Я замолчала на мгновение, давая ему осмыслить сказанное, а сама мысленно представила знакомый процесс: как нахожу оборванные нити магии, осторожно протягиваю их друг к другу, сплетаю в новый узор, закрепляю связь — и… Вот стены Гроссфорта так оживали, наполняясь силой.

— Понимаешь, — заговорила снова, активно жестикулируя, будто могла нарисовать в воздухе невидимые линии, — я создаю между ними прочную связь, сохраняя магию в этих стенах. И если применить тот же принцип к тебе… Если найти разорванные участки твоих потоков, соединить их, дать Искре заполнить пробелы… Возможно, это поможет восстановить твою силу.

Инар слушал, не отрывая от меня взгляда. Потом задумался, глядя куда-то вдаль, будто взвешивал в уме все «за» и «против». Я затаила дыхание, боясь нарушить тишину.

Наконец он посмотрел на меня — прямо, открыто, с той искренностью, которая теперь присутствовала между нами.

— А ты не думала, что это может стать нашим решением? — с грустью спросил он, и в его голосе прозвучала такая тихая, почти смиренная усталость, что у меня защемило сердце.

Я понимала, о чём он.

Не маги не носят титулов, а значит, этот брак станет для Корнелии невыгодным — она легко от него откажется.

— Думала, — честно призналась я, глядя ему прямо в глаза. — Но это… неправильно.

— Знаешь, я уже даже свыкся с этой мыслью, — тихо произнёс он, и его взгляд стал отстранённым, будто он уже видел себя в этом будущем — без магии, но, возможно, со мной. — К тому же за счастье надо чем-то платить.

Я отрицательно покачала головой, чувствуя, как к горлу подступает комок.— Нет, это слишком дорогая плата. Я не хочу, чтобы ты потерял важную часть себя. Не хочу, чтобы ты жертвовал собой ради меня.

Инар слегка улыбнулся — мягко, почти нежно. Он протянул руку и осторожно вытер скатившуюся слезу с моей щеки.

— Она заполнится тобой.

Его слова пронзили меня до глубины души. В них было столько веры, столько тихой решимости, что на мгновение я потеряла дар речи.

Я смотрела на него — на его бледное лицо, на тени под глазами, на упрямую складку губ — и понимала: он готов на всё. Даже на то, чтобы отказаться от самого себя.

— Давай всё же попробуем. Если не получится...

Не дав мне договорить, Инар притянул меня к себе. Его поцелуй был настойчивым и требовательным — словно он заявлял свои права.

Мне казалось что всё вокруг растворяется: комната, тревоги, опасности, даже сам замок будто отступил на задний план. Остались только мы — и этот момент, полный такой силы, что казалось, будто сама Искра Гроссфорта пульсирует в такт нашим сердцам.

Когда Инар наконец отстранился, мы оба дышали прерывисто. Его глаза, серые, глубокие, смотрели на меня так, что внутри всё трепетало.

— Хорошо, — произнёс он мне в губы. — Я доверяю тебе, Альма. Делай, что считаешь нужным.

Глава 31

Этот день выдался тревожным и напряжённым.

Утром в покои герцога зашёл целитель Арчибальд и я невольно напряглась, едва он переступил порог. Мне совсем не хотелось, чтобы он оценивал состояние Инара, ведь всё, что он увидит и услышит, обязательно дойдёт до Корнелии.

Арчибальд был, мягко говоря, потрясён произошедшими с герцогом изменениями. Он долго его осматривал, щупал пульс, проверял реакцию магических потоков, качал головой и что-то бормотал себе под нос.

— Такое невозможно… — повторял он снова и снова, словно пытался убедить в этом самого себя. — Если бы я лично не видел повреждений Его Светлости, ни в жизнь бы не поверил!

После осмотра он обратился ко мне и Ирме, которая стояла рядом, сжимая в руках стопку чистых полотенец:— Ваши способности, юные леди, поистине удивительны. Когда Его Величество узнает о том, что вы сделали… — он многозначительно поднял брови, — вас ждёт великая карьера при дворе. Обязательно сообщу нашему королю о вашем таланте!

Я внутренне сжалась. Слава — последнее, что нам сейчас было нужно. Любая огласка могла сыграть на руку Корнелии, дать ей новые рычаги давления.— Мы лишь стараемся помочь, — сдержанно ответила я. — Для нас главное — здоровье Его Светлости.

Арчибальд кивнул, но я видела: он уже мысленно составляет доклад королю.

Самое тревожное, однако, было в другом. Целитель подтвердил слова Инара: магия в нём действительно постепенно угасала. Сейчас она поддерживалась лишь за счёт лечения — хрупкий баланс, который мог рухнуть в любой момент.

Это только укрепило моё намерение использовать Искру. Чем раньше я попробую, тем лучше. А точнее — прямо сейчас, как только Арчибальд нас покинет.

Когда целитель, наконец, собрался уходить, я незаметно кивнула Ирме. Она всё поняла без слов. Именно для этого я и позвала её: она будет контролировать состояние Инара, пока я буду «экспериментировать».

— Следи за его состоянием, — тихо попросила я сестру, когда Арчибальд вышел за дверь. — Если что-то пойдёт не так — сразу дай мне знать.

Ирма серьёзно кивнула. В её глазах читалась тревога, но и решимость.— Конечно, — ответила она. — Я буду рядом. И… будь осторожна.

Благодарно пожала её руку, а затем повернулась к Инару. Он смотрел на меня — устало, но с той же непоколебимой верой, что и раньше.— Готов? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.— Всегда готов, — слабо улыбнулся он.

Я глубоко вдохнула, сосредоточилась и применила тот же приём, что и с Гроссфортом: позволила Искре мягко окутать Инара, словно невидимой паутиной света, а затем начала «сшивать» повреждённые магические каналы. Искра послушно струилась сквозь мои пальцы — тёплая, живая, почти осязаемая. Она находила оборванные нити его магии, осторожно подтягивала их друг к другу и скрепляла новой, прочной связью.

Ирма молча наблюдала, время от времени проверяя пульс Инара и бросая на меня ободряющие взгляды. В комнате царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь нашим дыханием и едва уловимым гулом магии, что витала в воздухе, словно электрический заряд перед грозой.

Когда я соединила первый, самый крупный поток, проходящий вдоль позвоночника, по нему пробежала едва заметная волна золотистого свечения — словно трещина в камне затянулась на глазах. Я замерла на мгновение, прислушиваясь к ощущениям, проверяя стабильность соединения, а затем осторожно спросила, не отрывая ладоней от груди Инара:

— Как ты? Не больно?

— Нет, — он улыбнулся мне — слабо, но искренне. — Необычные ощущения, но не болезненные. Как будто… по коже бегут тёплые мурашки.

Его голос звучал чуть сильнее, чем раньше, а в глазах появилось что-то новое — проблеск энергии, который раньше тонул в усталости.

Ирма, стоявшая рядом, подняла на меня изумлённый взгляд. В её глазах читалось восхищение пополам с недоумением.

— Как ты это сделала? — тихо спросила она, не сводя с меня глаз. — Я ничего подобного раньше не видела.

Я слегка смутилась, пытаясь подобрать слова.— Я вычитала этот способ в учебнике по починке мебели и тканей, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Там рассказывалось, как вдохнуть в старые вещи новую жизнь: восстановить структуру, укрепить швы, дать материалу вторую молодость. Я просто… применила тот же принцип к магии.

Инар негромко рассмеялся — звук получился слабым, но в нём прозвучала неподдельная радость.— Спасибо за старого, — со смешком сказал он.

— Я не это имела в виду! — поспешно попыталась оправдаться я, чувствуя, как щёки заливает румянец.

— Да, я знаю, — с улыбкой ответил Инар, и в его взгляде мелькнуло что-то тёплое, почти нежное. — Можешь продолжать меня «латать» дальше.

Я кивнула, снова сосредотачиваясь. Пальцы слегка дрожали, но не от страха — от волнения и надежды. Осторожно потянулась к следующему повреждённому участку, на этот раз — в области таза, где магический поток был особенно истончён. Искра откликнулась мгновенно, заструилась по моим рукам, готовая помочь.

Медленно, сантиметр за сантиметром, я начала восстанавливать связь. Искра мягко обволакивала разорванные нити, сплетала их в новый узор, укрепляла, давала им силу.