«Серьезно, Ами? — мысленно огрызалась на себя. — У тебя даже нормального оружия нет».

Ни бейсбольной биты, ни перцового баллончика. Только этот чертов тесак, который я купила на распродаже, потому что продавец клялся, что он «идеально режет мясо». Я вздрогнула от этого сравнения, вытаскивая из ящика большой кухонный нож с широким лезвием.

Никогда ничего им не резала, но сейчас он выглядел угрожающе. Достаточно угрожающе, чтобы защититься от потенциального придурка? Скорее, да.

Хотя, зная меня, я вероятнее покалечусь сама, чем смогу сделать это с кем-то другим, даже если очень надо. Все равно взяла тесак, а взгляд тем временем упал на нижний шкафчик, где я хранила всякий хлам.

Я присела, порылась и вытащила баллончик спрея от насекомых.

«Сойдет за слезоточивый газ» — решила, хотя мысль о том, что я собираюсь защищаться средством от тараканов, заставила меня фыркнуть. Отлично, Ами, ты готова сражаться с маньяком, вооружившись кухонным ножом и спреем «Убийца жуков».

Вернулась в гостиную и принялась нервно расхаживать из угла в угол, сжимая баллончик в одной руке и нож в другой. Ну, просто картина для зарисовки!

Тишина в квартире была оглушительной, только дождь опять барабанил по окнам. Я ждала Лекса, но каждый шорох за дверью заставлял меня вздрагивать.

Когда за окном со стороны открытого балкона-лоджии послышался странный звук — что-то среднее между скрипом или шуршанием, — я замерла, чувствуя, как волосы на затылке буквально встают дыбом.

Вот всегда думала, что это просто аллегория, а нет, напоминала себе сейчас взъерошенную кошку.

Это просто ветер, Ами, — твердила себе, но ноги уже несли меня к балконной двери. Я ругала себя за глупость — кто, кроме тупиц из фильмов ужасов, выходит проверять странные звуки? Очевидно, тупицы, преследуемые сталкерами-психами.

Но всё равно, несмотря на стенания внутри, обхватила нож покрепче, сжала баллончик в другой руке и осторожно подошла ближе.

Холодный воздух из окна на режиме проветривания ударил в лицо, я немедленно наругала себя, что не закрыла его, тоже мне шифровальщица. Шагнула на балкон, стараясь двигаться бесшумно.

Улица была пустой, только фонарь внизу мигал, бросая тени на асфальт. Секунду подумав, все же открыла окно и наклонилась, вглядываясь в темноту.

Ночной Бостон с обычными звуками ночной жизни. Уже расслабившись, вздрогнула. Мне показалось, что внизу, под балконом, мелькнул силуэт — высокий, тёмный, быстро скрывшийся за углом.

Я отшатнулась, стремительно закрывая окно, сердце заколотилось, и в этот момент за спиной раздался звук — кто-то вставлял ключ в замок моей двери.

Побелела, паника захлестнула меня, топя в ледяной воде. Вот это было уже действительно страшно, аж поджилки затрсялись от ужаса. В голове билось только «что-делать-что-делать-что-делать».

Вгляд метнулся на угол дивана, выглядывающий из-за барной стойки, кажется, там я телефон бросила. Черт.

Я затаилась за балконной дверью, сжимая нож так, что пальцы онемели. Мысли метались, от истеричных — «Это он, это маньяк, он здесь!» — до глупых — «Может, это соседка перепутала двери, сейчас поймет, что ключ не подходит и уйдет?». И тут дверь распахнулась, и в квартиру шагнул массивный силуэт, высокий, широкоплечий.

Я не включала свет, надеясь, что тьма меня спрячет, и теперь видела только тёмную фигуру, которая сделала пару шагов и закрыла дверь за собой.

«Какой воспитанный маньяк» — внутренний сарказм работал на всю, защищая мою бедную психику. В тишине квартиры казалось, что я дышу как мамонт и меня прямо сейчас найдут, я прикидывала, стоит ли завизжать и броситься с ножом, прежде чем он меня заметит. Эффект неожиданности и все такое…

Может, соседи услышат? Или не услышат, и я просто появлюсь завтра в списках «пропала без вести», как в дешёвом триллере? В лучшем случае.

Честно, я уже довела себя до кондиции, успела отбросить вариант прятаться и дальше на балконе, потому что квартира у меня крошечная — дело времени, когда этот человек захочет проверить балкон, а в замкнутом пространстве мне от него точно не уйти.

Я была готова кинуться на силуэт, и будь, что будет, когда в квартире щёлкнул выключатель.

Свет залил комнату, и я заморгала, пытаясь привыкнуть к нему. Силуэт повернулся, давая мне понять, что это Лекс. Мой Лекс, Боже!

Руки и ноги мгновенно затряслись как желе, теперь после пережитого я готова была свалиться в самый настоящий обморок.

Тёмные волосы мужчины были влажными от дождя, куртка блестела, а взгляд беспокойно скользил по квартире, ища меня.

— Ами? — позвал он, и его голос оживил напряженную тишину.

Я выдохнула, чувствуя, как напряжение отпускает, и тесак выскальзывает из моих пальцев, чтобы с грохотом упасть на пол. Лекс резко обернулся на звук, заметил меня на балконе и шагнул ближе, его брови в удивлении поползли вверх. Да, картина ему предстала, наверное, еще та.

Я стояла, привалившись к стене, бледная, сжимая баллончик от насекомых, а под ногами валялся огромный нож, который выглядел так, будто я готовилась разделывать кабана, не иначе.

— Это что? — Лекс скрестил руки на груди, и я уловила усмешку на его губах, хотя он оставался чертовски серьезным. — Ты собиралась отбиваться спреем от тараканов и мясным тесаком?

Я почувствовала, как щёки вспыхивают, и огрызнулась, стараясь скрыть неловкость:

— А что, у тебя есть идея получше? Может, мне надо было вызвать пожарную бригаду, чтобы ты приехал с топором лично?

Он усмехнулся, шагнув ближе, и я вдруг осознала, насколько все же он высокий, какие широкие у него плечи под этой курткой. Он стал еще выше за эти года, хотя может мне и кажется.

Пытаясь не пялиться так откровенно, но его взгляд, тёмный и внимательный, притягивал, как магнит.

— Серьезно, Ами, — сказал он, наклоняясь, чтобы поднять тесак. — Ты бы скорее себя порезала, чем кого-то другого.

Несмотря на то, что он, буквально, озвучил мои мысли ранее, мне сделалось обидно, вот еще, умник нашелся. Что мне было делать-то, по его мнению⁈

— Очень смешно, — буркнула, протискиваясь мимо него, выхватила тесак, чтобы вернуться на кухню. Его тело было так близко, что я ощутила жар, исходящий от него, несмотря на то, что он только с улицы из-под дождя, а еще уловила его запах — ненавистный и обожаемый мною сандаловый парфюм Le Labo, с ноткой дождя. Я отчетливо помнила, как в 17 лет впервые подарила его Лексу, как краснела от комментариев консультанта в бутике: «Вы не пожалеете, это легендарный аромат, он для мужчин, которых хочется слушаться». Мое сердце подпрыгнуло от этого воспоминания, и я поспешно отошла от мужчины, сунув тесак обратно в ящик, а спрей в шкафчик внизу, громко хлопнув дверцей. — Я просто… импровизировала.

Потянулась к чайнику, чтобы занять руки.

— Чай будешь? — старалась звучать небрежно. Хотя я могла бы списать дрожание голоса на испуг, да, так и сделаю.

— Давай, — ответил он, и я вздрогнула, потому что его голос со спины прозвучал совсем близко. Ближе, чем я ожидала. Обернулась и чуть не впечаталась носом в его грудь — он стоял прямо за мной. Лекс потянулся через меня к миске с фруктами на столе, слегка навалившись, и я замерла, откидываясь на столешницу, от чего та врезалась в мои бедра.

— Что ты делаешь? — выдохнула, он опустил голову и из-под ресниц посмотрел на меня темными глазами, наши губы оказались так близко, что если бы не мой низкий рост и уверенность, что ему не нужны мои поцелуи — я бы уже страдала аритмией.

Он слегка наклонил голову и улыбнулся краешком рта.

— Беру мандарин, — сказал Лекс, и его чертов-божественный-мать-его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, которая заставила мои коленки задрожать. Он взял фруктом за моей спиной и медленно отступил, не сводя с меня взгляда.

Лекс уселся на барный стул, начиная чистить цитрус. Я отвернулась, сосредоточившись на чайнике, чтобы не выдать, как меня бросает в жар, как сердце заходится в приступе. Ай, чертова аритмия!