Остаток дня тянулся бесконечно. Граф не отходил от меня ни на шаг, и я с ужасом думала о том, что будет вечером. Когда после ужина гости разошлись, он проводил меня до дверей моей комнаты.

— Спокойной ночи, леди Элеонора, — сказал он, взяв мои руки в свои. — Надеюсь, завтра вы будете ко мне благосклоннее.— Спокойной ночи, граф, — ответила я, высвобождаясь. — Увидимся завтра.

Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и выдохнула.— Ненавижу, — прошептала я. — Ненавижу все это.В комнате было темно, только луна светила в окно. Я не стала зажигать свечи, так было спокойнее. Разделась, накинула халат и села на кровать, глядя на балконную дверь.

Я ждала Джона. Знала, что он придет. Чувствовала.Я не сразу поняла, что происходит. Просто вдруг услышала шорох, не с балкона, из коридора. Скрипнула дверь? Но я же запирала!

Я вскочила, но было поздно. Чья-то рука зажала мне рот, другая схватила за талию, прижимая к грубой ткани.— Тихо, красавица, — прошипел голос над ухом. — Хозяин хочет проверить, какая ты на самом деле.

Я рванулась, ударила локтем, попала во что-то мягкое. Мужчина выругался, но хватку не ослабил. Я чувствовала запах пота и дешевого табака. Слуга? Один из тех, что прислуживали за ужином.— Пусти! — закричала я, но ладонь на моем рту заглушила звук.

— Не ори, все равно никто не услышит, — он рванул мой халат, обнажая плечо. — Хозяин велел проверить, насколько ты доступна. Сказал, если будешь сопротивляться, я могу тебя немножко поучить.

Ужас ледяной волной прошел по позвоночнику. Я дергалась, брыкалась, пыталась укусить его за пальцы, но он был сильнее, тяжелее, и отчаяние захлестнуло меня.И вдруг дверь слетела с петель, впуская свет.

Я не успела ничего понять. Просто взрыв, грохот, и мужчина отлетел от меня, врезавшись в стену. А в проеме стоял Джон.Нет, не Джон. То, во что он превратился.

Глаза горели золотым огнем, кожа будто светилась изнутри, а руки... руки были покрыты чешуей, с длинными когтями, готовыми разорвать.

— Не тронь её, — прорычал он голосом, в котором не осталось ничего человеческого. Он шагнул к слуге, схватил того за горло и поднял одной рукой. Слуга хрипел, дрыгал ногами, лицо налилось кровью. А Джон сжимал пальцы, и я видела, как от его рук пошел дым, он буквально прожигал одежду и кожу мерзавца.

— Джон! — закричала я. — Не надо! Остановись!Он не слышал. Глаза горели все ярче, и я поняла, что еще секунда, и он убьет его. Спалит дотла прямо здесь, в моей комнате, в доме графа.— Джон, пожалуйста! — я подбежала, схватила его за руку, обжигаясь о горячую кожу. — Не надо! Если ты убьешь его, все пропало! Мы пропали!

Он повернулся ко мне. В его глазах плескалось безумие, драконья ярость, готовая уничтожить все вокруг. Но сквозь это безумие пробивалось что-то еще. Узнавание. Беспокойство.

— Мерил, — выдохнул он. Голос сорвался, стал чуть тише, чуть человечнее. — Он тронул… Он…— Я в порядке, — быстро сказала я, хотя колотило так, что зубы стучали. — Отпусти его. Пожалуйста.

Джон смотрел на меня. Долгих пять секунд. Потом разжал пальцы.Слуга рухнул на пол, хрипя и кашляя. На его шее багровели ожоги, следы драконьих пальцев.— Убирайся, — прорычал Джон. — И передай своему хозяину: если он еще раз пошлет кого-то к ней, я сожгу этот замок вместе со всеми, кто в нем. Понял?

Слуга кивнул, вскочил и выбежал вон, даже не оглянувшись.Джон повернулся ко мне. Чешуя медленно исчезала, глаза темнели, возвращаясь к нормальному цвету. Он сделал шаг, протянул руку, чтобы коснуться моего лица.

Я отшатнулась.Сама не знаю, почему. Просто рефлекс. Страх, который еще не прошел, который вцепился в горло ледяными когтями.Джон замер. В его глазах мелькнуло что-то страшное.

— Мерил, — сказал он тихо. — Я не причиню тебе вреда. Никогда.— Я знаю, — ответила я, но голос дрожал. — Я просто... испугалась. На секунду. Это было…— Я знаю. Прости. Я не должен был терять контроль.

— Ты защищал меня, — я заставила себя подойти ближе, коснуться его груди. Сердце колотилось бешено, но не от страха. От всего сразу. — Ты спас меня.— Я мог убить его, — он опустил голову.

— Но не убил, — я взяла его лицо в ладони, заставила посмотреть на меня.Он молчал. В его глазах стояла такая боль, что у меня сердце разрывалось.— Я не боюсь тебя, Джон, — сказала я твердо. — Я испугалась за тебя. За то, что ты можешь натворить, если сорвешься.

— Лжешь, — прошептал он.— Нет, — я прижалась к нему, обняла, чувствуя, как он дрожит. — Ты, это ты. А то, другое, просто инструмент. Ты им управляешь. Ты сильнее.Он обнял меня в ответ. Так крепко, что стало трудно дышать. Но я не жаловалась. Я гладила его по спине и шептала глупости, пока он не перестал дрожать.

— Что теперь будет? — спросила я через минуту.— Теперь? — он вздохнул. — Теперь граф получит сообщение от своего слуги. И будет знать, что за тобой стоит дракон. Это может все испортить. Не нужно было его отпускать.

Мы молчали. Я смотрела на разбитую дверь, на следы копоти на стене, на дрожащие руки Джона.— Надо уходить, — сказала я. — Сейчас, пока не поздно.— Рано, — покачал он головой. — Мы еще не нашли лабораторию. Документы указывают на подвалы. Надо проверить.

— Джон, это опасно!— Все это опасно, — он коснулся моего лица. — Но мы должны закончить дело. Скажем, что на тебя кто-то напал. Я услышал, и пришел помочь.

Я хотела возразить, но он поцеловал меня. Коротко, жестко, собственнически.

Утро наступило слишком быстро. Я проснулась от того, что Джон уже не спал, сидел на краю кровати, полностью одетый, и смотрел на меня. В его глазах, только усталость и какая-то новая, глубокая нежность.

— Доброе утро, — прошептала я, потягиваясь.— Доброе, — он коснулся моей щеки. — Как ты?— Жива. И даже почти не боюсь.

— Почти?— Ну, — я села, кутаясь в одеяло. — После того, что ты вчера сделал с дверью и с тем слугой... боюсь, мне придется объяснять графу, почему моя комната теперь без двери.

Джон коротко усмехнулся.— Скажем, что на тебя напали, а я услышал шум и прибежал. Дверь сломал в процессе спасения. И не соврём-же. — А слуга? — я подняла бровь. — Он же сбежал.— В том и дело, что сбежал, это подтвердит наши слова.

Я вздохнула. Логика была железная. Но внутри все равно колотился страх, не перед Джоном, перед тем, что будет дальше.— Ладно, — я встала, накинула халат. — Идем к графу. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим.

Граф завтракал в малой столовой, когда мы ворвались в его утро. Точнее, вошли, я с максимально несчастным видом, Джон с каменным лицом.— Леди Элеонора! — граф поднялся, увидев мое лицо. — Что случилось? Вы так бледны!

— На меня напали, — выпалила я, не давая ему опомниться. — Ночью. В моей комнате. Какой-то мужчина ворвался и…Я замолчала, изображая ужас. Граф побледнел. Очень натурально побледнел, я даже залюбовалась его актерским мастерством. Он ведь сам всё организовал, вот я прям не сомневаюсь!

— Что?! — он подскочил ко мне, схватил за руки. — Вас тронули? Вы ранены?— Нет, — я высвободила руки, но мягко, чтобы не обидеть. — Господин Лоу услышал шум и прибежал. Он спас меня.

Граф перевел взгляд на Джона. В его глазах мелькнуло что-то, подозрение? Но тут же исчезло, сменившись благодарностью.— Господин Лоу, я ваш должник, — сказал он. — Вы защитили мою гостью.— Я сделал то, что должен был, — сухо ответил Джон. — Но нападавший сбежал. Надо найти его. Это кто-то из слуг.

Граф ахнул. — Найдем, — граф щелкнул пальцами, подзывая дворецкого. — Собери всех слуг во дворе. Немедленно.

Слуги выстроились в шеренгу. Человек двадцать, не меньше, лакеи, горничные, конюхи, поварята. Я прошла вдоль строя, вглядываясь в каждое лицо. Моего ночного гостя среди них не было.— Его здесь нет, — сказала я, возвращаясь к графу. — Тот мужчина был выше, плотнее, с грубыми чертами лица. И от него пахло табаком.

Граф нахмурился. Повернулся к дворецкому.— Это описание подходит кому-то из отсутствующих?Дворецкий замялся.