Его внук, известный на всю армию, как человек из стали или король Ада, в данный момент сидел на кровати с открытым ртом и ждал, пока жена накормит его.

Дедушка Цзи чуть не решил, что у него галлюцинации.

Он продолжал наблюдать за Тан Тан, которая начала кормить Цзи Яна кашей после того, как тот доел суп. Его внук, получив ранение, даже звука не издал и продолжил выполнение задания. Он делал то, что было не под силу обычному человеку, и теперь он ел кашу, широко раскрыв рот, словно парализованный.

Дедушка Цзи долго смотрел на руки и ноги Цзи Яна. Что ж, его конечности были целы, очевидно, что проблем с ними не было.

Старик вздрогнул и попытался сдержать свои эмоции.

Однако самое удивительное заключалось в том, как вела себя Тан Тан. В его воспоминаниях, она только и делала, что пила. Она даже смотреть не желала на своего ребёнка и мужа. Теперь она аккуратно дула на кашу и кормила мужа с ложечки. Увидев, на губах Цзи Яна случайно оставшуюся еду, она тут же вытирала её большим пальцем. Выражение её лица, глядя на Цзи Яна, было по-настоящему нежным, и в каждом её движении читалась любовь.

Хотя он чувствовал, что Тан Тан изменилась по сравнению с тем, какой она была в прошлом, эта сцена всё равно заставляла дедушку Цзи засомневаться в том, что эта женщина — та самая, которая родила ему внука четыре года назад.

Что задумала эта женщина?

Дедушка Цзи закончил трапезу с недобрым предчувствием. После еды Тан Тан убрала со стола и нарезала фрукты для всех. Теперь Цзи Яну можно было есть фрукты, поэтому Тан Тан разрезала яблоки пополам и дала по одной половинке дедушке Цзи, Сяо Чжо и Но Но, а оставшуюся половинку разрезала на небольшие кусочки, прежде чем скормить их Цзи Яну.

К этому моменту в палате на стене заработал телевизор. Все смотрели новостной выпуск. Кроме Тан Тан и Но Но, остальные четверо были преданными поклонниками новостных выпусков. Так что все с удовольствием смотрели передачу, и Цзи Ян тоже был увлечен. Во время просмотра новостей он открывал рот и ел яблоко, которое ему давала Тан Тан.

Дедушка Цзи увидел эту сцену, и его лицо снова помрачнело. Даже его любимая новостная передача не могла его больше радовать. Он не мог не задаваться вопросом, действительно ли Тан Тан изменилась или она просто притворяется.

Раньше он действительно не верил, что Тан Тан внезапно стала лучше. Он подумал, что она притворяется, но, понаблюдав за ней сегодня вечером, на душе у него стало неспокойно, потому что всё, что делала девушка казалось искренним. Старик не смог разглядеть в ней и капли притворства. Более того, его внук тоже не был глуп, и его не так-то просто обмануть. Теперь он не сомневался в ней. Судя по её поведению, она просто не могла притворяться.

Дедушка Цзи был немного сбит с толку. После просмотра новостей он забрал детей домой, но всё ещё не мог прийти в себя. Он не удержался и спросил Цзи Сяо Чжо: «Сяо Чжо, твои отец и мать дома так же себя ведут?»

«А?» — Цзи Сяо Чжо не совсем понял. — «Так же?»

«То есть...» — дедушка Цзи не хотел травмировать ребёнка своими словами, поэтому перефразировал вопрос. — «Твоя мама дома так же хорошо относится к твоему отцу, как в больнице?»

«Да», — Цзи Сяо Чжо, не задумываясь, ответил. — «Мамочка такая хорошая, она лучшая мама на свете!»

Но Но, которой нелегко давались разговоры, тоже энергично кивнула, и утвердительно прошептала: «Она — лучшая мама!»

«Прадедушка, тебе не нравится моя мама? Она сейчас очень хорошо себя ведёт», — Цзи Сяо Чжо вспомнил, что раньше его прадедушка не любил его маму, потому что она плохо относилась к нему и его отцу. Но теперь мама стала хорошей, просто прадедушка до сих пор этого не знал, поэтому малыш нахваливал её с важным видом всю дорогу домой.

«Прадедушка, знаешь, мамочка каждый вечер укладывает меня и спит рядом со мной, она готовит вкусную еду, и каждое утро отводит меня в детский сад, а потом забирает оттуда. Она часто шьет для меня красивую одежду. В любом случае теперь она стала намного лучше».

Закончив рассказ о себе, Цзи Сяо Чжо перешёл к рассказу об отце: «Мамочка очень хорошо относится и к папочке. Каждый вечер она моет папе ноги, а потом делает ему массаж ступней. Мамочка очень хорошо делает массаж ступней, но теперь... Она не позволяет мне делать ванночки для ног, и делает массаж ступней только папе. Мама такая предвзятая».

Цзи Сяо Чжо во время разговора отвлёкся от темы и начал ревновать.

«Твоя мама моет ноги твоему отцу дома?» — хотя дедушка Цзи был мужчиной с более традиционными взглядами, услышав рассказ Сяо Чжо, он немного опешил.

«Да, она моет их каждый день, а ещё делает ему массаж ступней, это так приятно», — в тоне Цзи Сяо Чжо звучала зависть.

Дедушка Цзи: «...».

В древние времена жены мыли ноги своим мужьям. Неужели такие девушки есть и в наше время? В наши дни молодые люди в отношениях почти не отличаются от рабов. Они стали подкаблучниками. Даже в его поколении таких женщин было мало.

Ему было неловко вспоминать, но он и сам много раз мыл ноги прабабушке Сяо Чжо.

Правда ли, что человек может так сильно измениться? Занимаясь готовкой и уходом за больным, всё ещё можно иметь скрытые мотивы, но при этом необязательно мыть кому-то ноги и делать массаж ступней. Как можно притворяться, делая что-то подобное?

Дедушка Цзи окончательно убедился, что характер Тан Тан действительно изменился.

«Ты должна вернуться, мне не нужно сопровождение на ночь. Я засну и посплю до рассвета», — Цзи Ян не мог согласиться с тем, чтобы Тан Тан осталась в больнице. Она совсем не отдохнет, если останется рядом с ним, и он не мог оставить всё как есть.

«Нет, а вдруг тебе понадобится помощь? Я хочу остаться и присмотреть за тобой», — Тан Тан твёрдо решила не уходить.

«Что такого срочного может случиться? Даже если и возникнет какая-то срочная проблема, я могу вызвать медсестру. Медперсонал здесь дежурит круглосуточно».

«А если у медсестры будут другие дела? Ты же сейчас даже встать не можешь самостоятельно»?

«Тогда я могу попросить о помощи Сунь И, он может встать или хотя бы приподняться с постели».

Сунь И с интересом слушал, как муж и жена забрасывают его собачим кормом, споря друг с другом. В итоге он оказался втянут в спор, но, услышав это, он быстро отмахнулся: «Я не смогу тебе помочь, я сплю как убитый. Я не услышу, как ты меня зовёшь. Если у тебя возникнет что-то срочное, я не могу ничего сделать, так что будет лучше, если невестка останется с тобой».

Тан Тан тут же сложила руки вместе и украдкой поблагодарила Сунь И.

Сунь И ответил Тан Тан взглядом, говорящим «не стоит благодарить». Хотя, он знал, что если Тан Тан останется в палате, его снова начнут забрасывать собачим кормом, но разве мог он не помочь ей, после того, как она накормила его такой вкусной едой? Кроме того, Цзи Ян слишком сильно пострадал, будет лучше, если рядом с ним останется кто-то, кто сможет позаботиться о нём.

Тан Тан с гордостью посмотрела на Цзи Яна: «Видишь, я тебе нужна».

Цзи Яну нечем было возразить, и ему пришлось пойти на компромисс.

Тан Тан смутилась, испугавшись, что Цзи Ян расстроится, и тут же схватила две бутылки для воды со стола и бросилась к раковине, чтобы наполнить их горячей водой. На её лице читалась невыразимая радость.

Не желая говорить Тан Тан что-то обидное, Цзи Ян бесстрастно посмотрел на Сунь И, молча излучая убийственную ауру.

Сунь И не выдержал и трёх секунд: «Не смотри на меня так, думаешь, я радуюсь, когда вы оба закидываете меня собачим кормом. Думаешь, мне легко смотреть на вас двоих?»

Цзи Ян отвернулся, и больше не мог обращать на него внимание. У такой одинокой собаки, как он, даже девушки нет, не говоря уже о жене. Откуда ему было знать, как он сейчас был расстроен? Он не хотел, чтобы Тан Тан страдала.

«Брат Цзи, повернись, я тебя кое о чём спрошу», — Сунь И сказал с лёгким румянцем на лице. — «Есть ли у твоей жены сёстры? Ты не мог бы замолвить пару слов за меня?» Учитывая то, что сёстры из одной семьи получали одинаковое образование, их характеры не должны сильно отличаться. Сёстры Тан Тан, безусловно, должны быть такими же нежными и внимательными.