самый, с холодными стенами и давящей атмосферой, хоть и прошло три года.

Но теперь он ведет меня не в ту маленькую тесную каюту, что была тогда.

Мы останавливаемся перед дверью, которая отъезжает в сторону, открывая роскошные просторные апартаменты.

Просторная комната, отделанная в темных, глубоких тонах, с мягким, теплым светом и дорогой, функциональной мебелью. Здесь нет и намека на ту аскетичную клетку, где я провела первую ночь после того, как Зодиак выиграл меня у Тарка. И на мою на уютную квартирку тоже не похоже совершенно.

Все слишком строго и лаконично. Ни одной лишней или неправильной детали. Сдержанная, но не показная роскошь.

Я замираю на пороге, не решаясь войти, вся сжавшись в комок от страха и ожидания.

Что теперь? Какая участь ждет ЕГО землянку?

Зодиак поворачивается ко мне. Небрежно откидывает с головы капюшон своего верса.

Наконец, я вижу его лицо полностью, без тени. Суровое, даже жесткое лицо древнего бога войны или огня. Именно так я всегда представляла греческого Ареса. С резкими, идеально высеченными словно из гранита чертами. Багровые глаза горят холодным огнем, внимательно изучая меня.

— Сядь, — его голос не терпит возражений.

Он указывает на низкий, широкий диван из темной, переливающейся кожи. Сам опускается в массивное кресло напротив, продолжая смотреть на меня взглядом, от которого кровь стынет в жилах. От страха перед неизвестностью.

Что он задумал? Три года. Он дал мне отсрочку в три года. Зачем? Что еще на уме у этого непостижимого для моего земного мозга инопланетянина?

Мой новый хозяин мрачен и сосредоточен. Молчание становится невыносимым.

Он нарушает его, и слова падают, как удары холодного камня. Мой приговор.

— Твоя жизнь на той планете окончена. Ты больше не вернешься туда. Твой контракт с Центром уже расторгнут. Теперь будешь со мной.

Его безжалостные слова становятся окончательным ударом.

Знала же, что так будет, но всё равно. Предполагать, и жить, пусть с иллюзией свободы… и теперь, снова всё потерять…

Слезы подступают, и я ничего не могу с этим сделать. Я отчаянно глотаю их, сжимая кулаки так, что ногти впиваются в мягкую кожу ладоней. Не сейчас. Не перед ним.

Но они не слушаются — тихие, горькие слезинки текут по щекам, и я бессильно опускаю голову, чтобы скрыть их.

Всё. Карьера, статус, призрачная надежда на нормальную жизнь, ради которой я так цеплялась… всё разрушено в одно мгновение. Им…

Отчаяние, острое и беспросветное, сжимает сердце. Но я стискиваю зубы, заставляя себя сидеть прямо, сдерживая рыдания, которые рвутся из моей груди.

Один хард, мой хозяин, перечеркнул всё одной фразой. Зачем было тогда давать это мне, чтобы потом забрать?

Что за извращенный садист такое придумал? Ему нравится видеть меня растоптанной и полностью разрушенной?

Вдруг по стенам гостиной пробегает едва заметная рябь, словно пространство на мгновение стало жидкостью. Ощущение невесомости, легкое головокружение — и тут же сменяется давящей тяжестью, вжимающей в кресло.

Пространственный скачок. Резкий и неприятный. Затем — еще один. И еще.

Слишком быстро, один за другим. Обычно так не прыгают — это мучительно для организма.

Это отвлекает на мгновенье.

Заметает следы? Кто может быть настолько опасен, что Черный Зодиак применяет такие меры?

Наконец, скачки прекращаются. Минут десять мы сидим в жуткой напряженной тишине. Кажется, сам воздух дрожит, словно натянутая струна.

Зодиак не двигается, его багровый взгляд прикован ко мне, изучающий, тяжелый, выжигающий душу. Точнее ее остатки. Ведь после озвученного им решения она раскололась на тысячи осколков.

Я сижу неподвижно под этим взглядом, пытаясь контролировать дыхание, чувствуя, как каждая секунда растягивается в пытку.

Не спрашиваю ни о чем. Смысл? Он точно не поменяет своего мнения, какие бы аргументы я не привела.

Я для него лишь собственность. Движимое имущество, с которым можно делать все что захочешь, не считаясь с моими чувствами.

Затем хард медленно поднимается. Его тень накрывает меня.

— Мы прибыли. В мою цитадель. Здесь ты будешь в полной безопасности. От всех.