— Потому что тебе не место рядом с Дракхэрроу. Он тебя не заслуживает. И ты это знаешь, — его голос понизился, став более напряжённым. — Ты не девушка, которой место у ног кого-то вроде Блейка. Я знаю, ты жалеешь, что тебя никогда не приковывал к нему его дядя. Почему бы не показать ему, что ты никогда не будешь принадлежать ему?

— Ты думаешь, я пойду с тобой только назло Блейку?

— Позволь мне показать тебе, что тебе не обязательно быть просто пешкой в игре Дракхэрроу, — он медленно улыбнулся мне. — Если ты согласишься, я могу пообещать тебе одну вещь, Медра. Я позабочусь о том, чтобы подарить тебе ночь, которую ты действительно заслуживаешь.

Я сглотнула, не зная, как на это реагировать. Это было приглашение, причём во многих отношениях. Действительно ли я собиралась пойти на бал с Высокородным? Что сказали бы Навин и Флоренс?

Я знала, что за этим было что-то ещё. Кейдж не просто был милым. Он хотел использовать меня как рычаг давления на Блейка. Но действительно ли это имело значение? Когда это было именно то, для чего я бы его тоже использовала?

— Могут ли сожители вообще присутствовать с кем-то, кроме своего архонта? — осторожно спросила я.

Кейдж пожал плечами. — Это не запрещено специально, но встречается редко. У меня нет проблем с тем, что мы являемся исключением. Я не из тех, кто играет по правилам, — он сделал шаг ко мне. — Тебя невозможно игнорировать, Медра. В тебе есть что-то уникальное, и дело не только в твоей крови наездника. Ты заслуживаешь, чтобы к тебе относились с уважением. Не как к какому-то обязательству.

То, как он произнёс моё имя, то, как он удерживал мой взгляд своим… Очарование Кейджа было неоспоримо, да, но я не была настолько наивна, чтобы полностью поддаться ему. Вероятно, он не имел в виду ни единого сказанного им слова.

Но если бы я могла использовать его в ответ… Спасти что-нибудь от бала. Я представила, что подумал бы Блейк, когда увидел бы меня стоящей рядом с руководителем школьного Дома. Его соперником.

Кейдж был прав в одном. Я не принадлежала Блейку. Возможно, это был бы способ доказать это раз и навсегда.

— Кстати, есть кое-что, о чём Дракхэрроу, вероятно, никогда не считал нужным рассказывать тебе о союзе триад, — сказал Кейдж, его тёмные глаза сверкнули вызовом. — Если ты откажешься принять залог, они, возможно, не смогут удержать тебя в нём.

Моё сердце заколотилось. — Что ты имеешь в виду? Ты хочешь сказать, что из этого есть выход?

— Пока нет. Но если всё пойдёт так, как было между вами двумя, то Блейк, возможно, никогда не сможет питаться твоей кровью. Во всяком случае, не должным образом. Он не сможет черпать силу из твоей крови, если ты не дашь своего согласия. Предполагается, что супруги усиливают своего архонта, но ты будешь помехой. Ты была бы свободна от него единственным способом, который действительно имел значение.

Меня охватило возбуждение, но я попыталась подавить его, всё ещё подозревая мотивы Кейджа. — Но если бы мы действительно сблизились полностью?

Я не была уверена, что хочу знать ответ.

Но Кейдж только ухмыльнулся. — Супруги постоянно заводят любовников. Это принято. Высокородные редко бывают довольны только одним или даже двумя партнёрами. Блейк не сможет помешать тебе наслаждаться радостями жизни.

Я не была так уверена в этом. Сколько свободы у меня действительно будет, когда я, наконец, покину Академию Кровавого Крыла? Я подозревала, что Дракхэрроу планировали держать меня где-нибудь на своих условиях и что мне не будут давать много свежего воздуха. То есть, если я каким-то образом не сбегу от них первой.

Сделать Кейджа своим союзником, возможно, не такая уж плохая идея.

— Хорошо. Я подумаю об этом.

Тёмные глаза Кейджа сверкнули весельем. Он выпрямился и отошёл от стены.

— Не задерживайся.

Он бросил на меня последний долгий взгляд, прежде чем исчезнуть в коридоре.

ГЛАВА 38 — МЕДРА

Фестиваль Ледяного огня официально начался.

Когда наступила ночь первого дня фестиваля, грандиозная процессия из студентов, профессоров и лидеров Домов отправилась из замка Кровавого Крыла. Первокурсники и второкурсники были запряжены в экипажи с преподавателями — по шесть-восемь человек на один воз, в то время как старшекурсники и руководство факультетов ехали впереди верхом.

Это была Ночь Безмолвных Жертвоприношений. Мы должны были пробраться в Святилище Кровавой Девы и, согласно этой чёртовой традиции Высших, отдать немного своей крови.

Мои нервы были на пределе, пока я сидела в экипаже между Флоренс и Навином. Они что-то оживлённо обсуждали, но мои мысли витали где-то далеко. Прошлой ночью я отправила письмо с согласием Кейджу Танаке. Понятия не имела, правильный ли это выбор, но отступать было некуда.

Экипаж слегка покачивался от сильного зимнего ветра, дувшего с моря, пока мы пересекали длинный железный мост, ведущий в Вейлмар. Добравшись до материка, мы свернули на восток и поехали по другому мосту, который вёл к острову, где располагалось Святилище.

Когда наша процессия приблизилась, храм показался в поле зрения. Расположенный как белое гнездо на тёмной скале, он выглядел ошеломляюще в зимних сумерках. Построенный из светящегося белого камня, он сиял, как жемчужина на фоне штормящего моря. Чем ближе мы подходили, тем грандиознее становились размеры этого сооружения.

Я обменялась взглядом с Флоренс, которая ободряюще улыбнулась мне. Я рассказала ей о приглашении Кейджа. Она была потрясена, но поддержала меня.

Навин смотрел в окно кареты во все глаза. Я знала, что он бывал в храмах и раньше, но это было его первое посещение Святилища — оно обычно предназначалось исключительно для Высокородных. В Вейлмаре были и другие храмы, где блайтборны могли совершать богослужения.

Когда экипажи остановились, нас вывели наружу, и руководители факультетов повели нас через внешние ворота.

Я посмотрела на величественные двери Святилища. На белой каменной перемычке было вырезано изображение Кровавой Девы. Её лицо казалось безмятежным, а руки были сложены чашечкой, словно она держала в них собственную кровь. Я вздрогнула.

По мере приближения фонари осветили дорожку, высветив высокие белые стены. Руководители и преподаватели двигались среди нас, тихо переговариваясь. Все они были здесь не впервые. Сегодняшний вечер не был чем-то новым ни для кого из них — даже для блайтборна профессора Родригеса или полукровки профессора Уиспвуд.

Нам приказали хранить тишину, как только мы достигли территории Святилища, и в толпе студентов воцарилось молчание.

Когда мы подошли ближе, стали видны два дверных проёма. Один — для блайтборнов, другой — для Высокородных. Разница была очевидна.

Вокруг арки блайтборнов были вырезаны символы рук, сложенных чашей, из которых капала кровь. Арка Высокородных была куда богаче украшена, с блестящими латунными вставками, изображающими вампиров, гордо стоящих с поднятыми чашами, протянутыми к Кровавой Деве.

Мы прошли под арками двумя рядами. Большинство студентов-блайтборнов вокруг меня шли молча, опустив головы, словно в знак почтения. Я не собиралась им подражать. Я не собиралась склонять голову в этом месте.

Студенты Высокой крови вели себя менее дисциплинированно. Они шептались приглушёнными голосами. Несколько профессоров пробрались сквозь толпу, шикая на них. Я наблюдала, как профессор Родригес подошёл к тому месту, где стояла Риган, перешёптываясь и смеясь с Куинн и Гретхен.

— Заткнитесь, — ледяной голос Родригеса прорезал ночной воздух.

Риган выглядела такой потрясённой, что мне пришлось сдержаться, чтобы не расхохотаться.

— Не заставляйте меня говорить вам вести себя тихо во второй раз, или у вас у всех будут отработки вместе со мной — хоть на зимних каникулах, хоть нет.

Риган нахмурилась, но замолчала, когда Родригес зашагал прочь.

Мы подошли к арке. Флоренс и Навин вошли в дверь блайтборнов первыми. Я последовала за ними.