Но, на удивление, я свое отбоялась, теперь мне хотелось только поймать и наказать всех, кто причастен к нашей испорченной поездке.

Поэтому просто шагнула к высокому сиденью пикапа, но Лекс опередил меня, подхватив за талию и легко усадив на место. Его руки были быстрыми и торопливыми, когда он наклонился, защёлкивая ремень безопасности, не дав мне это сделать самой.

Ладони Лекса легка подрагивали, как будто со мной он меньше себя контролировал.

Мне подумалось, как беспомощно, наверное, должен ощущаться себя этот большой и сильный мужчина, он ведь прекрасно понимал, что не может защитить нас. Чтобы не говорил вслух — но Лекс не вездесущ.

Эти люди подбирались к нам в самых неожиданных местах, они следовали за нами даже на импульсивных остановках Миры по пути.

Он не сможет защитить нас.

Но я была благодарна, что он попытается.

Уверена, он приложит все силы.

— Всё будет хорошо, — будто вторя моим мыслям сказал он, глядя мне прямо в глаза, его голос был твёрдым, как обещание. И в его взгляде я увидела главное — нужду в том, чтобы мы ему доверились.

Поэтому я кивнула в ответ и погладила ладошкой щеку мужчины:

— Спасибо, Лекс.

Он слегка улыбнулся и закрыл дверь.

К обеду мы добрались до Колби, городка, который называли «Оазисом прерии». Дорога вымотала нас, а возможно — и переживания, не важно, но глаза слипались от монотонности пейзажа.

Мира не стала противиться этому ощущению и, почти сразу, задремала на заднем сиденье, её голова склонилась к окну, а рыжие волосы укрыли лицо.

Её сон был беспокойным, она то и дело вздрагивала, уверена, что ей снились не самые приятные сны.

Лекс вёл машину молча, его пальцы больше не постукивали по рулю, а лежали неподвижно, он не улыбался и был хмурым. Когда пикап свернул к странному магазину на окраине городка, я нахмурилась. Вывеска гласила «Colby Gun Gear», и витрина была заставлена манекенами в тактических жилетах и витринами с оружием.

— Я с тобой, — вскинулась сразу же, когда Лекс припарковался. Для надежности еще и за руку его схватила. Он кивнул, даже не посмотрев на меня, схватив папку с документами из бардачка. Пока я возилась с ремнём безопасности, который, как назло, заело, Лекс уже обошёл пикап и открыл мою дверь. Его руки быстро расстегнули ремень, а потом он подхватил меня за талию, легко сняв с высокого сиденья, как будто я ничего не весила.

— У меня, знаешь ли, есть ноги, — хмыкнула, пытаясь скрыть смущение, но мои щёки всё равно вспыхнули. С мужчиной что-то произошло после случившегося у ветряка, и я не могла уловить это.

Он вдруг хохотнул, его глаза сверкнули озорством, он притянул меня к себе на секунду прежде чем отступить. У меня было головокружение от этого нового Лекса.

— Ещё одно слово, котёнок, и я весь отпуск буду таскать тебя на руках, — хриплый голос прошелся по моим нервам.

— Попробуй, — только улыбнулась и послушно пошла за ним.

Внутри магазина пахло оружейным маслом и кожей, а стены были увешаны винтовками, пистолетами и полками с патронами. За прилавком стоял продавец, мужчина с густой бородой и татуировкой птицы на предплечье, он выглядел так, будто родился с ружьём в руках.

Я остановилась посреди холла, все внутри сжималось от страха.

— Лекс, что мы тут делаем? — тихо пробормотала, подходя ближе к нему.

Он повернулся ко мне, его взгляд был серьёзным, почти тяжёлым, при этом прямолинейным до дрожи.

— Я покупаю пистолет, — мужчина указал продавцу на модель в витрине и протянул документы. Это было так… уверенно. Как будто, это его не первое оружие в жизни.

Продавец кивнул и скрылся за металлической дверцей, которую открыл с помощью кодового замка. Замерла, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. Я не знала этого Лекса.

— Ты серьёзно? — вцепилась в его руку мертвой хваткой. — Не надо, пожалуйста. Это слишком. Все слишком! Это зашло слишком далеко.

Вдруг мужчина шагнул ко мне, его тело оказалось очень близко. Еще ближе. И ближе. Пока я не уперлась лопатками в бетонную стену. Тогда его руки скользнули вниз к моей талии, а потом ниже, к ягодицам, слегка сжав их, заставив меня вспыхнуть. Но тут Лекс легко приподнял меня, прижав к стене так, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

— Ами, — сказал он холодным чужим голосом, но его дыхание было горячим и оно касалось моих губ. — Всё и так уже зашло слишком далеко. Это серьёзнее некуда. Тот парень в кафе мне сразу не понравился, и я до сих пор корю себя, что не заметил его оговорку про Аспен и Колорадо. Я не могу больше рисковать. Не вами.

Все это я понимала, но… черт возьми, это пистолет! Взяла лицо мужчины в ладони, мои пальцы дрожали пока я гладила скулы, царапаясь об однодневную щетину. И начала бормотать, паника смешивалась с отчаянием:

— Лекс, миленький, родненький, не надо. Это же оружие. Неужели ты не понимаешь?

Он наклонился, его лоб прижался к моему, и я почувствовала, как его дыхание стало отчего-то тяжёлым.

— Я помню, как ты стонала в моих руках, котёнок, — его слова, сказанные шепотом, ударили меня, заставив распахнуть глаза. — А потом кричала от страха, когда разбили окно. Я не буду больше уповать на детективов. Они не всесильны. Я должен защитить дорогих мне людей здесь и сейчас. Я должен защитить тебя.

Я открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент вернулся продавец, неся коробку с пистолетом. Лекс медленно опустил меня, взглядом давая понять, что разговор окончен. Я хотела было уже примирительно кивнуть, ведь поговорить мы всегда успеем. Но ладонь мужчины будто случайно скользнула по моим ягодицам, а потом слегка шлепнула.

Округлила глаза и заорала:

— Алекс Холтер, какого чёрта⁈

Он хохотнул, его смех был низким, хищным, я бы сказала, что так смеются самые настоящие злодеи. Лекс взял пистолет, ловко перезарядил его и прицельно выстрелил в мишень, на которую указал продавец, делая шаг назад и закрывая уши. Грохот выстрела эхом отозвался в магазине, я побледнела, а мои ноги стали ватными.

Внезапно захотелось домой в Чикаго. Просто не буду выходить на улицу, да…

Лекс обернулся на мой вскрик, в его глазах мелькнула тень вины.

— Пойдём, — сказал он, забирая коробку с пистолетом и направляясь к выходу. Я последовала за ним, страх и восхищение боролись внутри меня. Лекс, новый, чужой мне Лекс — завораживал все больше. Разве это возможно?

После магазина мы остановились у закусочной «Mom Pop Diner» чтобы перекусить. Запах жареной картошки и бургеров витал в воздухе, смешиваясь с ароматом кофе, который подавали в огромных стаканах. Мира, всё ещё бледная, но уже немного оживившаяся, сидела за столиком у окна, листая меню. Лекс пошёл оплачивать заказ.

— Мира, — начала я, наклоняясь к ней. — Ты в порядке? После того, что случилось…

Она подняла усталый взгляд.

— Я не хочу об этом думать постоянно, — голос подруги оказался тверже, чем я ожидала. — Иначе я сойду с ума. Давай лучше подумаем, что будем делать в Аспене завтра. Сноуборд? Или сначала горячий шоколад в каком-нибудь уютном кафе?

Улыбнулась ее энтузиазму:

— Горячий шоколад — звучит идеально. И, может, найдём какой-нибудь склон для новичков, чтобы я не сломала себе всё на свете в первый же день.

Мира засмеялась как-то неестественно и вернула внимание меню.

Я побарабанила пальцами по столу и посмотрела на Лекса, который стоял у кассы, его спина была прямой, он привычно возвышался над другими на добрые пол головы, уверенный и непрошибаемый. Но я заметила, как он повел плечами, снимая напряжение. Воспоминание о разговоре в магазине вспыхнуло в голове — как и сотни других недомолвок.

Я не могла больше гадать, что он скрывает.

Это было как зуд во время ветрянки, который не даёт покоя. Да, неудачное сравнение, но что поделать.