— Ну, они так развлекаются не со всеми сотрудниками, — тихо пояснила она, укладывая тяжелые фолианты на место. — Только с блайтборнами.

Со стоном поднявшись, она водрузила стопку на тележку и бережно подняла книгу, которую пнула Куинн.

— О боже… Тут корешок треснул, страницы вылетают. Придется отдавать в реставрацию.

— Это чистой воды вандализм! — вскипела я. — Не говоря уже о том, что они ведут себя как стадо невоспитанных свиней. Малолетние зажравшиеся мажоры.

Цзя испуганно шикнула на меня, заозиравшись:

— Тише, Медра! Сразу видно, что ты тут без году неделя. Пожалуйста, не надо устраивать сцен из-за меня, сделаешь только хуже.

— Но ведь нельзя же позволять им вытирать об себя ноги! Это абсурд.

Она лишь устало развела руками:

— У местных Высших есть традиция — каждый год выбирать себе живую мишень среди персонала. Видимо, в этом сезоне фортуна улыбнулась мне.

У меня внутри всё похолодело от её слов:

— И это только ублюдки из Дракхэрроу развлекаются, или вся местная аристократия так развлекается?

Она задумчиво склонила голову набок:

— Если подумать… Действительно, в основном ко мне цепляются именно шавки Блейка. — Она тяжело вздохнула. — Понятия не имею, чем я могла так насолить их Дому.

Зато я прекрасно понимала, откуда растут ноги.

— Мне кажется, это из-за Флоренс, — уныло призналась я, чувствуя, как наваливается вина. — Из-за того, что она имела глупость со мной подружиться. Я ведь просила её держаться от меня подальше…

Цзя резко подняла ладонь, обрывая мои излияния:

— Стоп. Если это правда… — Она внимательно осмотрела меня с ног до донышка. — Флоренс говорила, что ты наездница. И что тебя притащили сюда насильно.

— Так и есть, — мрачно подтвердила я. — Скрутили и привезли.

— И силком обручили с Блейком Дракхэрроу, насколько я поняла? — Я угрюмо кивнула, а Цзя лишь покачала головой с глубоким отвращением. — Нравы Высших… Сколько лет здесь живу, а каждый раз тошнит как в первый. К этому дерьму невозможно привыкнуть.

— То есть вы не в восторге от местной элиты? В отличие от Флоренс, которая спит и видит себя их стратегом? — полюбопытствовала я.

Цзя Шэнь воровато огляделась по сторонам, проверяя, нет ли ушей у соседних стеллажей:

— Флоренс ещё молодая и наивная, жизнь её научит. Как научила меня. Но ты должна уяснить одну вещь, Медра: у нас здесь нет выбора. Мы родились рожденными мором. Смертными. Ты ведь не местная, да? — Она бросила на меня изучающий взгляд. — Вот и представь, каково это — расти в мире, где у тебя нет прав. Ты не имеешь права задавать вопросы тем, у кого в руках сила и власть. Это смертельно опасно. Для тебя и для твоих близких.

Это было предупреждение, но сказано оно было с такой искренней заботой, что я послушно кивнула:

— Я поняла. — Я прикусила губу. — Но теперь из-за меня у Флоренс будут проблемы с Дракхэрроу. Может, вы всё-таки вправите ей мозги, чтобы она не лезла на рожон?

— Нет, — отрезала Цзя Шэнь, и в её мягком голосе вдруг прорезался стальной стержень. — Здесь моя черта. Моя дочь сама вправе выбирать себе друзей. И если за этим выбором последуют последствия… Что ж, это её жизнь и её уроки. Я не стану диктовать ей, с кем общаться. — Она протянула руку и аккуратно коснулась моих волос: — Какое яркое пламя. Рыжая.

Я смущенно покраснела.

— Должно быть, чертовски тяжело постоянно быть под прицелом стольких глаз, — задумчиво протянула Цзя. — Ты смелая девочка, раз не боишься ходить с поднятой головой.

— Ваша дочь не менее смелая, — парировала я.

Она тепло улыбнулась:

— О достоинствах Флоренс я могу соловьем заливаться круглые сутки. Но ты ведь пришла в библиотеку явно не для того, чтобы обсуждать мою дочурку. Чем я могу помочь?

Я мысленно взяла паузу, тщательно фильтруя слова. Цзя Шэнь казалась святой женщиной, но вываливать на неё с порога чертовски дикий секрет про подселенца в голове было бы верхом идиотизма.

«Мудрое решение, девочка», — лениво подала голос Оркадес.

«О, явилась, не запылилась? — язвительно отозвалась я. — Весь день молчала, я уж грешным делом подумала, что ты самоликвидировалась».

«Мечтай больше. А этих сопляков, к слову, надо пороть до кровавых мозолей. В моем детстве за такие фокусы с книгами нянька бы с них шкуру спустила».

Я мысленно передернула плечами: «Они как бы не совсем дети, мамуля. Но тут я с тобой согласна. Оборзевшие твари».

«Привилегированные мелкие ублюдки, все до единого, — надменно фыркнула покойная королева фейри. — Вернись я в своё прежнее тело, я бы с превеликим удовольствием размазала их лица по этим полированным камням ради твоего спокойствия».

Я мысленно поморщилась. Могу представить этот апокалипсис, учитывая, что матушка при жизни была боевым генералом у моего деда-короля.

Тем временем Цзя Шэнь терпеливо ждала моего ответа.

— Э-э… Понимаете, я тут копаю одну довольно специфическую и… нестандартную тему, — выдавила я. Если бы она только знала, насколько. — Мне нужна инфа по проклятиям, привязкам… Ну, или по какой-нибудь магии, связанной напрямую с человеческими душами.

— С душами? — Цзя задумалась, поправляя очки. — Магия душ? Хм, ты, скорее всего, имеешь в виду магию крови. У нас тут этого добра навалом, целые стеллажи забиты.

— А магия крови как-то задействует чужие души…?

— Ну, некромантия — вполне, — охотно пояснила Джиа. — Эти два направления дико переплетены. Магия крови — это родовая фишка Дома Дракхэрроу, а некромантия — вотчина Дома Мортис. — Она выжидающе посмотрела на меня: — К слову, ты могла бы поспрашивать об этом своего суженого, Блейка Дракхэрроу. Он в этом должен отлично шарить…

— Исключено! — отрезала я так твердо, что аж сама испугалась. — Никогда в жизни. — И тут же поспешно добавила: — Извините, профессор Шэнь, не хотела прозвучать грубо.

Женщину это, кажется, только позабавило:

— Всё в порядке, Медра. И можешь звать меня просто Цзя. Я всё понимаю. Видимо, зря я надеялась, что мистер Дракхэрроу включит джентльмена… Ну да ладно, не моё дело. — Она указала на соседний проход: — Пойдём, я подберу тебе стартовый комплект. Если не хватит — в закрытых фондах покопаемся, всегда сможешь зайти ко мне позже.

— Супер, спасибо огромное, Цзя, вы меня спасаете, — выдохнула я с облегчением.

— Не за что, — она покатила свою тележку к стеллажам. — Но было бы куда проще, если бы ты дала конкретику. Ты упомянула проклятия. Кто-то из твоих знакомых поймал сглаз?

— Ну… не то чтобы прям проклятие, — заюлила я.

«Решительно нет! — возмутилась в моей голове Оркадес. — Какая наглость! Я не проклятие, моё присутствие в твоей тушке — это священный дар!»

«Ага, подарок с браком и без чека на возврат, — огрызнулась я сквозь зубы. — Я бы предпочла нормальные материнские отношения, а не вот это всё».

«Нас никто не спрашивал, чего мы хотим, доченька, — хладнокровно осадила меня мать. — Такова се ля ви. Я бы тоже предпочла не подыхать в луже собственной крови, рожая тебя на свет».

Я прикусила язык. Аргумент убойный, крыть нечем. У всех матерей есть священное право попрекать детей муками родов, а учитывая, что моя ради этого натурально рассталась с жизнью, она могла выносить мне мозг на эту тему хоть круглосуточно.

— А некромантия может использовать душу того, кто уже… ну, умер? — осторожно поинтересовалась я у Цзя, пока мы шли между полками.

— Естественно. Некромантия на этом и стоит — поднятие мертвецов, призыв духов. Армии Дома Мортис наводят ужас на континент именно потому, что их маги поднимают павших прямо на поле боя.

Меня аж передернуло от такой сочной перспективы.

— Но сама по себе чистая душа куда пластичнее и мощнее физического трупа, — продолжала лекцию Цзя.

— А бывало так, чтобы некроманты подсаживали чужую душу в… ну, в живое тело, которому эта душа не принадлежит?