Однако почему же за столь короткое время, что его не было дома, и мать, и дети так сильно похудели? Всегда пухлые щёки Цзи Сяо Чжо сильно уменьшились. Маленькое личико Но Но стало ещё меньше, а цвет лица ещё бледнее. Самая серьёзная проблема была с Тан Тан, румяные щечки, которое она с таким трудом наращивала, исчезли.

Радостное настроение Цзи Яна сменилось тревогой: «Что-то случилось дома? Почему ты такая худая?» Судя по характеру Тан Тан, она не позволила бы довести себя и детей до такого состояния.

Тан Тан посмотрела на двух детей, которые устало и сонно лежали на кровати. Малыши были очень худыми. За это время они сильно исхудали, к тому же Но Но была больна. Эти пару дней они провели вместе, приглядывая за Цзи Яном. Цзи Сяо Чжо раньше не был худым, но за эти несколько дней, пока он охранял отца, плохо ел и спал, он сильно похудел.

Что касается самой Тан Тан, то она коснулась своего лица и посмотрела на свою руку. Тогда она поняла, что на самом деле стала намного худее, чем раньше. Вес, который она пыталась набрать, почти исчез. Но у неё не было другого выхода. Сначала заболела Но Но, а потом Цзи Ян получил травму. Она совсем не ела и очень переживала.

Тан Тан села рядом с Цзи Яном и начала вытирать его лицо полотенцем, рассказывая ему, что случилось с Но Но. Но она не стала упоминать о том, что мать и дочь семьи Лю угрожали ей, и о том, что жена командира полка рассказала ей о предстоящем повышении. Цзи Ян тоже должен был знать об этом, но Тан Тан боялась, что, узнав об этом, Цзи Ян разозлится и это скажется на его выздоровлении.

Выслушав рассказ Тан Тан, Цзи Ян помрачнел. Он протянул руку и коснулся маленького личика Но Но, лежащего рядом с его рукой, а затем коснулся её левого уха и спросил: «Что сказал врач?»

«Врач сказал, что нерв в левом ухе полностью повреждён. Вылечить его будет трудно. Но если она будет проходить иглоукалывание два раза в месяц, слух немного восстановится. Через некоторое время можно будет установить ей слуховой аппарат. Врач сказал, что слуховой аппарат поможет Но Но слышать людей.

Цзи Ян поджал губы, и давление вокруг него немного ослабло.

«Не злись, это вредно для здоровья», — Тан Тан поспешно схватила его за руку и легонько погладила. — «Рана всё ещё болит. Главное сейчас — полностью восстановиться. Не беспокойся о других вещах. Я сделаю всё, чтобы ты поправился. Жена командира полка подала жалобу, и комиссар из бюро общественной безопасности уже сообщил, что по делу Но Но уже проводится расследование. Они обязательно добьются справедливости для малышки».

Цзи Ян посмотрел в невинные глаза Тан Тан и не захотел рассказывать ей о сложностях этого дела. Это событие, скорее всего, будет рассматриваться как рутинная работа. В конце концов, в том, что мать ударила ребенка, нет военно-политической ошибки. В лучшем случае это дело будет расценено как семейная проблема. Скорее всего семья Лю не сможет извлечь урок из этой ситуации.

Если всё закончится вот так, расстроятся ли Тан Тан и дети?

Цзи Ян погрузился в свои размышления.

В этот момент другой раненый солдат из той же палаты, которого недавно увозили на обследование, вернулся и, увидев нового соседа, нерешительно произнёс: «Цзи Ян?»

Размышления Цзи Яна были прерваны, и он посмотрел на человека, позвавшего его по имени. Он сразу узнал этого человека: «Сунь И?»

«Это действительно Цзи Ян. Как ты здесь оказался?» — Сунь И быстро подкатил инвалидное кресло и посмотрел на грудь Цзи Яна, обмотанную бинтами. Он судорожно вдохнул. — «Пуля в грудь?»

На лице Цзи Яна появилась горькая улыбка, и он кивнул.

Сунь И фыркнул, но, помня о том, что они оба солдаты, решил не поднимать шум из-за этих ранений. Он и сам уже не тот, что прежде, на этот раз он чуть не лишился ноги, и его военная карьера чуть не закончилась.

На военной службе неизбежны ранения.

Цзи Ян взглянул на забинтованную правую ногу Сунь И и всё понял, ему не нужно было ничего объяснять. Он представил Тан Тан Сунь И: «Это моя жена Тан Тан».

Сунь И посмотрел на Тан Тан, и в его глазах мелькнуло лёгкое удивление. Через мгновение он улыбнулся и поздоровался с ней: «Привет, сестрица, мы с Цзи Яном были товарищами во время обучения новобранцев. Мы многое пережили тогда вместе и у нас были хорошие отношения, но наши пути разошлись, и мы не виделись уже много лет».

«Старший брат Сунь, здравствуй». Тан Тан тоже подумала, что это невероятное совпадение, что два товарища, которые не встречались уже много лет, теперь лежат в одной палате. Похоже, теперь они могут придаться воспоминаниям друг с другом, и во время госпитализации им не будет скучно.

Подумав об этом, Тан Тан сказала: «Муженек, ты сначала поговори со старшим братом Сунь, а я пойду приготовлю что-нибудь и принесу сюда. Если что-то понадобится, просто позвони мне».

Тан Тан уже ела больничную еду. На самом деле она была невкусной и непитательной. Она могла бы без проблем съесть её сама, но не могла позволить есть её Цзи Яну и детям. Позже она сняла жильё рядом с больницей. Там дети могли спокойно спать и отдыхать, а она могла готовить трёхразовое питание для них и Цзи Яна.

«Ладно, возвращайся не спеша, не волнуйся», — Цзи Ян посмотрел на двух детей, которые лежали рядом с ними. — «Пусть дети спят здесь, я присмотрю за ними. Давай подождем, пока не наступит время обедать, и тогда разбудим их».

Тан Тан кивнула, она попрощалась с Сунь И и ушла.

После ухода Тан Тан Сунь И посмотрел на двух детей, которые спали вместе с Цзи Яном, и не смог сдержать восхищения: «У тебя сын и дочь. Ты такой молодец».

Цзи Ян улыбнулся и указал на детей: «Нет, этот пухлый малыш — мой сын, а девочка — ребёнок семьи моего боевого товарища, и они хорошо ладят».

«О», — сказал Сунь И, а затем добавил. — «Но твоя семья всё равно благословлена хорошим мальчиком. Он не проиграет тебе, когда вырастет».

«Возможно, ведь он очень похож на нас с женой», — самовлюблённо сказал Цзи Ян и погладил личико Цзи Сяо Чжо. Он втайне хотел, чтобы этот парень сейчас проснулся, и позволил ему гордиться им ещё больше.

«Ты бесстыдник!» — Сунь И улыбнулся, но был вынужден признать, что в словах Цзи Яна не было ничего плохого.

Сунь И не мог не посмотреть на Цзи Яна. Хотя он выглядел изможденно, но его лицо по-прежнему не могло скрыть своей привлекательности. Сунь И прикоснулся к своему лицу, и его вдруг осенило, он лежал в постели, как одинокий волк: «Я удивляюсь, Цзи Ян, как так получилось, что ты всё такой же, как и в молодости? Почему я не такой же красивый, как ты? Мы же одного возраста, так почему моё лицо становится всё более и более уродливым? Это несправедливо».

Сунь И и Цзи Ян — были талантливыми учениками в военной академии. Однако Сунь И кое в чём уступал Цзи Яну — это внешность. Честно говоря, Сунь И не был уродлив, но рядом с Цзи Яном он выглядел страшненьким. Когда они оба были в лагере для новобранцев, девушки из отдела обслуживания, а также женщины-врачи и медсёстры в медпункте любили заглядываться на Цзи Яна, но игнорировали Сунь И, который был не так красив, как Цзи Ян. Он так злился, что ему хотелось подраться с Цзи Яном.

Позже, когда его сильно избили, он утешил себя тем, что со временем Цзи Ян постареет и станет ещё уродливее, чем он.

В результате этот человек так и остался красавцем даже после стольких лет военной службы. Напротив, после всего он стал ещё более мужественным и привлекательным в глазах женщин.

Сунь И решил, что небеса слишком несправедливы.

Его слова вызвали смех у Цзи Яна. Увидев товарища, которого не видел много лет, он был в хорошем настроении и решил пошутить: «Я ничего не могу с этим поделать, я родился красивым».

«Черт! Тебе не стыдно?» — Сунь И снова улыбнулся, и они оба рассмеялись. Вспоминая дни, будучи новобранцами, на сердце у них потеплело.

В мгновение ока прошло столько лет, но они всё ещё не свернули со своего пути, и это действительно было здорово.

«Но на самом деле я не ожидал, что ты женишься. Я думал, ты женишься после меня или останешься холостяком всю жизнь», — Сунь И улыбнулся.