Эти слова удивительным образом успокаивают меня. Убаюкивают. Согревают. Хотя головой я понимаю, что сижу открытая, доступная, полностью обнажённая, и желания бежать уже нет.

Мир исчезает, я могу только слышать и чувствовать. И Марк талантливо играет расстоянием, прикосновениями, голосом, вынуждая меня ждать каждого нового движения.

— Ты плавишься под моими руками, Юлиана, — говорит он на ухо, проводя ладонями по груди. Задерживает пальцы на сосках, ласкает так, что у меня спирает дыхание. — Чувствуешь это?

Он издевается! Просто издевается! Этот гад точно знает, что делает, как действует на меня, заставляет произносить. Спасает только то, что я физически не могу говорить. Превращаюсь в оголённый нерв, вся сотканная из звенящего возбуждения.

— Ты не представляешь, как красиво сейчас выглядишь, — хрипло шепчет он прямо на ухо. — Моими глазами. Глазами мужчины, который захотел тебя с первой секунды, как увидел.

Он рисует на мне узоры, но не опускает руки туда, где я уже сильнее всего его жду. Это пытка. Он, кажется, растягивает мои нервы по нитке.

— Восьмой шаг, — его голос мягко касается ушей, а ладони ложатся на бёдра. — Оголённая чувственность.

Он скользит пальцами от коленей вверх с наружной стороны, переходит на внутреннюю, поднимается ещё выше, почти к самому чувствительному

У меня перехватывает дыхание. Я ловлю ртом воздух.

— Тебе трудно дышать, Юлиана, — констатирует Марк. Его голос льётся на моём уровне, а значит, он опустился на пол. — Так и должно быть. Желание сводит тебя с ума.

Я мотаю головой и закусываю губу. Нет. Этого не должно быть. Так нельзя.

Но тело само подаётся вперёд, будто я хочу, чтобы он коснулся меня по-настоящему.

— Отпусти себя, — выговаривает Марк. — Одно слово, и ты получишь желаемое.

— Н-н-нет, — шиплю я.

— Правда? — в его голосе улыбка. — Тогда девятый шаг.

Я уже не представляю, что он сделает. Что ещё, кроме прямого секса, осталось?

И вдруг я ощущаю его дыхание внизу живота. Тепло кожи разливается по мне как топлёное масло. А потом прикосновение. Не пальцев. Языка. В самой-самой чувствительной точке тела. В месте, от которого темнеет в глазах.

Стон срывается с губ первее, чем я успеваю его подавить.

— Настоящее испытание на прочность, золотце, — отрываясь произносит Марк, опаляя дыханием кожу моего живота. — Ты готова?

__________

Время новинки!

Селин Саади «НЕВЕСТА ПОСЛЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВА»

https:// /shrt/Tzuh

Я возвращаюсь в квартиру за фатой. Меня уже ждут в отеле: визажист, шампанское и свадьба, которая должна была стать началом моей новой жизни.

Дверь не заперта. На банкетке чужая сумка. Я всё понимаю сразу. И всё равно иду на звук из гостиной

— Вик… спокойно, это всего лишь минутная слабость, — оправдывается мой жених, на ходу запихивая рубашку в брюки.

Внутри поднимается буря. Я не умею переживать боль тихо.

— Как твоя клятва «навеки», да, Гош?

Всматриваюсь в него. В одну минуту исчезают пять лет любви, очаг, который я берегла, и чувство опоры, которого я лишилась после гибели родителей.

Я всего лишь забыла фату и не подозревала, что это станет концом моей старой жизни. А в новой мне предложат защиту, но только вместе со статусом «невесты».

Марк

Девять шагов. С таким же успехом я мог бы сказать двенадцать или семь. Вообще нет разницы. Я придумал цифру наобум. Не бывает женщин, которые не хотят секса. Бывают только те, кто хочет его недостаточно сильно.

Мне нужно было лишь чтобы Юлиана позволила её касаться. Добровольное согласие на вроде как невинные прикосновения. Но я взрослый умелый мужчина, я перевидал не один десяток женщин, и все они текли от меня так, что трусики только выжимай.

И Юлиана не будет исключением. Она скажет мне да — не зависимо от желания головы. Тело скажет. А этого достаточно.

Женщины реагируют на сильного самца одинаково — подчиняются. В мыслях они могут сопротивляться сколько угодно, но природа заложила в них этот механизм, который заставляет их желать, когда мужчина проявляет власть.

Я всего лишь позволяю Юлиане почувствовать, что я веду, и она тает. Дрожит, прерывисто дышит, сжимает пальцы, закусывает губу. Приятно смотреть на то, как она сопротивляется собственному желанию, и ещё более приятно знать, что я сломлю её сопротивление в конечном итоге.

Я с первой секунды ощутил, что не противен ей. А значит, её желание лишь вопрос техники.

И вот я стою на коленях между её разведённых бёдер, она дрожит крупно, дышит рвано, но держится из последних сил.

Я наклоняюсь и касаюсь её языком. Провожу снизу вверх, одно длинное движение, несколько коротких. Она всхлипывает, стонет. Первый стон. Очередной шаг к полной капитуляции.

Она напрягается, ёрзает попой, двигается вперёд, подставляя тело под мои ласки. Я увеличиваю давление, поднимаю её всё выше к пику наслаждения. Слушаю, как тяжелеет её дыхание, краем глаза вижу, как пальцы стискивают простынь.

Да, девочка, ты вот-вот кончишь. И поэтому я отстраняюсь.

Сверху раздаётся обиженный стон. Я давлю смешок. Подожди, девочка, это только начало.

— Хочешь меня? — спрашиваю, вытирая губы.

Юлиана нервно дёргает головой из стороны в сторону. Сдавленно выдыхает через нос.

— Понял, тогда продолжаем, — произношу я и снова наклоняюсь к ней.

Тело уже разогрето, возбуждение поднимается в ней мгновенно, бёдра начинают дрожать. Я рисую языком круги и восьмёрки, стискиваю ладонями её ягодицы, наслаждаюсь тем, как она дышит. Звуки скрывать ей всё сложнее, и она тихо стонет. Люблю, когда женщины так реагируют. Женщины — существа, которые созданы получать и дарить наслаждение.

И когда она снова оказывается на грани, я отстраняюсь. Стон теперь звучит почти возмущённо, с тихим рыком. Юлиана закусывает губу, запрокидывает голову, пытается свести ноги, но я не даю.

— Всё ещё не хочешь, чтобы я взял тебя и довёл это до конца? — спрашиваю её.

— Иди к чёрту! — выговаривает она.

Но это не ненависть, это отчаяние. Она не может сопротивляться жажде и злится.

— Посмотрим, на сколько таких заходов тебя хватит, — я усмехаюсь и снова склоняюсь к её телу. От неё пахнет чем-то сладким, будто цветочным. И я с наслаждением принимаюсь за то, что делал.

На этот раз ей требуется ещё меньше времени, чтобы дойти почти до пика. Я снова отстраняюсь.

— Нет! — выдыхает Юлиана. — Хватит! Прекрати!

— Всё ещё утверждаешь, что не хочешь меня, жена? — спрашиваю я, сжимая её бёдра.

— Я… хочу кончить, — выговаривает она и опускает голову.

— Я позволю тебе кончить только подо мной, — произношу я, целуя её колено в белом чулке. — Хочешь?

Юлиана качает головой, но произносит «Да».

Я выпрямляюсь и снимаю с её глаз галстук. Взгляд мутный, совершенно невменяемый. В глазах жажда, которая сейчас гуляет в её теле.

Я не торопясь снимаю рубашку, брюки, избавляюсь от белья. Забираюсь на кровать, сразу разводя стройные ножки Юлианы.

Но сначала опускаю руку, касаюсь её пальцами. Там всё мокрое, хлюпающее, готовое настолько, что она кончит, стоит только войти. Но я хочу услышать заветные слова.

Я ласкаю её пальцами, и она закрывает глаза, протяжно мычит. Выгибает спину, бёдра сами расходятся в стороны. Она хочет меня внутри.

— Хочешь, чтобы я тебя взял? — спрашиваю в какой-то момент.

— Да, — говорит она. Голос ломкий. — Сделай уже!

Я убираю руку и вхожу в совершенно готовое тело. Юлиана принимает меня без остатка, целиком, мягко обтягивает, сжимает. Какой же кайф. У неё нереальное тело.

— Узкая, — хриплю я, входя до основания. — Сладкая.

Юлиана слабо соображает, глаза закрыты, ноги обвивают мои бёдра. И я воспринимаю это как толчок к действиям. Начинаю двигаться.

Как я и ожидал, буквально спустя несколько фрикций она взрывается с громким криком. Ногти впиваются мне в плечи, её мягкость умопомрачительно сжимает меня и пульсирует. Чистый кайф.