Аплодисменты стали громче, и я позволил себе короткую паузу, прежде чем произнести главное:— И сейчас я хочу представить вам ту, без которой этого дня бы не состоялось. Альма Фриманн!

Я протянул к ней руку. Она подошла ко мне вложила в неё свою ладонь — нежную, чуть прохладную от волнения — и встала рядом со мной. Я почувствовал, как её пальцы слегка дрогнули, и сжал их чуть крепче, давая понять, что я рядом.— Бытовой маг, — произнёс я с улыбкой, — которая восстановила не только стены этого замка, но и моё сердце. Прошу любить и жаловать — мою невесту!

По залу прокатился гул возгласов и шёпотов, затем наступила гробовая тишина — такая плотная, что, казалось, её можно было потрогать.— Инар, это что, шутка? — спросила моя мать, и в её голосе прозвучало неподдельное изумление.— Нет, матушка, — твёрдо ответил я, чувствуя, что Альма запереживала. Но я крепко сжимал её руку, стараясь передать ей свою уверенность.

И снова тишина.— Поздравим молодых! — громко провозгласил Кейн, нарушив тишину.

Поднялся гул, с разных сторон послышались неуверенные поздравления. Кто-то хлопал, кто-то перешёптывался, бросая любопытные взгляды на Альму.

Тут и там я уловил вопросы: «Где принцесса Корнелия?», «Что происходит?», «Разве не она должна была стать невестой герцога?».

Этот гул нарушил король Лурден. Он тоже постучал по ножке бокала, привлекая всеобщее внимание, а затем подошёл ко мне.— Инар, прими мои поздравления, — произнёс он.— Благодарю, Ваше Величество, — я благодарно кивнул и слегка поклонился. Альма последовала моему примеру, склонив голову в поклоне.— Я, конечно, расстроен, — продолжил король, понизив голос так, чтобы слышали только мы, — но если таков твой выбор, пусть будет так. Будь счастлив.— Буду, — ответил я твёрдо, глядя ему в глаза. — Обещаю.

После поздравления Его Величества, к нам подошли мои родители. Зал гудел от разговоров, звенел бокалами и наполнялся ароматами праздничных блюд — жареного мяса с пряными травами, свежих фруктов и сладкого вина. Свет кристаллов отражался в позолоте лепнины на потолке, играл на витражах, раскрашивая пол разноцветными пятнами.

Отец подъехал в своём кресле-каталке — массивном, с резными подлокотниками и мягкой обивкой цвета бордо. Колёса бесшумно катились по мраморному полу, отполированному до зеркального блеска. Рядом с ним шла мама — высокая, статная, в тёмно-синем платье с серебряной вышивкой, подчёркивающей её благородную осанку. Её губы были плотно сжаты, а взгляд — холодным и отстранённым.

— Инар… — начала мама, но отец сжал её руку, прерывая на полуслове.— Поздравляем, сын, — произнёс он вместо неё, и в его голосе я уловил не только формальное одобрение, но и толику гордости, смешанной с тревогой.

Я почувствовал укол вины.

Да, я не сообщил им заранее. Но если честно, мне было некогда — события развивались слишком стремительно, а главное, я сам до конца не верил, что всё сложится именно так.— Я всё объясню… потом, — тихо шепнул я отцу, глядя ему в глаза.Он кивнул, понимающе, и слегка махнул рукой, давая знак слугам везти его дальше. Мама, поджав губы ещё сильнее, последовала за ним, не сказав мне ни слова. Я видел, что она не одобряет мой выбор — её взгляд, брошенный через плечо, был красноречивее любых слов.

Зал постепенно затихал. Гости, почувствовав приближение кульминации, расступались, образуя широкий круг вокруг нас с Альмой. Музыканты взяли последние аккорды и умолкли. В воздухе повисла торжественная тишина, нарушаемая лишь шепотом и тихим дыханием собравшихся.

Настал самый главный момент — дать друг другу клятвы.

Я глубоко вдохнул, взял Альму за руки и посмотрел ей в глаза.

— Альма, — мой голос звучал твёрдо, но в нём чувствовалась искренность. — Перед лицом богов и свидетелей я клянусь: быть рядом с тобой в радости и в горе, защищать тебя от любых невзгод, поддерживать в твоих стремлениях и верить в тебя, даже когда ты сама в себе усомнишься! Клянусь делить с тобой не только радости, но и трудности, не только победы, но и поражения! Клянусь любить тебя сегодня, завтра и всегда — пока дыхание не покинет моё тело!

Альма улыбнулась — её глаза заблестели от слёз счастья. Она сжала мои руки в ответ и произнесла:— Инар, перед лицом богов и свидетелей я клянусь: быть твоей опорой, твоим убежищем, твоим вдохновением! Клянусь слушать твоё сердце так же внимательно, как своё, понимать тебя без слов и принимать таким, какой ты есть! Клянусь идти с тобой рука об руку через все испытания, делить с тобой судьбу, мечты и надежды. Клянусь любить тебя и эта любовь будет жить во мне вечно.

В тот миг, когда мы скрепили наши клятвы последним «да», произошло нечто невероятное. От наших соединённых рук пошло золотое сияние — точнее оно исходило от кольца Альмы. Искра, словно пробудилась и озарила нас тёплым светом.

Золотые нити потянулись от нас во все стороны: пронизывали пол, обвивали колонны, скользили по стенам, проникали в витражи и устремлялись к потолку. Они сплетались в причудливый узор, наполняя зал волшебным сиянием. А потом, словно по невидимому сигналу, в воздухе закружились золотые крупицы — будто пошёл золотой снег. Они повисли в пространстве, мерцая и переливаясь, и многие гости, не веря своим глазам, начали ловить их руками.

— Что это? Что за магия? Никогда такого не видел! — звучало то там, то тут.

Все взоры обратились к нам, ожидая объяснений. Гости замерли в благоговейном молчании, затаив дыхание. Я поднял голову, посмотрел на собравшихся — на их поражённые лица, на мерцающие в воздухе золотые искры — и громко сказал:— Это Искра Гроссфорта. Она признала наш союз. И теперь она будет оберегать наш дом, наш замок и нашу любовь — пока мы храним верность друг другу.

В зале повисла тишина — мгновение абсолютного понимания. А затем раздались первые аплодисменты, которые быстро переросли в овацию. Кто-то поднял бокал, кто-то кричал поздравления, а музыканты вновь заиграли торжественную мелодию.

Я посмотрел на Альму — она улыбнулась мне, и в этой улыбке было всё: любовь, поддержка, вера в наше будущее. И в этот момент я понял: что бы ни случилось дальше, я сделал правильный выбор. Гроссфорт наконец-то обрёл не только хозяина, но и хозяйку — ту, кто сможет наполнить его настоящей жизнью.

Эпилог

АЛЬМА

Сегодня был день, о котором я мечтала несколько лет. И вот, наконец-то, моя мечта осуществится.

Мы приехали в Мервену и уже пару дней жили в столичном доме Инара.

Нет, не так!

ВНАШЕМдоме, как он меня всегда поправляет.

Я стояла перед высоким зеркалом в спальне, разглядывала своё отражение и не узнавала себя. Передо мной была совсем другая девушка: с сияющими глазами, лёгкой улыбкой и какой-то внутренней уверенностью, которой раньше не было.

Сколько всего произошло за последний месяц…

Наверно, вся моя прежняя жизнь не была такой насыщенной, как эти тридцать дней. Я выбила себе место для практики, восстановила Гроссфорт, влюбилась, обручилась — и вот теперь готовилась получить диплом. Сегодня я надевала форму академии в последний раз.

— Волнуешься? — раздался за спиной голос Инара. Он подошёл бесшумно и обнял меня за плечи, прижавшись подбородком к макушке.

Наши взгляды встретились в отражении: его — тёплый, любящий, и мой — слегка растерянный, но счастливый.— Нет, — честно ответила я.— И правильно, — он поцеловал меня в висок. — Пусть только посмеют не выдать будущей герцогине диплом!Я рассмеялась и повернулась в кольце его рук:— Вообще-то я заработала его честно.— Не смею с вами спорить, Ваша Светлость, — шутливо ответил он.

Но потом его взгляд стал серьёзным:— Ты же не будешь принимать предложения о работе? Помни, у нас свадьба через месяц, у тебя куча дел.— С этими делами спокойно справится Роджер, — я с усмешкой вырвалась из объятий и направилась к выходу из спальни. Остановившись в проёме, задорно добавила: — Да и фасон платья я уже выбрала, оно уже шьётся…— Альма… — угрожающе протянул Инар.Я же, смеясь, выскользнула в коридор:— Поторопись! А то опоздаем!