Цзи Сяо Чжо немного растерялся. Он не ожидал, что его отец так легко согласится на их просьбу. Его отец ясно дал понять, что не согласен спать отдельно, но почему, как только его мама попросила о том же самом, тот согласился?

Тан Тан тоже не могла в это поверить. Она думала, что Цзи Ян не согласится на эту просьбу. Как он мог их отпустить так легко?

Мать и сын застыли как вкопанные. Цзи Ян открыл свою книгу, собираясь почитать, а затем спросил: «Вы же не хотите здесь спать, почему не уходите?»

Тан Тан вдруг почувствовала смущение от того, что они с малышом бросали Цзи Яна одного. Не будет ли ему одиноко? Ему не с кем будет поговорить, только и остается читать книги в тишине.

Тан Тан прикусила губу, раздумывая, стоит ли ей извиниться, но, прежде чем она успела это сделать, Цзи Сяо Чжо, сбегая, вывел её из комнаты. Он опасался, что отец пожалеет о своих словах и передумает.

Тан Тан: «…».

Цзи Ян: «…».

Цзи Сяо Чжо быстро привел Тан Тан во вторую спальню. Он со скоростью ветра подлетел к кровати и радостно забрался на неё. Он начал безудержно вертеться и кровать заходила ходуном.

Неужели этот малыш не испытывает угрызений совести из-за того, что бросил отца?

Совесть Цзи Сяо Чжо действительно не мучила его. Он продолжал ворочаться, пока окончательно не устал, а затем похлопал по кровати и позвал Тан Тан: «Мамочка, давай спать вместе!»

Тан Тан подошла и взяла малыша на руки. Она расправила беспорядочно скомканные простыни, а затем уложила Сяо Чжо обратно. «Бао Бао, тебе не кажется, что мы поступили плохо? Папе будет одиноко одному. С ним там никого не осталось. Ему даже поговорить там не с кем, а мы взяли и оставили его в одиночестве».

Счастливый взгляд Цзи Сяо Чжо померк, и они с Тан Тан переглянулись. Сяо Чжо возразил: «Но папа продолжает обнимать маму во сне».

Тан Тан не понимала, почему Цзи Сяо Чжо так яростно реагировал на это. Малышу, похоже, очень не нравилось, что Цзи Ян обнимает её. Каждую ночь перед сном, ему не терпелось их разлучить. Увидев, что они оба спят вместе, Сяо Чжо готов был взорваться, как ядерное оружие. Очевидно, что в других вопросах он не проявлял такой сильной собственнической привязанности. Обычно он очень беспокоился о чувствах других людей.

Тан Тан не могла понять, о чём Сяо Чжо думал в глубине души. Она погладила его по головке и спросила: «Бао Бао, почему ты не хочешь делить маму со своим отцом? Другие отцы часто обнимают мам своих детей».

Глаза Цзи Сяо Чжо вспыхнули, и он прошептал: «Из-за того, что папа обнимает маму, я не могу обнимать тебя. Я тоже хочу обнимать свою маму».

«Тогда мы можем позволить папе спать с нами. Ты будешь спать посередине, а папа с мамой будут обнимать тебя, и мы будем спать все вместе. Разве так не будет лучше? Так папа будет обнимать не только маму».

Цзи Сяо Чжо не хотел соглашаться. Он задумался, а затем тихо прошептал на ухо Тан Тан: «Мамочка, мне кажется, у нас проблемы из-за папы. Он должно быть тайком похищает тебя, пока я сплю, иначе ты никогда бы не убежала от меня! Значит, это сделал папа!»

Тан Тан посмотрела на малыша: «Откуда ты знаешь?»

«Догадался!» — Хотя это и было всего лишь предположением, Цзи Сяо Чжо был уверен в своей правоте. — «Это моя мужская интуиция! Это точно!»

Тан Тан подумала: «Когда это у Бао Бао развилась мужчина интуиция?» Но она должна была признать, что инстинкты этого маленького мужчины, похоже, были довольно точны, потому что она тоже считала, что это дело было как-то связано с Цзи Яном.

Цзи Сяо Чжо наконец пришел к выводу: «Значит, мы не можем спать в одной комнате с папой, потому что, даже если я буду спать посередине, когда я усну, папа снова тебя похитит. Я не смогу защитить тебя от него».

Почему он говорить так, словно его отец — чудовище? Когда это она нуждалась в защите? Тан Тан была просто в шоке. Мир в воображении ребенка порой было очень сложно понять.

«Хорошо, мама всё поняла. Теперь можно спокойно засыпать, мама в безопасности, теперь мне не нужна твоя защита», — Тан Тан похлопала малыша по спинке и уложила его спать.

Однако Цзи Сяо Чжо посмотрел на дверь, внезапно вскочил с кровати и, как вор, прокрался к двери, чтобы запереть её.

Тан Тан молча посмотрела на него.

Малышу было всё равно на её упрекающий взгляд: «Я боюсь, что папа придет сюда, пока я сплю, чтобы украсть тебя. Так будет безопаснее».

Тан Тан не могла понять, что за тревожные мысли были в голове у малыша.

Цзи Сяо Чжо больше не нужно было бояться, что отец и мать снова будут спать вместе, и с облегчением заснул. В отличие от Тан Тан, которая вместо того, чтобы заснуть вместе с Цзи Сяо Чжо, не могла сомкнуть глаз. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Она не могла уснуть, ворочаясь в бесчисленных позах и глядя в темноту на потолок. В ту особенно тихую ночь её сердце было переполнено смятением. Она продолжала думать о том, что произошло сегодня вечером.

Хотя Гу Янь Ран в конце концов пришла к ошибочному выводу, и тайна Тан Тан не была раскрыта, но доказательства, которые принесла Гу Янь Ран, подтверждали факт её необъяснимого существования. Любой, кто ознакомился бы с результатом расследования, смог бы найти различия между ней и настоящей Тан Тан.

Никто не может всю жизнь притворяться другим человеком.

Задумавшись о том, что Гу Янь Ран действительно узнала её секрет, Тан Тан не боялась, что Гу Янь Ран что-то с ней сделает. В тот момент она боялась только одного: что Цзи Ян больше никогда не захочет с ней видеться, узнав правду. Думая о том, что она не сможет жить с Сяо Чжо и его отцом, она сильно испугалась. Все её остальные страхи моментально исчезли.

Пока Цзи Ян принимал её, она ничего не боялась, в мире не было ничего, что могло бы напугать её.

Ситуация походила на момент перед казнью на гильотине: когда она висит над головой, ты продолжаешь переживать, но в один прекрасный момент верёвка действительно обрывается, и ты испытываешь облегчение. Точно так же произошло и сегодня: то, что Гу Янь Ран раскрыла её секрет было не так уж и плохо. По крайней мере, она почувствовала смелость воспользоваться возможностью и признаться в самом большом секрете своей жизни перед Цзи Яном. Раньше она не знала, стоит ли ей признаться Цзи Яну и раскрыть ему свой секрет. Она не знала, как это сделать, но теперь она приняла решение, что должна сделать это самостоятельно, даже если в итоге всё сложится не лучшим образом для неё.

Завтра! Она решила, что пойдёт к нему завтра и всё расскажет. Пусть Цзи Ян сам решит, что делать, каким бы не был исход, она не будет возражать. Даже если он прогонит её, это не будет иметь значения.

Бремя, лежавшее на её плечах, внезапно исчезло, и Тан Тан почувствовала, как расслабляется её тело и душа. Сонливость начала одолевать Тан Тан, и её веки затрепетали.

Как раз в тот момент, когда Тан Тан собиралась заснуть, в темноте внезапно раздался звук открывающейся двери. Тан Тан вздрогнула и посмотрела на дверь. Дверь медленно открылась, и в проёме показалась чья-то фигура.

Первой реакцией Тан Тан было броситься на вора, но, когда послышались шаги приближающегося человека, она подавила желание вскрикнуть.

Шаги принадлежали — Цзи Яну.

Тан Тан почувствовала облегчение, но оно сменилось сомнением. Почему он не спал, хотя было уже так поздно? Что он здесь делает?

Желание узнать, что происходит, заставило Тан Тан молча закрыть глаза и притвориться спящей. Она лежала неподвижно, желая увидеть, что он будет делать.

Однако целью Цзи Яна оказалось не что иное, как похищение Тан Тан. Она притворялась спящей, но вдруг её взяли на руки и унесли из комнаты.

Внезапно Тан Тан попала в чьи-то объятия, но она всё ещё притворялась что спит, и ей пришлось сдержать возглас. Она никак не отреагировала на то, что её выкрали из комнаты. Но в этот момент она вспомнила, слова Цзи Сяо Чжо перед тем, как лечь спать. Он сказал, что боится, как бы отец не украл её тайком. Тогда она подумала, что поведение этого малыша слишком забавное. Теперь ей казалось, что его отец, тоже вел себя как ребёнок.