— Рад познакомиться, — сказал он.

Я отпустил его руку, и Дилан сообщил Квен, что увидится с ней за ужином, после чего поцеловал её в щёку. Мне потребовалось всё самообладание, чтобы не разнести весь зал к чёртовой матери.

Любая злость исчезла, когда она повернула ко мне свою улыбку.

— Что ты здесь делаешь?

Она всё ещё находилась на эмоциональном подъёме после своего выступления. Иг бы с удовольствием прочитал её сейчас и почувствовал, насколько она благодарна за эту возможность.

— Ты ведь не думала, что я это пропущу? — спросил я спокойно.

— Ты видел?

— Очень впечатляюще, Скотт.

— Я не выглядела глупо?

— Ни в малейшей степени.

Она шумно выдохнула.

— Наверное, мне стоит оставить тебя работать, — сказал я.

Я увидел её. Этого было достаточно. Всё, что нужно было моей душе, чтобы успокоиться. Интересно, действительно ли она чувствовала всё так же, как и я.

— Ох, — сказала Квен, прикусив нижнюю губу. — Ну, сегодняшние сессии закончены. И…

— Да?

— Сегодня вечером будет ужин конференции…

— Значит, ты занята.

— Там будут… семьи. Люди приводят своих… Это не только участники конференции.

Она начала путаться. Та уверенная, красноречивая женщина на сцене вдруг стала говорить сбивчиво, и я изо всех сил старался не улыбнуться. Нервничает. Я заставлял Квентин нервничать.

— Понимаю, — сказал я, не давая ей ни малейшей поблажки.

— Ты мог бы остаться, если хочешь.

— Ты разве не будешь налаживать связи?

Её лицо помрачнело, и я понял, как это прозвучало. Должно быть, я сейчас напоминал её бывшего, у которого были проблемы с её успехами.

— Я имею в виду, ты не будешь против, если я буду там, пока ты общаешься с коллегами? — уточнил я.

Квен посмотрела на меня несколько секунд, а затем снова улыбнулась.

— Конечно нет.

— Тогда, полагаю, я могу удостоить тебя своим присутствием и стать твоим спутником на вечер.

Она закатила глаза.

— Я благословлена.

— Да, именно так.

Я присутствовал на конференционном ужине вместе с Квентин, а следующий день она провела на сессиях. Когда я предложил оставить её наслаждаться остатком отпуска, она спросила, есть ли у меня какие-нибудь срочные дела.

Ничего.

Ни единой вещи.

Я был почти уверен, что больше никогда ничто не покажется срочным, пока она находится поблизости.

Так что последние несколько дней я бродил по окрестностям вместе с ней, исследуя страну.

Культура и история завораживали Квен. Путеводитель, который она привезла с собой, к последнему дню превратился в жалкое зрелище — страницы загнуты и потрёпаны от постоянного использования. Я оказался совершенно бесполезен, когда она отказалась принимать любые предложенные мной короткие пути.

— Не могу поверить, что завтра мы уже возвращаемся домой. — Она вздохнула и присела на край кровати.

Неделя под солнцем превратила её золотистую кожу в более насыщенный оттенок, но она и не пыталась искать тень. Квен была охотницей за солнцем, и оно отвечало ей взаимностью.

— Тебе понравился этот перерыв? — спросил я.

— Это было потрясающе.

— У меня на сегодня кое-что запланировано.

— Правда? — удивлённо спросила она.

— Переоденься, и мы пойдём.

— Ты не собираешься сказать, что именно ты запланировал?

— Нет, это сюрприз.

Квентин ненавидела сюрпризы. Она ненавидела не держать всё под контролем, но иногда для неё было полезно ослабить ту железную хватку, которой она держала всё вокруг, даже если мне приходилось вынуждать её к этому.

— Ладно, — фыркнула она.

Она схватила несколько вещей из чемодана и скрылась в ванной.

Я знал, что это не помогает моему делу. Я прятался вместе со Скоттом, избегая столкновения с реальностью того, что происходило между нами. Уклоняясь от правды о связывании. Не наступит момента, когда мне придётся его разорвать, потому что я вернусь в Элизию к остальным. И, возможно, разумнее было бы держаться подальше, но сказать это было проще, чем сделать.

Когда я вернусь из поездки, мне нужно поговорить с Эриком. Нам нужно понять, как лучше всего решить эту ситуацию. А пока я намеревался наслаждаться временем с ней. Редко выпадала возможность заполучить её внимание без остатка.

— Похоже, ты глубоко задумался.

Я обернулся и стиснул челюсти. На Квентин было маленькое чёрное платье, едва касающееся верхней части её бёдер, и у меня пересохло во рту.

— Достаточно презентабельно для того, что ты запланировал? — спросила она.

Мне нравилось, когда она носила чёрное. Мне нравилось видеть её окутанной моим цветом, и я всё чаще замечал, как она выбирает чёрный, когда находится рядом со мной. Бессознательное решение, которое будило нечто первобытное и дикое глубоко внутри.

— Идеально. — Я подошёл к ней, удерживая свою решимость на истончающейся нити. — У тебя всё есть?

Она кивнула, подняла с кровати сумочку, и я предложил ей руку, после чего мы вышли.

Я повёл Квентин на ужин. В духе того, чтобы она отпустила контроль, это был ресторан, где обслуживали в полной темноте. Мы сидели в кромешной тьме, которая была моей зоной комфорта, и ужинали вместе. Сначала она была напряжена, но к десерту расслабилась и начала получать удовольствие от происходящего.

— Я даже не знала, что существуют такие рестораны, — заметила она, когда мы вышли.

— Нечто немного необычное. Я подумал, тебе может понравиться.

— Спасибо, Грей. У меня был чудесный вечер.

— Вообще-то у меня есть ещё один сюрприз.

Она прищурилась, но взяла меня под руку. Я позволил своей ауре перенести нас обоих к краю водоёма, где на берегу стояла небольшая лодка.

— Ты нарядил меня для прогулки на лодке?

— Обещаю, тебе понравится.

— Смелое заявление, Грейсон.

Я закатил глаза у неё за спиной. У меня была стопроцентная уверенность, что этот вечер ей понравится. Осторожно я помог ей забраться в лодку; мои руки скользнули по обнажённой коже на её спине там, где платье было вырезано, открывая тело. Когда она устроилась на сиденье, я сел следом и направил нас по воде.

— Ты ведь понимаешь, что это идеальная ситуация для убийства? Успешная женщина садится в лодку с незнакомым мужчиной — и на этом её история заканчивается, — задумчиво произнесла Квен.

Я бросил на неё взгляд.

— Почему в этой истории убийца именно я?

— У тебя вспыльчивый характер.

— У тебя тоже.

— Я лучше умею его контролировать.

Я молча грёб, пока солнце клонилось к закату, позволяя её вполне справедливому замечанию раствориться без ответа.

— Спасибо, что провёл со мной эти несколько дней, — сказала она, нарушая тишину.

— Тебе не за что меня благодарить.

— Я привыкла делать многое одна. Забыла, как приятно иметь рядом компанию.

Это чувство было мне знакомо. Я держал рядом с собой немногих — главным образом потому, что немногие сами выбирали быть рядом. Когда на тебе лежит такая ответственность, как на мне, люди делают выводы быстро. Они забывают, что я не просил своих даров. Они были дарованы мне, и я лишь соответствовал им.

Независимость Квентин была иной. Она рождалась из покинутости — она сама выбирала одиночество. Она защищала себя, нанося удар первой.

— Удивлён, что ты не позвала Холденa поехать сюда с тобой, — сказал я.

Она посмотрела на свои ноги и пожала плечами.

— Ему бы это не понравилось.

— Он не любит путешествовать?

— Нет, дело не в этом. Я…

Я прекрасно понимал, что она имеет в виду, но хотел услышать это вслух. Хотел, чтобы она сама признала то, что я знал с самого начала.

— В чём дело? — надавил я.

— Он не плохой человек.

Она пыталась защитить его от меня.

— Но? — продолжил я.

— Я не думаю, что у нас что-то получится.