— И знаешь, что хуже всего? — он подходит ближе, чуть ли не тычет пальцем. — Ты вечно прикидывалась, что якобы заботишься. Любишь, переживаешь, святая Настя! А на деле — просто душила меня.

Гляжу на него, глаза щиплет.

— Да. Душила. Напоминала про таблетки, гладила рубашки, проверяла, поел ли ты. Знаешь почему? Потому что мне было не все равно!

— А мне все равно! — вдруг срывается он. — Да, Настя! Мне было все равно! Мне плевать, что ты там гладила! Плевать, что ты себе придумала какую-то картинку идеальной жены!

Я отступаю на шаг, удар ловлю всем телом. И не понимаю, что болит сильнее — сердце, горло или гордость.

А он продолжает, будто вошел во вкус:

— Но я молчал. Просто делал вид, что все ок. Потому что ты не вынесешь правды. Потому что "бедная Настенька" сразу развалится, если ей сказать, что она не интересна даже собственному мужу!

В ушах гудит, а перед глазами все плывет. Воздуха не хватает.

Хочется разрыдаться. Но я не плачу.

Не потому что не больно.

А потому что, кажется, внутри уже ничего нет.

— Ты мог уйти! — шепчу я. — Мог уйти по-человечески, сказать честно…

Он смеется.

— Да, и чтобы ты мне потом годами в голосовые плакала, что я разрушил твою жизнь?! Ты бы вцепилась в меня, как клещ! Ты же не самостоятельная! Ты — зависимая! Эмоционально, финансово, полностью!

Меня как будто обухом по голове огрели.

Это он так меня видит? Как слабую, приставучую, ни на что не способную?

А я-то думала… Господи, а что я вообще думала?

Я молчу. Даже не знаю, как дышу. Все внутри искрит, коротит. Слов нет. Мысли в кашу.

Хочется спрятаться. Исчезнуть. Раствориться.

Я столько лет жила с этим человеком, и даже не подозревала… Как? Как это возможно?

— Я просто хотела быть рядом… — шепчу я.

— Не рядом, Настя. Над! Ты не жена. Ты гестапо в халате! — выплевывает мой муж.

И я вдруг вспоминаю.

Как он когда-то ставил чайник просто потому, что я люблю пить горячий.

Как гладил мне спину, если я не могла уснуть.

Как звонил, чтобы просто сказать: "Я соскучился".

Где тот человек? Куда он исчез?

И как давно вместо него живет вот этот?

Игорь резко отходит, отшатывается, проводит руками по волосам и принимается ходить туда-сюда вдоль столешницы.

Шаги тяжелые, неровные — то замедляется, то ускоряется, словно внутри него что-то рвется, а он не может это выпустить.

А я просто стою. И дышу. Потому что больше ничего не могу.

— Да и знаешь что? Да и фиг с тобой! Может, это и к лучшему, что ты все узнала. Я честно хотел, чтобы все было по-нормальному. Но ты все испортила. Теперь, да, все. Надоело. Слишком душно. С тобой не жить — а выживать. А я хочу дышать.

Я стою, как будто прибитая к полу. Словно кто-то вынул из меня позвоночник. Я стою, а держаться не за что.

Даже не знаю, что сейчас страшнее: его злость — или то спокойствие, с которым он все это говорит.

Он замирает. Потом выдыхает резко, как будто давно этого ждал.

— Я с тобой развожусь, Настя. Все. Я только рад. Наконец выдохну. Свобода!

Глава 5

@queen_code

"Если мужчина хочет уйти — помогите ему собраться.

Дайте чемодан, пинок и улыбку.

Не мешайте ему выбирать счастье.

Потому что, если он останется — вы все равно будете жить рядом с трупом."

#прощайтесь_вовремя

#муж_это_мебель

#чемодан_пинок_любовь

Игорь выпрямляется и смотрит сверху вниз, с таким видом, будто ему наконец-то стало легче. Голос — ровный, почти пафосный.

— Только давай без сцен, ладно? Я все решил. Не унижайся. Это ничего не изменит.

Я медленно поднимаю глаза.

— Ты правда думаешь, что я собираюсь умолять тебя остаться?

Самодовольно фыркает.

— Да-да, точно! Я и забыл, ты же сегодня в образе гордой и независимой. Только мы оба понимаем, что это поза. Поэтому и прошу тебя — давай без драматических сцен и хватания меня за штаны. Веди себя достойно. Найди в себе каплю гордости, что ли. Я, честно, уже устал. Еще и этого спектакля я сегодня точно не переживу.

Он совсем уже… того?

Или это он специально, чтобы вывести меня на эмоции? А может, он и правда так обо мне думает?..

— Не переживай. У меня сегодня не тот настрой, чтобы валяться на полу и целовать тебе ботинки. Хотя, кажется, именно этого ты ждешь, да? — усмехаюсь. — Прости, не выйдет.

Он напрягается. Немного моргает, как будто сбился с текста.

— Слушай, не начинай…

— Да расслабься ты. Я не собираюсь ничего просить. Тем более у тебя.

Он хмурится. В его взгляде мелькает неуверенность.

— Ну и отлично, — говорит он нарочито равнодушно. — Так даже проще.

Я не отвечаю. Просто смотрю. И молчу.

Господи… Кто этот незнакомец передо мной? И где мой муж?

Молчание затягивается. И оно громче любых слов.

— Ну, раз все решили… может, тебе уже пора? — говорю, и зеваю — совершенно честно. — Поздновато уже. А я за сегодня устала.

Игорь бросает на меня испепеляющий взгляд.

— Ты намекаешь, что я должен уйти?

Я даже теряюсь. А он разве не должен сейчас хлопнуть дверью и уйти в закат по законам жанра?

— Хочешь — оставайся. Я все, на сегодня лимит исчерпан, — говорю и разворачиваюсь. — Пойду спать.

Просыпаюсь я поздно. Голова ватная, тяжелая.

Ночью выпила таблетку, чтобы не реветь в подушку до утра. Помогло наполовину. Слез не было, но боль все равно пульсировала где-то в висках всю ночь.

А внутри, ближе к груди, все ныло и тянуло. Уснула я ближе к рассвету.

Сегодня — просто тишина. Только сухость во рту и гул в ушах.

На часах почти полдень. Тело ломит будто отбили. Ощущение, что по мне проехал грузовик, а потом еще и сдал назад, чтобы добить.

Выхожу на кухню и я почти не верю глазам — Игорь дома.

Он и в самом деле никуда не ушел, а ночевал, скорее всего, в гостевой спальне. Это попахивает абсурдом.

А сейчас он сидит на кухне и спокойно пьет кофе. Черный, без сахара, как всегда. Запах горьковатый, знакомый, заполняет все вокруг.

— Проснулась, — говорит он буднично. — Нам надо поговорить. Я все обдумал.

Сажусь напротив, молча.

— Я купил квартиру. В новом доме, с отделкой. Дом сдан, ключи на руках. Без мебели, но это не проблема. Оформлена на маму, чисто формальность. Ты поедешь туда.

Я моргаю.

— Ты купил мне квартиру? Когда ты успел?

Он смотрит на меня, как на ребенка, которому объясняют простые вещи.

— Я купил ее раньше. Не для тебя. Но раз уж так вышло, будет твоей. Переоформлю ее на тебя. В каком-то смысле — знак уважения. И благодарности.

— Для кого ты ее покупал? — спрашиваю тихо.

Он делает глоток, отводит глаза.

— Для себя.

— А-а-а … для себя и той девушки? — доходит до меня. — Любовное гнездышко?

Он ничего не отвечает. Только отводит глаза, делает глоток. Кадык дергается на его шее.

— Хватит, Настя. Это просто квартира, — добавляет. — Так что… тебе будет удобно. Дом приличный, район хороший, метро рядом. Я же для себя выбирал. Я даже готов помочь с деньгами на мебель, обстановку, все такое. Что скажешь — оплачу. Ну и тебя не обижу тоже. Я же все понимаю, ты без работы. Так что, не переживай, стартовая сумма будет неплохая. Машину еще оставлю.

— Великодушно, — говорю я.

Может, он думает, что я ему должна за это ноги целовать?

— Настя, не начинай, — раздражается он. — Я не должен тебе ничего. Дом оформлен на маму. Ты ведь знаешь, она помогала при покупке, я не имею право его делить. Бизнес тоже — на мне и брате, ты к нему никакого отношения не имеешь. Если начнешь "выеживаться" и устроишь дележку и беготню по судам — на фирме "вдруг" окажутся лишь долги, которые тебе же потом и придется выплачивать. Так что, не советую. Будешь упорствовать — будет только хуже, вообще без денег останешься. Я же предлагаю нормально, по-человечески.