— Нет, невеста, — говорю я. — Супружеский долг буду брать натурой. Регулярно.

Она закрывает рот ладонью, будто ей нехорошо.

— Мои родители это так не оставят, — выговаривает хрипло.

— С твоими родителями я разберусь, не переживай.

Глазищи округляются ещё сильнее. В них паника и уже собирающиеся слёзы.

— Как… разберётесь?.. — роняет она обессиленно.

Вероятно, думает, что я людей направо и налево убиваю. Нет. Я их использую.

— Зависит от того, насколько сговорчивой будешь ты, — говорю я.

Она вжимается в сиденье, кажется, наконец, уяснила, кто в доме хозяин.

Пора двигаться дальше.

Я снова протягиваю руку и легко вырываю клатч из её пальцев. Она вскидывается, но я не обращаю внимания. Там должен быть паспорт, судя по тому, что я увидел во дворе Ковалёва, регистрация выездная, а значит, паспорт должен быть при себе.

Открываю. Я прав. И, что забавно, нет телефона.

— Я Марк Романович Финский, — представляюсь, открывая её документ. — А ты у нас кто?

Читаю вслух.

— Юлиана Алексеевна Зайцева, — бросаю на неё взгляд. — Стало быть Юлиана. А Егорка тебя как называл? Юля? Юльчик? Юлёныш?

Она краснеет до кончиков ушей.

— Юлиана, — выговаривает тихо.

— Ну вот и славно, Юлиана, — я киваю и снова вынимаю телефон. Лёша снимает трубку на первый же гудок. — Записывай. Юлиана Алексеевна Зайцева. Пробей по-быстрому. Что у моей невесты за душой.

Закрываю паспорт, кладу его обратно в клатч и возвращаю ей.

— Вот теперь ты не незнакомка, Ю-ли-а-на, — проговариваю её имя по слогам. — Красивое имя. Мне подходит.

Она стискивает клатч так, что костяшки белеют.

— Я не выйду за вас, — говорит тихо, но уверенно.

— Выйдешь, и уже минут через сорок, — парирую невозмутимо.

— Никогда! — выдаёт она громче почти с рыком.

— Тогда пострадает кто-то другой, — я добавляю в голос холода. — Выбирай, кто первый. Отец? Мать? Может, у тебя брат или сестра есть?

Она бледнеет и затыкается. Ну вот и договорились. Остаток дороги до ЗАГСа мы молчим. Я беззастенчиво рассматриваю своё новое приобретение и уже примеряю, как и в каких позах я буду её пробовать. В штанах становится тесно, стоит только представить её без одежды.

Игнат тормозит на парковке у ЗАГСа, и у меня вибрирует телефон.

Лёша.

— Марк, пробил твою Юлиану, — говорит он ровным чётким голосом. — Отец Алексей Владимирович Зайцев, в собственности участок с редкоземельными металлами. Долговые обязательства перед Ковалёвым. Мать Валентина Тимофеевна, безработная. Братьев-сестёр нет. У самой девушки образование высшее...

— Принял, — обрываю его. — Скинь полное досье мне на почту.

Сбрасываю звонок. Поворачиваюсь к Юлиане. Она сидит, вцепившись в клатч, взгляд остекленелый.

Я растягиваю губы в улыбку, с любопытством.

— Интересная у тебя семья, Юлиана, — произношу медленно.

Она моргает.

— Обычная семья, — отвечает она.

Я наклоняюсь чуть ближе.

— Так уж обычная, — я ухмыляюсь.

— Не понимаю, о чём вы, — отбрыкивается Юлиана.

— Потом поймёшь, — говорю я. — Идём. Регистратор уже ждёт-не дождётся сделать тебя моей женой.

И да. Она боится. Она дрожит. Но она подчинится. И это будет красиво.

__________

Время новинки!

Аси Петрова «ТЫ ТЕПЕРЬ ЧУЖАЯ НЕВЕСТА»

— Ты счастлива с ним?

— Я выхожу за него замуж через три месяца. У нас все расписано.

— Это не ответ, Саша. Это график. Ты всегда прячешься за планами, когда боишься.

— Боюсь чего?

— Того, что я вернулся. И того, что твой идеальный мир оказался карточным домиком.

— Мир не крутится вокруг тебя, Соколов. А мой уж тем более.

У Александры есть всё, к чему она стремилась двенадцать лет.

Карьера топ-аналитика, безупречная репутация и идеальный жених Дмитрий — надежный, как швейцарские часы.

Никаких сюрпризов. Никакого хаоса.

Но один звонок шефа рушит всё. Чтобы спасти компанию, ей придется работать с новым начальником. Ему плевать на правила, он циничен, местами жесток и гениален.

Но хуже всего то, что его зовут Олег Соколов. Это её первая любовь, ее лучший друг и ее самая большая ошибка, которую она пыталась забыть. Теперь он — её босс.

И он намерен не только разнести её отчеты в пух и прах, но и проверить, действительно ли она разлюбила того, кто однажды разбил ей сердце.

Юлиана

Марк открывает мне дверь, и я нехотя выбираюсь из салона. Просто логически — сидеть и цепляться пальцами за сиденье глупо и бесполезно. Эта гора мышц просто применит силу и снова взвалит на плечо.

Едва я выхожу из машины, он берёт меня за локоть. Не сжимает и не причиняет боль, но держит так твёрдо, что это на подкорке вырисовывается — вырываться бессмысленно.

Он направляет меня к зданию ЗАГС, а я едва иду. Ноги ватные. Платье вдруг кажется тяжёлым будто сделано из бетона, а не шёлка. Дышать трудно, словно воздух не проходит в лёгкие.

Я всё ещё надеюсь, что это не по-настоящему. Что Марк сейчас скажет, что это просто странный розыгрыш. Что сейчас появится родители и освободят меня. Или Егор примчится как супермен и укроет меня красным плащом. Хоть малейшая надежда.

Но никто не приходит на помощь. Мы поднимаемся по ступеням ЗАГСа Приморского района. Обычное здание. Белая вывеска. Мраморный пол. Воздух пахнет полиролью и пылью.

У меня кружится голова.

— Я не пойду туда, — выдыхаю я.

— Пойдёшь, — отвечает Марк так просто, будто спорю о выборе напитка.

Он открывает тяжёлую дверь и ведёт меня внутрь.

Мы проходим мимо двери с табличкой «Торжественная регистрация» где в зале ожидания собралась целая толпа родственников и счастливые жених с невестой. Настоящей невестой, а не заложницей чьего-то жестокого кредитора!

Марк ведёт меня дальше, туда, где нет случайных гостей. В кабинет с табличкой «Начальник отдела ЗАГС Приморского района Коновалов Валентин Георгиевич». Эти буквы словно белым фосфором отпечатываются на сетчатке. Вот, о каком Коновалове Марк говорил по телефону.

Сердце больно сжимается.

Дверь закрывается за моей спиной. Впереди большой дубовый стол, за которым сидит сам Валентин Георгиевич — лет пятидесяти, аккуратный, с лысиной на макушке, в очках с тонкой оправой. На стене висит картина. Пахнет бумагой, кофе и чем-то старческим.

Он заискивающе улыбается Марку, будто боится улыбнуться недостаточно широко.

— Марк Романович, здравствуйте, — говорит он. — Уже всё готово.

— Хорошо. Вот невеста, — Марк чуть подтягивает меня вперёд. — Оформляем брак.

Я вздрагиваю. В голове проносится мысль, что чиновник мог бы полицию вызвать.

— Нет. Нет! — я делаю шаг назад. — Я не знаю этого человека! Он похитил меня и принуждает! Пожалуйста, вызовите полицию!

Валентин смотрит на меня так, будто я шумная муха, залетевшая в кабинет.

— Девушка, — говорит он мягко. — Документы оформлены верно. Не мешайте, пожалуйста, процессу регистрации брака. После — сможете подать жалобу в соответствующие инстанции.

— Вы что, издеваетесь?! — выговариваю я. — Я говорю вам, что этот мужчина меня похитил! Какую жалобу, чёрт возьми?

— Я обязан следовать процедуре, — перебивает он и бросает короткий боязливый взгляд мне за спину, на Марка. — И я её выполняю.

Меня начинает трясти. Или этот жук куплен, или запуган до смерти, но от него я помощи не дождусь. Марк подходит, встаёт вплотную, так что меня едва не шатает от его гравитации, и снова забирает у меня клатч. Сил сопротивляться не хватает, я даже не успеваю среагировать.