Джон поцеловал меня в лоб. — А теперь спи. Завтра тяжелый день.— Опять «завтра тяжелый день», — проворчала я, но глаза уже закрывались. — Ты всегда так говоришь.

— Потому что с тобой каждый день тяжелый, — усмехнулся он. — Но я не жалуюсь.— И не надо, — я ткнулась носом в его плечо. — Спокойной ночи, дракон.— Спокойной ночи.И мы уснули. Вместе. Как и должны были.

Сквозь неплотно задернутые шторы пробивались золотые лучи, рисовали полосы на полу, на кровати, на лице Джона, который спал рядом, всё ещё обнимая меня.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло. Таким расслабленным, беззащитным, я видела его не часто. Без маски генерала, без вечной настороженности, без этого проклятого самоконтроля.

— Красивый, — прошептала я, касаясь пальцем его скулы.Он нахмурился во сне, перехватил мою руку и прижал к груди. Не просыпаясь.Я улыбнулась. И вдруг холодная мысль кольнула где-то внутри.

А что, если для него это было просто... разрядкой? Служебный роман, способ снять напряжение после опасной ночи? Мы столько раз играли в эти игры, столько раз он говорил, что я только агент, только работа…Я отдернула руку. Села в кровати, обхватив колени.

— Глупая, — прошептала я себе. — Влюбилась как дура. А он, может, уже утром пожалел.— Кто пожалел? — раздалось за спиной.

Я вздрогнула. Джон лежал с открытыми глазами и смотрел на меня.— Ты не спишь? — выдохнула я.— Уже нет. — Он приподнялся на локте. — Ты шевелилась, я проснулся. О чём думаешь?

— Ни о чём.— Врёшь.— Не твоё дело.

Он усмехнулся. Потянулся, сел рядом, прижался плечом к моему плечу.— Мерил, — сказал он тихо. — Я слышу, как ты дышишь. Я чувствую, когда ты напрягаешься. И я знаю, когда ты врёшь. Так что давай ещё раз. О чём ты думала?

Я молчала. Смотрела в стену, боясь повернуться.— Я думала о том, что для тебя это было, — выпалила я наконец. — Просто ночь. Просто разрядка. Просто служебный роман. А утром ты встанешь и снова станешь моим куратором, который смотрит на меня как на преступницу.

Повисла тишина. Такая тяжёлая, что я пожалела о сказанном.А потом Джон взял моё лицо в ладони и повернул к себе.— Посмотри на меня, — сказал он. — Смотри.

Я посмотрела. — Мерил, — сказал он медленно, чётко, будто вбивал гвозди. — Ты не преступница. Ты была преступницей. Ты совершала ошибки. Ты делала плохие вещи. Но это не определяет тебя. И моё предвзятое отношение... оно разбилось вдребезги ещё в тот момент, когда я увидел тебя в изумрудном платье. А может, и раньше. Может, с самого начала.

— Но ты говорил…— Я врал, — перебил он. — Себе врал. Пытался убедить, что ты просто объект, просто агент, просто работа. Потому что боялся. Боялся, что если признаюсь себе в том, что чувствую, то потеряю контроль. А я не умею терять контроль, Мерил. Драконы не умеют.

— А теперь?— А теперь поздно, — он усмехнулся. — Я потерял его окончательно. И знаешь что? Мне плевать.Я смотрела на него и чувствовала, как глаза защипало.

— То есть это не просто служебный роман? — прошептала я.— Нет, и даже не смей так говорить — он притянул меня к себе.

Я рассмеялась сквозь слёзы. Ткнулась носом в его плечо.— Дурак.— Знаю. Но ты всё равно здесь.— Здесь, — согласилась я. — И никуда не денусь.

Мы сидели обнявшись, слушая, как город просыпается за окном. Где-то застучали колёса карет, закричали разносчики, залаяли собаки. А у нас был свой мир, маленький, тёплый, только для двоих.— Мерил, — сказал Джон вдруг. — Сегодня перед работой мы идём на свидание.

— Что? — я отстранилась, уставившись на него. — На свидание?— Да. Настоящее. Просто мужчина и женщина, которые... ну, ты поняла. У меня серьёзные намерения.

— Которые что? — я приподняла бровь, изображая непонимание.— Которые нравятся друг другу, — он чуть покраснел. — Или ты хочешь, чтобы я сказал что-то более пафосное?

— Хочу, — кивнула я. — Давай пафосное.Он вздохнул, закатил глаза, но потом посмотрел на меня серьёзно.

— Мерил, ты, самая невыносимая, самая дерзкая, самая прекрасная женщина, которую я встречал. И я хочу провести с тобой день. Как мужчина с женщиной. Просто потому, что мне хорошо с тобой. Идёт?— Идёт, — улыбнулась я. — Очень даже идёт.Свидание началось с того, что Джон заставил меня надеть самое красивое платье. Я спорила, говорила, что это слишком, что мы просто гулять, но он настоял.— Ты в нём прекрасна, — сказал он. — Я хочу, чтобы на меня сегодня смотрели и завидовали.

— Кто?— Все.Я рассмеялась, но платье надела.

Он ждал меня внизу, у подъезда. В идеальном костюме, с букетом цветов, настоящих, живых, пахнущих так, что у меня голова закружилась.— Это мне? — удивилась я.

— Тебе, — он протянул букет. — Говорят, женщинам это нравится.— Кто сказал?— Северус. Он в таких вещах разбирается.

— Северус, — я фыркнула. — Этот белобрысый ловелас. И ты ему веришь?— В данном случае, да, — улыбнулся Джон. — Потому что он прав. Ты улыбаешься.

Я поймала своё отражение в стекле кареты, действительно, улыбалась как дура.— Куда мы едем? — спросила я, когда мы забрались внутрь.— Сюрприз.— Я не люблю сюрпризы.

— Врёшь. Ты их обожаешь.Я хотела возразить, но он поцеловал меня, и все возражения исчезли.

Сюрприз оказался маленьким ресторанчиком на набережной, с видом на реку и с отдельным столиком на открытой террасе. Ничего лишнего, только мы, только тихая музыка и солнце, которое золотило воду.

— Красиво, — выдохнула я.— Ты красивее, — ответил Джон, и я чуть не поперхнулась вином.— Ты сегодня прямо сыплешь комплиментами. Подменили тебя?

— Может быть, — он улыбнулся. — Просто надоело прятаться.Мы говорили обо всём и ни о чём. О его службе, о моём детстве, о том, как он учился готовить, о том, как я впервые украла кошелёк. Смеялись, спорили, снова смеялись. И я поймала себя на мысли, что это, самое лучшее свидание в моей жизни.

— Жаль, что всё это скоро кончится, — сказала я, когда мы доедали десерт.— Что именно?— Это. Мы, спокойствие.

Джон помрачнел.— Знаю, — сказал он. — Но если мы поймаем графа, если закроем дело... у нас будет много таких вечеров. Обещаю.— Драконье слово?— Драконье слово.

Я взяла его за руку и сжала.— Тогда поехали. Работа не ждёт.

В участке нас встретил Северус. Он был бледен, взлохмачен и, похоже, не спал всю ночь.— Наконец-то! — воскликнул он, увидев нас. — Где вас носит? Я обыскался!— Что случилось? — Джон мгновенно включил режим генерала.

— Случилось, — Северус протянул ему мятый конверт. — Это пришло сегодня утром. На имя Мерил. Прямо в участок!

Я похолодела. Моё имя? Кто мог писать мне сюда?Джон развернул письмо, пробежал глазами и побелел.— Что там? — я рванула к нему, выхватила бумагу.

"Мерил. Если ты это читаешь, значит, твоя подружка Бригитта сейчас у нас. Миленькая такая рыжая, язык без костей. Если хочешь увидеть её живой, приходи сегодня ночью на старый склад у верфи. Одна. Если приведёшь дракона, она умрёт. Если не придёшь, она умрёт. Если не перестанете копать под графа, она умрёт. Выбор за тобой, крошка."

Буквы плыли перед глазами. Бригитта. Моя Бригитта. Единственный друг, который приютил меня, когда весь мир был против.— Нет, — выдохнула я. — Нет, нет, нет...

— Мерил, — Джон схватил меня за плечи. — Дыши. Слышишь? Дыши.— Они забрали её, — я смотрела на него остановившимся взглядом. — Из-за меня. Из-за того, что я влезла во всё это. Она же ни при чём! Она просто держит бар!

— Я знаю.— Мы должны её спасти. Сейчас же.— Мерил, подожди...

— Ждать?! — я вырвалась. — Ты читал письмо! Если мы не придём, она умрёт! Если МЫ придём, она умрёт! Если продолжим расследование, она умрёт! Что тут можно ждать?!— Того, что это ловушка, — спокойно сказал Северус.

Я повернулась к нему.— И что!?— Это ловушка, — повторил он. — Посмотри на текст. Он специально ставит условия, которые невозможно выполнить, дракон точно не отпустит тебя одну.